Шварцман печатает...

Принято. Финально — 262 члена палаты представителей, включая 58 демократов, проголосовали за. 159 конгрессменов проголосовали против. Теперь законопроект поступит на подпись президенту США

Теперь главная интрига — подпишет ли Трамп законопроект и как скоро.

Уже сегодня Палата представителей США, как ожидается, проголосует по законопроекту имени покойного сенатора Линдси Грэма. Документ предусматривает антироссийские санкции и вторичные пошлины в отношении покупателей российских энергоресурсов. Демократам и части республиканцев не слишком хотелось давать Трампу новый инструмент для торговых войн — не только против оппонентов, но и против союзников, среди которых тоже есть импортёры российской нефти и газа. Тем более что билль оставляет президенту широкую свободу манёвра: он может гибко применять санкции против России, а при желании и вовсе их не вводить. Тем не менее для большинства конгрессменов, включая двух демократов-перебежчиков, поддержавших рассмотрение законопроекта на вчерашнем процедурном голосовании, давление на Москву оказалось важнее потенциальных издержек.

Сенат уже согласовал документ. Если сегодня его одобрит Палата представителей, он отправится на стол президенту. И здесь Трамп оказывается в крайне непростой ситуации. С одной стороны, его сильно беспокоит рост цен на бензин и дизель, вызванный двумя конфликтами — ближневосточным и украинским. Ситуация с Ормузским проливом пока скорее тупиковая, поэтому американский президент пытается добиться энергетического перемирия между Россией и Украиной. Более того, он уже заранее объявляет о его достижении — ещё без каких-либо договорённостей сторон. Трамп вообще большой любитель подобных аффирмаций: если что-то долго повторять, оно якобы станет правдой.

Введение вторичных пошлин, заложенных в билль Грэма, может ещё сильнее раскачать энергетические рынки. В долгосрочной перспективе США, безусловно, получат большую долю рынка, что отвечает их интересам. Но в краткосрочной — рост цен на топливо уже сильно раздражает избирателей, и новый скачок способен негативно сказаться на результатах партии на выборах. Более того, если Трамп подпишет закон, он фактически похоронит надежды на энергетическое перемирие (тем более что в Кремле одним из условий называли снятие санкций) и шире — на переговоры по украинскому урегулированию. Законопроект Грэма работает как рычаг давления, пока остаётся гипотетической угрозой. Если же он будет принят и подписан, Москва скорее адаптируется к новым реалиям — не первое её «родео», — чем пойдёт на уступки. Это, впрочем, не исключает, что сам Трамп сейчас видит ситуацию иначе и воспринимает Россию как «бумажного тигра», которого достаточно дожать, чтобы получить желаемое.

С другой стороны, президент может и не подписать билль. Но тогда возникнут другие проблемы. Во-первых, это вызовет недоумение у однопартийцев: ещё летом Белый дом дал законопроекту «зелёный свет», позиционировал его как дань памяти покойному сенатору, по требованию президента конгресс включил в него иранский блок и в сжатые сроки провёл через обе палаты без долгих препирательств и поправок. Трампу придётся как-то объяснять свою непоследовательность и своим, и общественности.

Во-вторых, сторонники Украины, прежде всего в рядах Демократической партии, тут же окрестят президента «пророссийским». Им как нельзя кстати придётся скандал вокруг финансирования Умаром Кремлёвым свадебных торжеств сына Трампа на Багамах. Казалось бы, какое дело американскому избирателю до этих историй? Однако рейтинг президента и так рекордно низок. А в начале первого срока одним из значимых факторов падения его популярности стал как раз Russiagate. В декабре 2017 года, когда бывший советник по национальной безопасности Майкл Флинн признался, что солгал ФБР о разговорах с тогдашним послом РФ Сергеем Кисляком, недельный рейтинг одобрения Трампа (усреднённые значения за неделю, а не за три дня) упал до на тот момент рекордно низкой отметки в 35%. В более короткие временные промежутки случались и другие спады до 35% — например, после обмена угрозами с Ким Чен Ыном в соцсетях и событий в Шарлоттсвилле в августе 2017 года. Ниже, до 34%, рейтинг опускался только после штурма Капитолия сторонниками президента в январе 2021 года. Так что восприятие Трампа как уступчивого или по меньшей мере слишком мягкого к России может сильно ему навредить.

Фан факт (на который я обратила внимание только прошлой ночью) — официальный аккаунт индийского премьера Нарендры Моди выложил фотографии с его последней встречи с Владимиром Путиным в запретограме под композицию Piano Fantasia — Song for Denise. Ту самую мелодию из мема с широким Путиным.

Такой вот партнерский троллинг.

«Я живу в мире, где нет иерархии, поэтому кто-то другой может угрожать моему суверенитету. Я хочу быть уверен, что я — Мухаммед Али и что тот человек напротив понимает: если он решит со мной связаться, я отправлю его в нокаут. Вот как работает международная политика».

Сходила послушать уважаемого профессора Чикагского университета Джона Миршаймера на «Валдай». Вот тезисный пересказ:

🔵 Международная система анархична: над государствами нет высшей власти, способной гарантировать их безопасность, поэтому они существуют в системе самопомощи (self-help) и должны самостоятельно обеспечивать свое выживание. Лучший способ сделать это — максимизировать не просто собственную силу, а относительную мощь, то есть быть сильнее потенциальных соперников. Именно баланс сил и постоянная конкуренция за более выгодное положение в нем определяют поведение великих держав.

🔵 В современной системе есть три великие державы — США, Китай и Россия. В основе великодержавной мощи лежат два ресурса: большое население и экономическое богатство, которые позволяют создать мощные вооруженные силы. Поэтому Китай во время холодной войны, несмотря на огромное население, еще не был великой державой: ему не хватало экономической мощи. По той же причине к их числу пока не относится Индия: населения у нее достаточно, но богатства — нет (и в ближайшее время она великой державой не станет). Достигнув уровня великой державы, государство стремится обеспечить себе региональную гегемонию: Китай хочет доминировать в Азии так же, как США доминируют в Западном полушарии, поскольку это максимально безопасное положение.

🔵 Китайский подход к наращиванию мощи подкрепляется опытом «столетия унижения», когда слабость страны позволяла великим державам навязывать ей свою волю. Особенно важен опыт отношений с Японией: Китай уже жил в условиях, когда Япония была значительно сильнее, и не хочет повторения этого положения. Поэтому Пекин стремится быть намного сильнее Японии и одновременно наращивать возможности для противостояния США. Если США — чрезвычайно мощная и жестко отстаивающая свои интересы великая держава, то для Китая рациональный ответ состоит в том, чтобы самому стать максимально сильным.

🔵 Экономическая конкуренция, технологии и демография как вопросы безопасности. Соперничество США и Китая идет не только в военной, но и в экономической и технологической сферах — в том числе в ИИ и квантовых вычислениях, поскольку технологическое лидерство создает богатство, которое можно конвертировать в военную мощь. Второй фундаментальный ресурс — население: поэтому сокращение населения представляет стратегическую проблему для Китая и России. США также сталкиваются с неблагоприятными демографическими тенденциями среди собственного населения, однако находятся в более выгодном положении благодаря возможности компенсировать спад иммиграцией, чего Китай сделать в сопоставимых масштабах не может.

🔵 Прямая война США с Китаем или Россией крайне маловероятна из-за ядерного сдерживания: парадокс ядерного оружия в том, что его колоссальная разрушительная сила делает его мощным фактором мира, хотя полностью исключить конфликт великих держав и его последующую эскалацию до ядерной войны невозможно.

🔵 Назначение Уиткоффа и Кушнера на ключевые переговорные треки было фундаментальной ошибкой: у них нет профессионального дипломатического опыта и серьезной аппаратной поддержки, при этом им одновременно поручили сразу три досье: Россию—Украину, Израиль—Палестину и Иран. Подобная конфигурация — верный рецепт для больших проблем.

В Москву с долгожданным (и многократно анонсированным) визитом прибыли «хорошие полицейские» Дональда Трампа — его спецпосланник Стив Уиткофф и зять Джаред Кушнер.

Но в последнем выпуске «Пояснительной бригады» мы с Андреем решили поговорить не столько о конкретных событиях на переговорном треке (тем более что их содержание и значение станут известны лишь со временем, и то частично), сколько о более широкой картине. Что представляет собой переговорная стратегия Трампа? Насколько бизнес-подходы применимы в дипломатии? И что говорит политическая теория об условиях успеха мирных инициатив?

Разбираемся также, почему для заключения мира недостаточно сделать продолжение войны слишком дорогим; что такое «взаимно болезненный тупик» и когда конфликт действительно «созревает» для урегулирования; почему давление только на одну из сторон может не ускорить, а, наоборот, затормозить переговоры; и как красные линии, обещания избирателям и страх выглядеть проигравшим лишают политиков возможности отступить. А еще — почему порой выгодно самому лишить себя путей отхода.

https://www.rbc.ru/radio/05/09/2026/6a9c0e449a7947e4b3291a40

Министр армии США Дэн Дрисколл подал в отставку после нескольких месяцев конфликта с главой Пентагона Питом Хегсетом. Ожидается, что он покинет должность в течение ближайших нескольких дней.

Дрисколл — фигура необычная для американского военного руководства. Самый молодой министр армии в истории США, близкий друг вице-президента Джей Ди Вэнса и сторонник технологического развития армии, которого Трамп называл своим «человеком по дронам». Осенью 2025 года президент неожиданно подключил его и к переговорам по Украине. Дрисколл представил Киеву первоначальный американский «план из 28 пунктов», участвовал в переговорах в Женеве и Абу-Даби, а в феврале 2026-го — в трехсторонних консультациях России, США и Украины. По данным The Telegraph, его активность на дипломатическом треке раздражала Хегсета: тот считал, что министр армии выходит за пределы своих полномочий.

Но конфликт между ними выходил далеко за рамки Украины. CNN и AP сообщают: Дрисколл был недоволен тем, как Хегсет реформирует армию и увольняет высокопоставленных военных. Особенно болезненным стало увольнение начальника штаба армии Рэнди Джорджа — друга Дрисколла. Reuters писал, что Хегсет даже не предупредил министра об этом решении. Более того, по данным источника Reuters, Хегсет воспринимал Дрисколла как «угрозу внутри бюрократического аппарата» и давно хотел от него избавиться. Сделать это было сложнее из-за близких отношений Дрисколла с Вэнсом. The Washington Post добавляет еще одну деталь: главе Пентагона якобы казалось, что подчиненный относится к нему недостаточно почтительно.

Отставка Дрисколла стала продолжением масштабных чисток в военном руководстве США. С начала 2025 года администрация уволила или вынудила уйти в отставку не менее 24 генералов и руководителей целого ряда ключевых командований, включая командующего сухопутными войсками США в Европе и Африке генерал Криса Донахью (на чьих проводах на прошлой неделе побывал и Дрисколл). Сам Хегсет объясняет перестановки борьбой с «вокизмом», отказом от политики DEI и стремлением сделать Пентагон менее бюрократизированным. Его критики видят в чистках политическую подоплеку: министр обороны хочет оставить лишь наиболее лояльных военачальников, как лично ему, так и более широко — идеологии Республиканской партии.

Трамп 2.0. vs Трамп 1.0.: как устроена работа команды 47-го президента США?

Наблюдая за Дональдом Трампом, сложно не заметить, насколько 47-й президент США отличается от 45-го, т.е. от себя же на первом президентском сроке. Но что именно изменилось?

Недружественная Трампу газета «Нью-Йорк Таймс» (“failing New York Times” – как он их обзывает) записала интервью с корреспондентом издания в Белом Доме Мэгги Хаберман (лауреат Пулитцеровской премии за книгу о первых 14 месяцах второй администрации Трампа) - она наблюдала за Трампом ежедневно на первом сроке и продолжает это делать сейчас: как и почему изменился Трамп, что им движет, что его увлекает, а что раздражает. Получилось занимательно даже с учетом очевидной предвзятости в отношении его фигуры.

Некоторые выдержки из беседы:

⭐️Управление.
Фактически этой администрацией управляет примерно 6-8 человек, имеющих «доступ к телу» президента:

Если вы высокопоставленный чиновник за пределами этой группы, важные решения могут быть приняты без вас, и если вы не в той комнате (прим.- Овальном кабинете), вы ничего об этом не узнаете... Межведомственный процесс, особенно в Совете национальной безопасности, больше не существует в том виде, в каком он был раньше – раньше другие ведомства вовлекались в принятие решений именно через СНБ. Сейчас этого просто не происходит.

⭐️Коммуникация.
Изменился и процесс организации коммуникаций -
«теперь это “чистый троллинг”».

Хаберман приводит цитату зятя Трампа Джареда Кушнера о том, что «полемика усиливает посыл» ("controversy elevates message") – т.е. чем громче шумиха, тем лучше в сознание «заходит мессидж».

Информацию Трамп якобы получает [преимущественно] из Truth Social.

Когда он был президентом в первый раз, он заходил в то, что тогда называли Twitter* (социальная сеть X официально заблокирована на территории России по решению Генпрокуратуры с марта 2022 года*), смотрел на комментарии под постами, смотрел на трендовые темы, общался с большим количеством людей напрямую. Сейчас он еще смотрит Fox и другие кабельные каналы. Но большая часть информации теперь поступает от тех, кто знает, что ему нужен постоянный поток “позитивной подпитки”...

Его помощники боятся сообщать ему плохие новости... Fox стал гораздо менее критичен к нему, чем в предыдущий срок, даже в новостных программах. Всё довольно позитивно, особенно в отношении войны [с Ираном]…

Однажды министр торговли Говард Латник представлял Трампу разные экономические показатели. Трампу они не понравились, и он сказал: «Эти цифры — полная ***ня. Найдите мне настоящие цифры.

⭐️Интересы.
Самой скучной темой Трамп считает экономику (к вечному тезису о том, что Трамп – «не политик, а бизнесмен»).

Он буквально говорит советникам, что ему скучно об этом говорить. Он хочет говорить об иммигрантах, которые, знаете ли, совершают изнасилования, убивают людей или совершают преступления.

Другой любимой темой для него стала реконструкция Белого Дома стоимостью $400 млн.

Мы брали у него интервью на 17-й день войны [с Ираном], но вместо того, что рассказать о ней, он сказал: посмотрите, какие у меня есть проекты интерьера бального зала.

⭐️Психология.
Неудачные попытки покушения на Трампа тоже сильно повлияли на психологию его поведения.

Он обрёл мистическую ауру не только у своих сторонников, но и у советников, которые называют его [Трампа] «избранным», причём лишь наполовину в шутку. [Поэтому он] верит, что всё сложится удачно, в интервью Такеру Карлсону он так и сказал: «Знаешь, почему война с Ираном сложится удачно, почему всё сложится удачно? Потому что все всегда складывается удачно.

О визите главы ЦРУ Джона Рэтклиффа стоит помнить две вещи.

Первая. Он лично участвовал в организации обмена заключёнными в Абу-Даби в апреле 2025 года (тогда была были обменяны Ксения Карелина и Артур Петров). Поэтому нельзя исключать, что нынешний визит тоже связан с переговорами об освобождении американских граждан, отбывающих тюремное наказание в России. Две недели назад по гуманитарным соображениям был освобождён один из них — бывший морпех Роберт Гилман. Не исключено, что мы наблюдаем сейчас очередной этап подобных обменов между Россией и США. Возможно, этим продиктован и выбор в качестве борта военно-транспортного самолета Boeing C-17A Globemaster III.

Вторая. В последний раз глава ЦРУ — это был ещё предшественник Рэтклиффа Уильям Бёрнс — посещал Москву в ноябре 2021 года, за несколько месяцев до начала конфликта на Украине. Канал диалога по украинской проблематике по линии разведок традиционно остаётся одним из наиболее рабочих, тем более в условиях стагнации по другим. Темой для обсуждения также могут быть разведданные США, согласно которым Россия якобы готовится нарастить «гибридные» операции и кибератаки в странах НАТО.

С кем Рэтклифф встречается в Москве, пока неизвестно, но в прошлом он уже общался и с главой СВР Сергеем Нарышкиным, и с главой ФСБ Александром Бортниковым. Причём тематика контактов между разведками не ограничивается заключёнными и Украиной: ранее обсуждались, в частности, риски ядерной эскалации, а в июне 2023 года Бёрнс, по данным The Wall Street Journal, звонил Нарышкину, чтобы официально сообщить о непричастности США к мятежу ЧВК «Вагнер».

Если мы все же исходим из того, что причиной отмены (?) концерта Канье Уэста стал не коммерческий спор между организатором и площадкой из-за ценника на аренду, а именно политическое решение сверху из-за скандальных высказываний рэпера в прошлом, то, выходит, Россия все же больше европейское государство, нежели чем азиатское. Турция и Казахстан ведь концерты провели, в отличие от большинства стран Европы. Такой вот цивилизационный выбор на примере отдельно взятого рэпера.

В минувшее воскресенье, в попытках реанимировать свой угасший броманс с Ким Чен Ыном, Трамп решил существенно сократить масштаб совместных учений с Южной Кореей. Американский президент, в общем-то, не скрывал адресата своего жеста, хотя и намекнул, что свою роль в этом решении сыграла и неготовность Сеула помочь Америке в «денуклеаризации» Ирана (а ещё и дороговизна манёвров — он любит ругать союзников за то, что на тех приходится уж больно много тратиться). Учения в итоге закончатся на шесть дней раньше и, в общем-то, не будут совместными — военные США и Южной Кореи проведут манёвры по отдельности.

Сейчас бывшие и действующие американские военные встревожены, что жест доброй воли Трампа негативно скажется на боеготовности контингента США — и в целом на сдерживании КНДР. А адресат, по всей видимости, не очень-то и воодушевился шагом Трампа. Во всяком случае, сестра северокорейского лидера Ким Ё Чжон сказала как отрезала: «Что касается его заявления, то оно, думаем, не стоит комментирования и никого не интересует. Сокращение масштаба и срока учений не меняет сущность военных учений провокационного и наступательного характера». Ну и опровергла, что лидер КНДР хоть как-то контактировал с американским президентом, вопреки утверждениям последнего.

Тем временем лишь за сегодняшний день КНДР выпустила уже 10 баллистических ракет малой дальности в Японское море (и не факт, что на этом остановится). Видимо, для пущей убедительности того, что уступка Трампа их нисколько не подкупила.

А какие они писали друг другу письма в своё время, эх!

Сенаторы почтят память Линдси Грэма не только присутствием на прощальных церемониях, которые сейчас проходят в Вашингтоне, но и законотворчеством. Уже этой ночью в Сенате состоится процедурное голосование по его программному законопроекту о санкциях против России.

Над этим биллем Грэм работал последние два года. За день до смерти он объявил, что добился принципиального согласия Белого дома. Администрацию прежде беспокоили два момента: контроль над санкционной политикой (обновленная версия, судя по всему, этот вопрос снимает) и возможное негативное влияние на переговоры (здесь, по всей видимости, произошел пересмотр позиций самой администрации). Уже после смерти сенатора в ходе переговоров к законопроекту добавили положения о продолжении действия Закона о санкциях против Ирана — с текущего 2026 года до 2031-го.

Ожидается, что процедурное голосование пройдет гладко. После этого билль вынесут на формальное рассмотрение и голосование — сюрпризов здесь тоже не прогнозируют. Затем документ отправится в Палату представителей, а оттуда — на подпись президенту.

Ранее соавтор законопроекта, демократ Ричард Блюменталь, опубликовал итоговый полный текст на 61 странице. Ключевые положения уже известны. В первую очередь это санкции против энергетического сектора, включая суда и транспортные компании, занимающиеся перевозкой российских энергоресурсов, а также вторичные пошлины в отношении покупателей российского сырья (при этом верхняя планка снижена со первоначальных 500% до 100%). Билль также вводит запрет на экспорт энергоносителей из США в Россию и американские инвестиции в российский энергетический сектор, импорт урана из России, а также на покупку гражданами США российских государственных долговых обязательств. Кроме того, законопроект предписывает президента повысить пошлины на все российские товары в течение 30 дней с момента вступления законопроекта в силу.

Билль также закрепляет на законодательном уровне персональные санкции против физических и юридических лиц (от Владимира Путина и Михаила Мишустина до Сбербанка и ВТБ), которые ранее вводились президентскими указами. Это, среди прочего, усложняет их возможное снятие в будущем. В документе прописаны критерии для смягчения и полного снятия ограничений. В обоих случаях потребуется письменное заявление президента Конгрессу: для смягчения — о том, что это отвечает интересам США; для полного снятия — о подписании мирного соглашения с Украиной и прекращении боевых действий.

Трамп формально уведомил Конгресс о возобновлении боевых действий с Ираном — как требует Резолюция о военных полномочиях 1973 года: закон обязывает уведомлять Конгресс в течение 48 часов. Письмо отправлено в пятницу, но стало известно только сейчас. Уведомление перезапускает 60-дневный отсчет, в течение которого президент может вести боевые действия без согласия Конгресса; далее возможно продление лишь на 30 дней — но только для вывода войск.

Это фактически повторная «перезагрузка счетчика»: первое уведомление об операции против Ирана было направлено 2 марта (после ударов 28 февраля), что устанавливало крайний срок 1 мая. К этому сроку действовало перемирие от 7 апреля, и 1 мая Трамп заявил Конгрессу, что «боевые действия прекращены» — хотя демократы возражали, что закон не предусматривает паузы в отсчете, а морская блокада иранских портов сама по себе означает продолжение конфликта. И такой подход сработал.

Тем не менее недовольство республиканцев нарастало. 3 июня Палата представителей (215–208) одобрила резолюцию за вывод войск — за нее проголосовали четверо республиканцев. 23 июня аналогичный документ (50–48) прошел и в Сенате, где его также поддержали четверо республиканцев: Билл Кэссиди, Сьюзан Коллинз, Лиза Мурковски и Рэнд Пол. Это первый случай, когда подобная резолюция была одобрена обеими палатами. Хотя документ и не был юридически обязывающим, Трамп жестко раскритиковал однопартийцев (Кэссиди даже был приглашен на воспитательную беседу с вице-президентом Джей Ди Вэнсом), и уже на следующий день республиканцы устроили повторное голосование по почти идентичному документу — под давлением Кэссиди и Пол изменили свою позицию, и резолюция была отклонена.

Сенатор-демократ Адам Шифф надеется вновь собрать голоса республиканцев — тем более новый виток боевых действий дает для этого повод. Но выбор для колеблющихся консерваторов станет мучительнее: на носу выборы 3 ноября, избиратели устали от войны и опасаются роста цен на топливо при эскалации в Ормузском проливе. При этом Трамп будет особенно чувствителен к демаршам накануне голосования.

Обе палаты Конгресса возвращаются после недельных каникул: Палата представителей будет заседать всего две недели, Сенат — на четыре. Но чтобы юридически принудить Трампа завершить боевые действий, потребуется совместная резолюция сразу обеих палат. Если президент наложит на нее вето, то для его преодоления потребуется две трети голосов — иными словами нужно будет еще больше отступников. Это выглядит маловероятным: в целом исторически вето удавалось преодолевать крайне редко (примерно в 5% случаев), а на открытое противостояние с президентом накануне выборов решится лишь небольшое число республиканцев.

Трамп тем временем сделал ряд громких заявлений по Украине, важность которых не стоит недооценивать. Во-первых, США передадут Киеву лицензию на производство систем Patriot. Во-вторых, в рамках будущих гарантий безопасности они готовы обеспечить «закрытие неба» над Украиной. Речь в этом случае, впрочем, идет не о том, что американские истребители будут патрулировать украинское воздушное пространство, а скорее о предоставлении разведывательной информации и необходимых ресурсов вроде систем ПВО.

Но все это — пока отдаленная перспектива: на налаживание производства ракет уйдут месяцы, так что на текущей ситуации на поле боя это не отразится, а «закрытие неба» относится лишь к постконфликтному перемирию. Тем не менее это те позиции, с которых Трамп будет в очередной раз подходить к снаряду под названием «украинское урегулирование» во время предстоящего звонка Владимиру Путину.

Другой важный сигнал со встречи с Зеленским в Анкаре — заявление Трампа о том, что украинские удары по российским НПЗ приближают завершение конфликта. Такая позиция для Москвы, очевидно, неприемлема, но в целом укладывается в известную философию нынешней администрации — «мир через силу», как мы ранее обсуждали с Андреем Винокуровым в нашем подкасте. Эффективность такого подхода, прямо скажем, сомнительна: Москва не будет предпринимать какие-либо шаги под давлением или даже в условиях видимости такового.

Метафорическая мина, на которой подорвалось американо-иранское перемирие, была заложена в самом тексте меморандума, содержавшем — намеренно — расплывчатые формулировки по ряду ключевых для обеих сторон аспектов, в том числе по вопросу контроля над Ормузским проливом.

Иран видел в контроле над проливом, пожалуй, одно из своих главных приобретений конфликта, гарантию безопасности и рычаг в дальнейших переговорах. Поэтому Тегеран настаивал на том, чтобы коммерческие суда проходили по подконтрольному ему коридору; однако суда стран Залива отдавали предпочтение альтернативному маршруту, огибающему побережье Омана и подконтрольному ВМС США (и, как утверждают в МИД Ирана, даже порой отключали транспондеры). В ответ иранские власти делали проход по альтернативному коридору, кхм, небезопасным. Это привело к обмену ударами в конце июня, это же стало причиной и сейчас.

Но сам текст меморандума позволяет каждой из сторон технически заявить о собственной правоте, обвинив оппонента в нарушении условий перемирия. Документ можно интерпретировать и так, и этак. И от политической воли Вашингтона и Тегерана сейчас во многом зависит, откатятся ли стороны в состояние «бесконечных переговоров», как было после предыдущей эскалации, либо же вернутся к потенциально «бесконечному конфликту» с эпизодическими взаимными ударами.

В этой ситуации ещё показательно то, что Трамп в общем-то сам придал импульс скандалу своей публикацией. В иной ситуации, если бы президент другой страны воздействовал на решения спортивной федерации, он бы скорее, напротив, публично дистанцировался от ситуации. Но Трампу в этой истории важен не только благоприятный исход, но и демонстрация своего влияния — как для внутренней, так и для внешней аудитории (тем более что на следующей неделе ему лететь на саммит НАТО и оказывать давление на союзников).

Дональд Трамп попросил Сергея Собянина отменить закрытие клуб клуба.

Инсайдеры утверждают, что звонок из Белого дома в московскую мэрию состоялся несколько часов назад. В итоге заведение, закрывшееся "на паузу, чтобы переосмыслить пространство и бла-бла-бла", вновь сможет принимать в неограниченных количествах бухих малолеток и нефоров, тем самым одним своим существованием делать район возле Ямы филиалом чистилища.

Сергей Семёныч заменил закрытие клуб клуба на однолетний испытательный срок. Такое в истории нишевых мест столицы происходит впервые.

На ЧМ скандал: якобы Белый дом заставил FIFA отменить красную карточку игрока сборной Фоларин Балогуна, чтобы тот смог сыграть в матче против Бельгии. В самой федерации это опровергают, но Трамп поблагодарил их за «исправление великой несправедливости» в своем Truth Social. Но коллеги обращают внимание на любопытный факт — столь значимый для американской сборной игрок получил гражданство по «праву земли», с которым администрация Трампа активно борется.

В Нью-Йорке романтичное утро — пара забралась на шпиль Эмпайр Стейт и развесила баннер «Когда сила любви одерживает верх над любовью к силе, наступает мир», после чего юноша сделал предложение девушке. Пара — российские руферы Иван Кузнецов и Ангелина Николау, ставшие героями документалки Netflix "Skywalkers: История одной пары".

Визит главы МИД Украины Андрея Сибиги в Сеул грозит дополнительным напряжением в отношениях Южной Кореи с Россией. Ключевой темой переговоров с его южнокорейским коллегой Чо Хёном, как ожидается, станет судьба двух северокорейских военнопленных, захваченных ВСУ в Курской области в январе 2025 года. Ранее Владимир Зеленский предлагал обменять их на украинских военных, однако в конце октября правозащитники сообщили, что оба пленных изъявили желание переехать в Южную Корею.

Сеул подтвердил готовность принять их при условии добровольного согласия — тем более что по Конституции северокорейцы считаются гражданами Южной Кореи. Хотя в Киеве изначально допускали выдачу Пхеньяну, теперь украинские власти настаивают на принципе non-refoulement, запрещающем депортацию в государство, где человеку угрожает опасность.

Примерно за неделю до приезда Сибиги южнокорейская сторона объявила о достижении «базовых договоренностей» по этому вопросу, однако не подтвердила, что на встрече глав МИД будет официально объявлено о передаче военнопленных.

Помимо гуманитарного аспекта, отношения Сеула и Москвы осложняет тот факт, что Южная Корея рассматривает возможность присоединения к механизму PURL для поставок Украине нелетального вооружения (прямые поставки летального запрещены национальным законодательством, хотя, по некоторым данным, боеприпасы южнокорейского производства всё же попадают в Киев косвенно). В Киеве анонсировали обсуждение углубления оборонного сотрудничества, подчеркнув, что Украина готова быть полезной Сеулу — не исключено, что в реализации программы по обучению 500 тысяч операторов дронов.

Подписанный в электронном виде меморандум между США и Ираном порождает куда больше вопросов, чем даёт ответов. Формулировки документа — вероятно, вполне намеренно — отличаются расплывчатостью и допускают множество трактовок.

Ключевые неясности касаются сразу нескольких пунктов.

Вывод войск. Что именно подразумевается под выводом американских сил из районов, прилегающих к Ирану? Означает ли это полный уход США со всех военных объектов на Ближнем Востоке? Это представляется крайне маловероятным. Но тогда где проходит условная граница непосредственной близости?

План восстановления Ирана на $300 млрд. Кто выступит основным донором? В какие сроки планируется собрать и освоить эти средства? Каким будет механизм — получат ли страны-доноры, например, доли в инвестиционных проектах?

Санкционный режим. Ранее Вашингтон заявлял, что смягчение санкций и разморозка иранских активов возможны лишь при выполнении Тегераном ряда чётких условий. Однако в тексте меморандума эти условия, опять же, не прописаны.

По всей видимости, выработка ответов на эти вопросы отложена на следующие 60 дней — именно такой срок отведен сторонам для выработки финального соглашения. Впрочем, уже сейчас текст меморандума, пожалуй, легче интерпретировать как победу Ирана.