Про попытки чинарей расшифровать реальность
Это заметка про специфичную книгу: она для любителей почитать что-то этакое, чтобы
Я к ней пришла так: в моем списке десятилетней давности значится сборник работ «чинарей» «Сборище друзей, оставленных судьбою». Но достать его я не сумела, поэтому решила читать «друзей» по отдельности.
Про «Большую книгу» самого известного члена кружка, Даниила Хармса, у нас тут уже было. Следующим я решила почитать Леонида Липавского, принявшего в какой-то момент на себя обязанности секретаря собраний кружка.
Как бы индивидуалистски не выглядело их авангардное искусство, чинари верили в необходимость диалога, сообщества, кружка. Они встречались,
Часть таких бесед и была задокументирована в «Разговорах».
Почитать это — почти как посидеть за соседним столиком. Молодые, смелые, эрудированные, они фантазировали, дурачились, жаловались на нехватку денег и ссорились.
Меня сильно впечатлило, когда буквально на соседних страницах они подняли темы ремесленничества визионерства в искусстве, квантовой физики и музыки. Я даже цитаты выписала:
Л. Л.: Что такое отношение к видимому небу? Чувство мира, как своего дома, своей семьи. Оно выражается во всяком труде – часовщика и поэта. Ведь труд – это познание мира, любовь и уважение к нему. Древние звали бога ремесленником. Когда же это чувство пропадает, пропадает искусство. Некоторые считают это неизбежным, винят тут машины. Я не думаю, что это так. Сейчас ощущают машины как подсобные орудия. Древние ощущали их как игрушку. Но разве нельзя ощущать их как астрономические тела на земле?
…
Александр Введенский: Правда ли, что двое ученых доказали неверность закона причинности и получили за это Нобелевскую премию?
…
Л.Л.: Меня интересует, чем воздействует на человека музыка. Она самое демаскированное искусство, ничего не изображает. Остальные же как бы что-то представляют, сообщают. Но ясно, они действуют не этим, а так же, как музыка.
Пугающе перекликается с моими последними тремя книгами, а это специфичный коктейль. Как оно могло так совпасть?
«Разговоры» очень крутые. Я бы посмотрела фильм про этих друзей. Но другие работы Липавского тоже любопытны. Выпишу сюда только названия: «Исследование ужаса», «О телесном сочетании», «Сны», «О преобразованиях», «Определенное», «Головокружение». Там про каждое эссе можно поговорить, но для краткости скажу так: во-первых, я её захотела в бумаге, а во-вторых, решила, что если вдруг возьмусь писать ужастик, переслушаю перед этим Липавского. Вот такая рекомендация.
И да: в инфекционке ночью под светом дежурных ламп после многих беспокойных дней и ночей слушать не рекомендую. Но там вообще лучше ничего не читать, не слушать, не думать, а только повторять, что это скоро продет 🤍 и оно пройдет.
(шепотом) я то унываю, то бодрюсь, но мы идем на поправку