die Hausbesetzung или die Besetzung / Часть 1
Das Haus - дом, die Besetzung - захват, оккупация, занятие чего-либо.
die Hausbesetzung - сквоттинг, или незаконное занятие пустующих помещений.

Явление часто рассматривается как нарушение права собственности, но в Берлине оно не только сформировало уникальный независимый дух Берлина, но и спасло исторический облик города, а также стало отправной точкой для многих правозащитных и творческих институций.

История берлинского сквоттинга началась в 1968 году в западной части. Исследователи насчитывают около 650 фактов сквоттинга в Берлине, в это число включены как отдельные квартиры, так и целые дома, фабрики, больницы. Некоторым сквоттам удалось дожить до настоящего момента и даже легализоваться. Сегодня их можно узнать по расписанным фасадам и свисающим с балконов лозунгам на баннерах. Самая распространенная фраза: Wir bleiben alle - «Мы все остаёмся».

Первая активная волна Hausbesetzung пришлась на 1980-е годы в Западном Берлине. Поскольку жители Западного Берлина не служили в армии, сюда ехали пацифисты, активисты, квир-персоны. Они объединялись по интересам и выстравали новые нетрадиционные формы совместного проживания и деятельности. Берлин продолжал восстанавливаться после Второй мировой войны, жилья не хватало, при этом было много заброшенных полуразрушенных зданий. Некоторые из них было предписано снести и освободить под строительство многоквартирных панельных домов и широких шоссе. Как, например, Bethanien в Кройцберге - здание с двумя башенками 1845 года - бывшая церковная больница, на месте которой должна была пройти трасса. Активисты заняли здание в 1971 году, и им удалось не только отстоять его и сохранить от сноса, но и получить для него статус памятника архитектуры. Сквотт был здесь до 2010 года, сейчас в нём культурный квартал и выставочное пространство.

Как правило, сквоттеры занимали здания в плохом состоянии. В Западном Берлине был даже придуман термин Instandbesetzung - ремонт-сквоттинг. Сквоттеры вместе ремонтировали здания, проводили электричество, воду, помогали друг другу с инструментами, делились опытом, организовывали жильё для бездомных, общественные пространства, маленькие кинотеатры. Качество ремонта не было высоким, но многие берлинские дома сохранились от разрушения и сноса именно благодаря сквоттерам.

Сенату и полиции Hausbesetzung не нравился, но поскольку правительство не могло решить проблему нехватки жилья, а заброшенных зданий было много, некоторым сквотам удалось отстоять право на существование как общественно важным проектам. Это было возможным если собственник не объявлялся и не претендовал на возврат помещения, а также в случаях, когда сквоттеры не были радикалами и шли навстречу Сенату. Но нередко полиция не разбираясь выгоняла сквоттеров на следующий день после заселения.

Вторая волна Hausbesetzung пришлась на период правовой неопределённости в Восточном Берлине, когда Стена была разрушена, а новые законы ещё не были утверждены. Тогда в Восточном Берлине опустело много старых зданий – берлинцы опасались, что стену восстановят, и уезжали на Запад. Сквоттеры занимали целые улицы Восточного Берлина - фактически на одно лето он стал городом-утопией. Сквоттеры открывали свои кинотеатры, бары, клубы, готовили друг другу еду, мечтали о равенстве, пока в бронированных автомобилях не приехали полицейские Западного Берлина и не начали силой освобождать сквотты. В полицейских летели коктейли Молотова, самодельные пылевые бомбы, в ответ полицейские применяли слезоточивый газ и водомёты. Один из самых жестких уличных боёв был во Фридрихсхайне на Mainzer Straße. В силовом противостоянии сковттеры проиграли.

С объединением Германии стоимость недвижимости в столице начала расти и стала предметом спекуляций девелоперов. Возможности для Hausbesetzung стремительно сокращались. Впрочем, в примерно 200 случаях сквоты легализовались. 35 домов сквоттерам удалось выкупить.

продолжение в следующем посте