Tochka5G ⚡️

Дмитрий Лаконцев (ИРТЕЯ): «Через 10 лет доля отечественных станций составит минимум 50%»
 
Дмитрий Лаконцев, генеральный директор ИРТЕЯ, дал большое интервью изданию «Ведомости. Инновации и технологии». Речь пошла о самых актуальных отраслевых темах – запуске пятого поколения в России, разработке и реальных поставках отечественных базовых станций, дальнейших перспективах развития рынка. Приводим ключевые моменты интервью, хотя, конечно, рекомендуем прочитать его полностью.
 
Запуск 5G
Старт важен сам по себе. Для нас открывается новый сегмент рынка, а значит, появляется возможность расти.
В LTE мы серьезно продвинулись. Но высокоскоростной и высоконагруженный 5G – уже другая лига. Поэтому постепенный старт нам подходит. Мы накапливаем опыт работы в реальных сетях, дорабатываем оборудование и подтверждаем его надежность. Это дает оператору основания доверить нам следующий объем поставок.
Если говорить о 5G, согласно данным Единого реестра российской радиоэлектронной продукции, базовые станции этого поколения пока зарегистрированы только у ИРТЕЯ.
По нашей оценке, в следующем году речь пойдет о сотнях базовых станций 5G, а через семь лет все базовые станции на рынке будут 5G.
 
Конкуренция с глобальными вендорами
Зарубежные вендоры компенсируют начальную низкую стоимость оборудования тем, что на протяжении его жизненного цикла продолжительностью 7–10 лет берут деньги за техническую поддержку, за каждое обновление программного обеспечения, за лицензии на активацию новых функций.
Мы не супердешевые, но мы и не дороже иностранцев в долгосрочной перспективе. В России мы продаем оборудование по ценам немного выше себестоимости.
 
Запуск базовой станции 5G ИРТЕЯ в Екатеринбурге
Операторы будут строить сеть 5G поверх уже построенной сети LTE, поэтому мы хотели показать именно такую конфигурацию.
В этой конфигурации «якорной» базовой станцией LTE было оборудование зарубежного вендора, а станцией 5G – наше. Именно такую площадку мы и показали в Екатеринбурге: 5G стало частью работающей сети оператора.
 
Частные сети
Думаю, на начальном этапе этот рынок будет измеряться десятками базовых станций, затем вырастет до сотен. Для нас каждое такое внедрение будет работать и на развитие экспортного потенциала.
 
R&D ИРТЕЯ
Наши ближайшие практические задачи в разработке связаны с выпуском двухдиапазонных радиомодулей для LTE. До конца года планируем включить три модели таких радиомодулей в реестр отечественного оборудования и начать поставки.
Операторы ставят перед нами еще одну задачу: развитие многоантенных систем MIMO. Модель 8×8 планируем начать поставлять уже в следующем году.
Еще одна серьезная задача – встроить ИИ в нашу разработку: и программного обеспечения, и аппаратной части. Это главный вызов для нас на 2027 год.
Мы добавляем поддержку новых диапазонов, расширяем функциональность, повышаем надежность и стабильность работы оборудования – это позволяет операторам использовать его на большем числе площадок.
 
Перспективы
Дополнительный спрос [на отечественные базовые станции] появится с развитием 5G. В 2027 году мы начнем коммерческие поставки такого оборудования в сети российских операторов. Возможно, на первых этапах объем этих поставок не будет определяющим для общей выручки. Но счет пойдет на сотни, а затем и тысячи станций пятого поколения.
По моей оценке, при сохранении текущих темпов развития через 10 лет доля отечественных базовых станций на сетях российских операторов составит как минимум 50%.

NASA заплатит $38 млн за испытания сети 5G на Луне
 
Американское космическое агентство NASA заключило контракт на ~38 млн долларов на разработку и реальные испытания 5G-решения для работы на поверхности Луны. Исполнитель – компания Modulate Space Corporation. Дедлайн – конец 2028 года. Мы поймали себя на мысли, что такая новость уже не воспринимается как фантастика. Тестирование современной системы связи на естественном спутнике Земли – это вполне конкретная, в чем-то даже будничная задача, с жесткими сроками и требованиями. В конце концов еще в прошлом году на Луне запустили LTE – пора бы переходить к пятому поколению.
 
На официальном сайте NASA опубликовано техническое задание, которое позволяет составить полную картину проекта. Он получил название «Оценка системы 5G для связи на лунной поверхности и измерение распространения радиоволн» и разделен на два этапа. Первый этап охватывает разработку прототипа базовой станции и ее комплексные лабораторные испытания. Период выполнения работ по этой части продлится до 31 января 2028 года.
 
Второй этап предусматривает создание предполетных образцов как базовой станции, так и абонентского оборудования (UE), их наземную эмуляцию и последующую интеграцию в лунные посадочные модули и роверы/хопперы. Демонстрация работы комплексного решения непосредственно на поверхности Луны запланирована с 30 ноября по 31 декабря 2028 года.
 
Разработка позволит создать на Луне гибридную инфраструктуру, которая объединит разные технологии беспроводной связи. Решение построено на концепции сеть-в-коробке (Network-in-a-Box, NIB). Это будет компактная, легкая и энергоэффективная базовая станция 5G, которая выполняет одновременно функции радиодоступа и ядра сети.

Заметим, что в решении будет использоваться технология функционального разделения Split 7.2, которая отделяет радиомодуль (RU) от блока цифровой обработки (DPU), включающего функции CU, DU и ядра. Такая дезагрегация характерна для архитектуры OpenRAN.
 
Еще в решении необходимо реализовать функцию 5G NR SideLink Mode 1. Она позволяет пользовательским устройствам подключаться друг к другу, создавая mesh-сеть, находящуюся под прямым управлением базовой станции. Но и это еще не все – в тот же форм-фактор модульно интегрированы возможности Wi-Fi 6 на базе стандарта 802.11s. В общем, все заточено на обеспечение стабильности, отказоустойчивости и непрерывности связи.

В документе сказано, что 5G-компоненты должны быть совместимы по цоколевке с будущими радиационно-толерантными или космическими вариантами тех же микросхем. Для Wi-Fi 6 повышение радиационной стойкости должно достигаться за счет модификаций прошивки, внедрения аппаратных средств защиты и использования избыточности компонентов для компенсации возможных сбоев.
 
Еще одно ключевое требование к разработчику – это поддержка одновременной работы базовой станции в нескольких диапазонах: 5G должно функционировать в полосах n41 (2496 – 2690 МГц) и n78 (3300 – 3800 МГц), а Wi-Fi 6 – в нелицензируемых диапазонах 2,4 и 5 ГГц.
 
У нас сразу возник вопрос: почему для лунной связи выбраны относительно высокие диапазоны n41 и n78, а не низкие частоты, которые традиционно лучше огибают препятствия и обеспечивают большую дальность?

Как оказалось, ответ кроется в повестке Всемирной конференции радиосвязи 2027 года и рекомендациях Координационной группы по космическим частотам. Частоты ниже 2 ГГц на лунной поверхности находятся под строгой защитой из-за потребностей радиоастрономии и создания специальных зон для научных наблюдений. На ВКР-27 будут рассматриваться другие диапазоны в качестве приоритетных для связи на Луне. Полосы 2503,5–2655 МГц (часть диапазона n41) и 3,5–3,8 ГГц (часть n78) – самые низкие из них.
 
Проект выглядит технически сложным, поэтому мы решили присмотреться к разработчику, тем более что название Modulate Space Corporation нам ничего не сказало. Однако выяснилось, что на самом деле это американская структура Nokia, которая раньше развивалась внутри Nokia Bell Labs под брендом Modul8 и занималась космическими разработками.
 
Именно Modul8 стоит за прошлогодним успехом по запуску базовой станции LTE финского вендора на Луне. Напомним, что тогда оборудование проработало 25 минут, хотя из-за проблем с ориентацией посадочного модуля полноценное подключение к абонентским терминалам осуществить не удалось.
 
Можно было бы покритиковать Nokia за то, что первые эксперименты с LTE состоялись в 2025 году, а полноценные испытания сети 5G запланированы на конец 2028-го, когда отрасль будет стоять на пороге 6G. То есть идет отставание на целое поколение. Но очевидно, что сложность лунного проекта перевешивает претензии к разработчику.

Книга жалоб и предложений: как европейские операторы торгуются с регулятором
 
Можно бесконечно смотреть на три вещи: как течет вода, как горит огонь и как Европа пытается запретить китайских вендоров. В начале 2026 года Еврокомиссия представила проект обновленного Закона о кибербезопасности (CSA), который предполагал жесткий 36-месячный срок на поэтапный отказ от оборудования «поставщиков с высоким уровнем риска» (подразумеваются, конечно, Huawei и ZTE). Однако сейчас страны-члены ЕС предлагают отказаться от жестких временных рамок, а значит – шоу должно продолжаться!
 
Как пишет Reuters, срок поэтапного отказа должен зависеть от таких факторов, как выявленный уровень риска, жизненный цикл продукта и инфраструктуры, циклы замены оборудования, требования к совместимости и наличие подходящих альтернатив. Если подумать, то таким образом можно откладывать замену китайских решений до того момента, как они окончательно морально устареют или сами собой выйдут из строя. На это, видимо, и расчет.
 
Независимо от исхода переговоров, телеком-отрасль ждет очередной раунд бюрократического марафона, который может занять месяцы. Страны ЕС должны обсудить предложение Еврокомиссии и все поправки с Европарламентом, а оборудование пока будет спокойно работать.
 
Предложение правительств последовало за совместным заявлением (от 15 сентября), которое подписали 17 топ-менеджеров европейских операторов, включая TIM, Deutsche Telekom, Orange, Telefónica и Swisscom. Документ можно назвать «Книгой жалоб и предложений» прекрасным образцом отраслевого лоббирования. Заявление фокусируется на актуальной повестке цифрового регулирования, в центре которой находятся два взаимосвязанных документа: Закон о цифровых сетях (DNA) и CSA.
 
В первой половине заявления операторы рассказывают, как много они значат для технологического суверенитета ЕС. Они напоминают, что экосистема связи уже вносит вклад в 5% ВВП Европы, а совокупные ежегодные инвестиции составляют €64 млрд. При этом для создания мобильных сетей мирового класса требуется еще €475 млрд (со ссылкой на оценку GSMA).
 
Дальше начинается торговля. Операторы заявляют о готовности обеспечить технологическое лидерство Европы в трех направлениях. В сфере искусственного интеллекта они планируют возводить «фабрики ИИ», внедрять открытые суверенные платформы и адаптировать сети под растущие потребности нейросетей. В области облачных технологий предполагается развитие периферийных вычислений, строительство суверенных дата-центров и формирование общеевропейских облаков. Кроме того, компании предлагают услуги для повышения обороноспособности и устойчивости региона.
 
На другой чаше весов лежат «хотелки» телеком-отрасли, которые обсуждаются в рамках DNA. Во-первых, операторы просят выдавать бессрочные лицензии на частоты по умолчанию (или хотя бы на 40 лет в исключительных случаях). По их оценке, за последние 12 лет отрасль потратила на аукционы €110 млрд. Отказ от частых торгов позволит быстро перенаправить капитал на строительство оптики, 5G и 6G. Во-вторых, операторы против обязательного отключения медных сетей. Они говорят, что и так тратят более €30 млрд в год на прокладку оптоволокна до дома (FTTH). А замена устаревшей инфраструктуры должна диктоваться рыночным спросом, а не указкой сверху.
 
Третий тезис не нов – операторы призывают упростить слияния и поглощения (как внутри стран, так и трансграничные), чтобы инвестировать и внедрять инновации в необходимых масштабах. В-четвертых, телеком-игроки хотят правовой определенности для внедрения слайсинга и дифференциации качества сервиса, не нарушая при этом принципы сетевого нейтралитета (видимо, все еще рассчитывают получать дополнительный доход от таких услуг).
 
Почти в финале заявление затрагивает требование по отказу от китайского оборудования, прописанное в CSA. Операторы предупреждают, что это обойдется отрасли в сумму до €40 млрд. Причем риски тут связаны не только с расходами, но и со сбоями и негативными последствиями для клиентов, говорится в документе.
 
Судя по всему, европейские правительства взяли на вооружение именно этот пункт о китайском оборудовании, превратив его в главный инструмент торга с регулятором. Остальные четыре требования пока остались за скобками. Вероятно, все участники процесса, включая самих подписантов, прекрасно понимают: операторы и так будут инвестировать в ИИ, суверенные облака и сетевую инфраструктуру вне зависимости от регуляторных послаблений. А вот €40 млрд на принудительную замену китайского оборудования на дороге не валяются.

Финансы без проводов в диапазоне n79: зачем банку собственная частная сеть 5G
 
Samsung продолжает свое наступление на сегмент частных сетей. Компания объявила о совместном с оператором SK Telecom проекте по развертыванию выделенной 5G-инфраструктуры (private 5G, p5G) для одного из крупнейших финансовых холдингов Южной Кореи, Hana Financial Group. В первом приближении новость выглядит скучновато – речь идет о покрытии одного 16-этажного офисного здания, рассчитанного на 3 тыс. человек. Это новостройка в составе комплекса Hana Financial Town в городе Инчхон (в 30 км от Сеула), куда с этого месяца начинают переезжать сотрудники из 10 дочерних структур холдинга. Однако за анонсом стоит любопытный прецедент, ведь финансовый сектор до сих пор сторонился частных сетей.
 
В свежей статистике GSA банки и другие финансовые организации находятся в самом хвосте списка отраслей, которые внедряют частные сети 4/5G, – где-то рядом с тюрьмами и ветряными электростанциями. Судя по графику, известно лишь о единичных проектах. В то время как львиная доля внедрений приходится на промышленность (387 кейсов). У SNS Telecom & IT вообще не упоминаются запуски частных сетей в финансовом секторе, хотя отчеты компании очень подробны и щедры на примеры.
 
Вероятная причина в том, что банкам раньше хватало традиционной инфраструктуры. Ключевые финансовые системы подключались по проводам, гарантировавшим физическую изоляцию, высокую скорость и минимальные задержки. Для стационарных рабочих мест это оптимальное решение, а для редких мобильных задач сотрудников вполне хватало обычного Wi-Fi. Эти технологии покрывали все потребности финансовых организаций.
 
Но сейчас подход к организации офисного пространства меняется – создаются гибкие рабочие зоны со свободной рассадкой, с большим количеством открытых пространств, куда кабель сложно тянуть. Устройств стало больше – у одного сотрудника к сети могут быть подключены смартфон, планшет и ноутбук, поэтому системам Wi-Fi сложнее обеспечить качество.
 
Частные сети помогают избавиться от километров кабеля, обеспечивают гибкость подключения и гарантированную полосу пропускания, а также высокий уровень безопасности. Именно такие преимущества технологии рекламируют игроки этого рынка: операторы, вендоры и интеграторы. И Samsung в пресс-релизе использует те же аргументы в пользу внедрения частных сетей.
 
Южнокорейский вендор предоставил комплексное решение: радиомодули (RU), цифровые блоки (BBU) и облачное ядро 5G SA. Сеть работает в диапазоне 4,7 ГГц (4,72–4,82 ГГц), который в Корее выделен для private 5G.
 
В пресс-релизе отмечено, что инфраструктура включает в себя многоуровневую систему защиты с усиленным шифрованием, межсетевыми экранами, защитой от DDoS-атак и авторизацией устройств по USIM-картам. Также в проекте используется слайсинг для разделения сети на виртуальные сегменты. Благодаря этому сотрудники дочерних предприятий группы могут свободно перемещаться по всему 16-этажному зданию, получая доступ к своим системам в рамках индивидуальных политик безопасности.
 
Интересно распределение других ролей. За проектирование сети и техническую поддержку отвечает SK Telecom. Однако непосредственным владельцем разрешения на использование частот является Hana Financial TI, «дочка» Hana Financial Group. Компания имеет статус оператора частной сети и формально «продает» услуги связи внутри холдинга своим «сестрам». Это нужно для удовлетворения требований банковского регулятора. Если бы частную сеть в здании развернул и эксплуатировал внешний публичный оператор (SK Telecom), то трафик считался бы проходящим через «третьи лица», что противоречит корейским законам о защите финансовых данных и банковской тайне.
 
В своем официальном заявлении SK Telecom сообщил, что заложил в архитектуру сети масштабируемость с расчетом на будущее развитие ИИ-сервисов и работу с данными, включая ИИ-видеонаблюдение, интеллектуальный контроль доступа и мобильные идентификаторы сотрудников.
 
В этом проекте многое совпало – новое современное здание, десять дочерних компаний под одной крышей с разными требованиями к безопасности, готовность клиента взять на себя роль оператора, наличие собственного вендора в стране. Партнеры позиционируют этот проект как «первую в Корее частную 5G-сеть для финансового сектора». Но она может зависнуть в этом статусе надолго – сложно представить, что другие финансовые организации, известные своими железобетонными традициями и наследием устаревших IT-систем, ринутся создавать аналогичную инфраструктуру.

Бизнес-класс для трафика: China Mobile продает приоритет пассажирам скоростных поездов
 
Тренд на монетизацию дифференцированного пользовательского опыта – через гарантированное качество или приоритетный доступ – набирает обороты. Мы рассказывали про Великобританию (кейсы EE и VodafoneThree) и Австралию (Telstra). На днях писали про China Telecom, который запустил тариф для роботов. У China Mobile, крупнейшего оператора в Китае, тоже есть коммерческий сервис приоритетного доступа в сети 5G-Advanced, адаптированный для пассажиров высокоскоростных поездов.
 
Сервис называется HSR (High-Speed Railway). По сути, это услуга по приоритезации трафика для пассажиров. Она опирается на архитектуру 5G-Advanced, а также на внедрение ИИ в сетевую функцию аналитики данных (NWDAF). Как объясняет оператор, это решение позволяет динамически создавать выделенные каналы с гарантированной скоростью передачи данных для соответствующих абонентов и сервисов (видимо, речь о динамическом слайсинге).
 
Поезда в Китае разгоняются до 350 км/ч, и обеспечить связь на такой скорости – сложная инженерная задача. Впрочем, еще пару лет назад мы писали, что операторы и вендоры достигли прогресса в этом вопросе. Но, похоже, оставалась проблема стабильного качества – обрывы соединения, задержки, шум при разговоре. Для ее решения China Mobile и Huawei применили алгоритмы ИИ-профилирования на базе NWDAF.
 
По данным China Mobile и Huawei, система с точностью свыше 95% может идентифицировать пользователя как пассажира поезда. Такие абоненты остаются подключенными к базовым станциям, расположенным вдоль железной дороги. А до 60% остальных абонентов – например, местных жителей или автомобилистов – переводят на соседние БС. В результате освободившийся ресурс отдают пассажирам, а для тех, кто оплатил «буст», еще и формируют приоритетный канал.
 
На смартфонах премиум-пользователей отображается значок China Mobile High-Speed Rail VIP. Оператор сообщает, что они получают в два-три раза более высокую скорость по сравнению с пользователями стандартных пакетов. Пиковые скорости в рамках тарифа HSR достигают 2 Гбит/с на загрузку и 150 Мбит/с на отдачу.
 
Первым участком, где сервис начал работать в коммерческом режиме в июне 2026-го, стала высокоскоростная магистраль Пекин – Шанхай. Протяженность маршрута составляет 1318 км, время в пути – около 4,5 часов. В 2025 году по этой ж/д-магистрали было перевезено более 238 млн пассажиров, среднесуточный пассажиропоток достиг 650 тыс. человек.
 
Для запуска услуги China Mobile и Huawei не только поработали с алгоритмами, но и модернизировали инфраструктуру вдоль всей линии. Более 3 тыс. базовых станций перевели на 5G-Advanced с использованием технологии 3CC (агрегация трех несущих) на базе диапазонов 2,6 ГГц и 700 МГц.
 
Рассказывая о проекте, China Mobile выделил два кейса, протестированных СМИ и блогерами. В рамках первого сценария система в реальном времени приоритезировала трафик 55 популярных приложений (видеоконференции, облачные сервисы, трансляции и онлайн-игры). По заявлению оператора, в ходе тестов это обеспечило часовые HD-видеозвонки без задержек и синхронизацию облачных документов. Второй кейс – ИИ-звонки с шумоподавлением. На уровне ядра сети задействована модель, которая убирает шум колес и ветра, а также посторонние разговоры. При этом устанавливать дополнительные приложения на смартфон не нужно.
 
Оператор позиционирует сервис как опцию, которую можно включать при необходимости. Стоимость «буста» в свежих анонсах не раскрывается. Но в тестах 2025 года она составляла 8,8 юаней (~ $1,3 / 110 рублей) в сутки, с объемом трафика в 2 ГБ.
 
К концу года China Mobile планирует обеспечить покрытие сетью 5G-A всех действующих высокоскоростных железнодорожных магистралей Китая, которые суммарно обслуживают свыше 3 млрд (!) поездок в год. Масштаб впечатляет, однако спрос на эту услугу пока не подтвержден.

Объем годовой выручки China Mobile в 2025 году – более 1 трлн юаней ($146,3 млрд). Если суточный пакет будут покупать в каждой пятой поездке (пусть за 10 юаней для ровного счета), это даст около 0,5% годовой выручки оператора. Получается, для заметного вклада в бизнес China Mobile доплата за приоритет должна стать массовой привычкой. Даже с учетом китайского пассажиропотока за эти полпроцента придется побороться.

Остались без консенсуса: 3GPP снова отложила выбор архитектуры 6G
 
Пока GSMA Intelligence прогнозирует, что количество подключений к сетям 6G достигнет 2,4 млрд к 2035 году, отрасль до сих пор не может определиться, каким будет переход на новое поколение. В июне мы писали, что этот вопрос решится на заседаниях 3GPP в сентябре. Однако жаркие дискуссии в испанском Мадриде ни к чему толком не привели – окончательное решение по выбору архитектуры 6G пришлось снова отложить.
 
Детальный разбор ситуации представил эксперт Эмиль Олбрих, президент компании PrimeLime и вице-президент по технологиям в Signals Research Group. Судя по его публикации, выбор архитектурных способов миграции от 5G к 6G оказался центральным и наиболее болезненным вопросом для участников заседания рабочей группы RAN (сети радиодоступа).
 
Базовый сценарий перехода предполагает, что сеть 6G будет функционировать в автономном (standalone, SA) режиме – RAN будет подключаться исключительно к новому ядру 6G (6G CN). При использовании частот, в которых работает пятое поколение, будет применяться технология MRSS (Multi-RAT Spectrum Sharing). По сути, это эволюция старого механизма динамического разделения спектра (DSS), но без его ограничений и «болячек». При использовании MRSS сети пятого и шестого поколений делят одну несущую. При выходе из зоны покрытия 6G произойдет откат в 5G.
 
Но ряду игроков такой вариант не подходит, и в итоге появились три дополнительные опции. Опция 1 предполагает двойное подключение (Dual Connectivity), в котором 6G выступает «якорем» (anchor), а 5G – вторичным каналом. Это позволяет операторам запустить шестое поколение в новом спектре, а существующие базовые станции 5G использовать как дополнительные, но без их глубокой модернизации под MRSS. Опция 2 переворачивает этот сценарий: «якорем» выступает уже сеть 5G. По сути, это очень похоже на неавтономный (NSA) режим в 5G с привязкой к ядру 4G. Этот способ – самый непопулярный среди участников 3GPP, но его, к примеру, поддерживают Orange и Telecom Italia.
 
Опция 3 предлагает двойную регистрацию: устройство одновременно подключается и к ядру 5G, и к ядру 6G. Этот вариант активно лоббируют китайский оператор China Mobile, а также спутниковые компании, включая AST SpaceMobile и Skylo, так как он покрывает их специфические сценарии миграции (с 4G к 6G) и интеграцию со спутниковой связью (NTN).
 
Распределение голосов показало раскол: восемнадцать компаний поддержали первую опцию, три выбрали вторую, шесть отдали предпочтение третьей. За базовый сценарий отдали голоса восемь участников: Ericsson, Nokia, Apple, Telstra, T-Mobile, Deutsche Telekom, Jio и KT. Любопытно, что Deutsche Telekom был одним из авторов документа, продвигающего Опцию 1, но прямо во время заседания отозвал свою поддержку.

Эти восемь компаний названы сторонниками «чистой архитектуры», которые считают, что все остальные надстройки лишь увеличивают системную сложность. По их логике дополнительные варианты миграции вроде Опции 1 заставят смартфон поддерживать два активных радиоканала (5G и 6G) одновременно, так что мощность передатчика будет распределена между ними. Это ухудшает покрытие и быстрее сажает аккумулятор. К тому же операторам придется снова тратиться на глубокий апгрейд оборудования 5G ради его управления от 6G-узла. В итоге базовый сценарий MRSS выглядит единственным способом мигрировать без переплат и системных костылей.

Однако в заседаниях 3GPP нужен общий консенсус. А операторы ссылаются на неопределенность относительно ядра сети, что якобы мешает принять взвешенное решение по архитектуре RAN. Vodafone, к примеру, заявил, что поддержка Опции 1 возможна в том случае, если ядро 6G окажется «легкой эволюцией» ядра 5G, что позволит переиспользовать существующую инфраструктуру и ПО. Если же ядро будет создано с нуля, стоимость внедрения двойного подключения будет слишком высокой.
 
В 3GPP архитектурой ядра занимается рабочая группа SA2, а она даст свой вердикт только в ноябре. Но вряд ли это решит все проблемы. Председатель группы RAN был вынужден констатировать отсутствие консенсуса и перенес окончательное решение на декабрь. Однако он отметил, что позиции компаний за эти три месяца не изменятся – прозрачный намек на то, что дело не в ядре.
 
Очевидно, что за всеми этими дискуссиями стоят коммерческие расчеты. Одним операторам нужна максимальная экономия и переиспользование спектра и дорогостоящей инфраструктуры (типа «миллиметровых» сетей Verizon), другим – чистая архитектура сети без дополнительных технологических проблем. Вендоры рассчитывают заработать на продажах комплексных решений. Спутниковые операторы беспокоятся о своих специфичных сценариях интеграции.

Впрочем, в этом нет ничего нового. Достаточно вспомнить баталии вокруг SA/NSA. Но это означает, что в итоге стандартизация снова усложнится наличием нескольких компромиссных опций.

Samsung усиливает позиции в корейской гонке за AI-RAN
 
Не только Китай видит перспективы в объединении возможностей физического искусственного интеллекта и современных сетей связи (см. наш вчерашний пост). Этот тренд поддерживает и Южная Корея. Летом этого года страна запустила государственную инициативу Hyper AI Network по развитию ИИ‑инфраструктуры, где сети рассматриваются как «магистраль» для сервисов физического ИИ. Любопытно, что первым поставщиком проекта был объявлен шведский Ericsson. И лишь позавчера к нему присоединился южнокорейский Samsung.
 
Hyper‑AI Network реализуется в рамках более масштабной государственной программы «ИИ-хайвэй». Ключевая задача проекта – спроектировать и валидировать пилотные сети AI‑RAN, способные удовлетворять жесткие требования промышленных роботов (сверхнизкая задержка, высокая надежность и хороший аплинк), а также заложить основу для 6G. Развертывание сетей будет происходить непосредственно на промышленных объектах – верфи, нефтеперерабатывающие заводы, логистические хабы.
 
Первые проекты в рамках Hyper AI Network распределены между двумя корейскими операторами SK Telecom и KT, каждый из которых возглавил по консорциуму. Проект курируется Министерством науки и ИКТ Южной Кореи. Общий объем государственного финансирования пилотной фазы заявлен на уровне 17,2 млрд вон (~1 млрд рублей или 12,5 млн долларов) на два года. Непосредственно развертывание сетей должно начаться в октябре 2026‑го.
 
В пресс-релизе Samsung сообщил, что подписал контракты с консорциумами обоих операторов. В проекте KT решение будет внедрено для управления четвероногими сварочными роботами на верфи крупного мирового судостроителя HD Hyundai Samho, расположенной в уезде Йонам на юго‑западе Южной Кореи. Для SK Telecom площадка развертывания – нефтеперерабатывающий завод SK Incheon Petrochem (на северо‑западе страны, рядом со столицей – Сеулом), где автономные роботы будут патрулировать опасные зоны и передавать видеопоток для ИИ-анализа угроз.
 
Техническая основа предложения Samsung – платформа Network in a Server (NIS). Как мы рассказывали, она уже проходила испытания в проекте с американским Verizon. Теперь Samsung внедряет ее в реальной промышленной среде у себя на родине.
 
Напомним, что NIS объединяет виртуализированную сеть радиодоступа (vRAN), ядро 5G SA и вычислительные ресурсы для ИИ-приложений на одном коммерческом сервере общего назначения (COTS). В данном случае используются компактный edge-сервер Supermicro с процессором AMD EPYC 8004 и облачная платформа Wind River. Кроме того, Samsung поставляет софт CognitiV Network Operations Suite (NOS) для интеллектуальной автоматизации управления сетью. Такая архитектура обеспечивает локальную обработку данных и выполнение задач управления в реальном времени.
 
Samsung подчеркнул, что для KT он станет единственным поставщиком, а для SK Telecom – одним из вендоров. При этом в августе 2026 года о своем статусе единственного глобального технологического партнера в проекте SK Telecom объявил Ericsson. Шведский вендор сообщал, что будет создавать сеть на базе искусственного интеллекта на логистическом объекте KG Mobility в крупном портовом городе Пхёнтхек на западе страны.
 
Получается, что теперь Ericsson свой статус эксклюзивного международного технологического партнера SK Telecom потерял. Впрочем, тут нет ничего удивительного. Оператор изначально сообщал, что ориентируется на мультивендорный подход. Помимо Ericsson и Samsung в числе поставщиков для AI-RAN были названы Nokia и HFR, еще один южнокорейский производитель телеком-оборудования.
 
Samsung называет себя единственным вендором, кто одновременно сотрудничает с двумя консорциумами. И это выглядит логично: все-таки речь идет о государственном проекте Южной Кореи, а Samsung – местный производитель, способный закрыть сразу несколько аспектов разработки и внедрения AI-RAN. Все это вполне укладывается в глобальный тренд на суверенитет в ключевых технологических областях, к которым относятся искусственный интеллект и современные сети связи.

Персональный тариф для андроида: China Telecom и Huawei запустили 5G-A для роботов
 
Все чаще в сообщениях сотовых операторов звучат обещания гарантированного качества связи. На этот раз новости пришли из Китая, где China Telecom совместно с Huawei и LeJu Robotics представил сервис под названием «5G-A RoboLink Guarantee». Из названия понятно, что гарантии качества предоставляются на базе сети 5G-Advanced, но не обычным абонентам, а роботам!
 
Новый продукт позиционируется как коммерческий сервис для воплощенного искусственного интеллекта (Embodied AI) – в эту категорию входят в том числе человекоподобные роботы. В пресс-релизе сказано, что андроидам нужны высокая скорость восходящего канала связи и низкая задержка, и эти потребности удовлетворяет технология 5G-Advanced. Оператор China Telecom и Huawei за последний год развернули такую сеть в городе Хэфэй (провинция Аньхой), где и презентовали новую услугу.
 
В официальном анонсе не раскрываются конкретные частотные диапазоны, однако упоминаются архитектура 8T8R и асимметричная конфигурация 8T16R (восемь передатчиков и шестнадцать приемников). В целом, схема 8T8R – давно известное решение для сетей пятого поколения. Однако, судя по техническим документам Huawei, здесь речь идет о ее переносе в FDD-диапазоны с использованием сверхмассивных антенных решеток (ELAA) для создания сплошного покрытия с акцентом именно на аплинк. На испытаниях пиковая скорость восходящего канала действительно впечатляет – до 500 Мбит/с.
 
Оператор предлагает два коммерческих тарифа RoboLink Guarantee. Стандартный стоит 599 юаней в месяц (~7,5 тыс. рублей), что на порядок дороже обычных абонентских тарифов. Максимальная скорость аплинка – 300 Мбит/с, включенный пакет скоростного исходящего трафика – 200 ГБ. Продвинутый тариф стоит уже 999 юаней в месяц (~12,5 тыс. руб.). Там скорость может достигать 500 Мбит/с, а объем трафика увеличен до 500 ГБ. Для подключения используются специальные SIM-карты.
 
Что касается гарантий качества связи, то в китайском анонсе декларируются конкретные параметры – задержка до 20 мс в 95% случаев и минимальная скорость аплинка от 20 Мбит/с даже на краю соты. В продвинутом тарифе включена поддержка динамического сетевого слайсинга, тогда как базовый использует стандартную приоритезацию QoS.
 
Если обобщить эти факты, то мы получим следующую картину. Как и в кейсе Vodafone, оператор не дает 100%-ной жесткой гарантии на соблюдение заявленных характеристик. Динамический сетевой слайсинг, конечно, лучше простого приоритета, но при высокой нагрузке на сети все равно может произойти ухудшение качества связи – ведь это не выделенная инфраструктура, а общедоступная операторская сеть.
 
С технической частью более-менее разобрались, а теперь посмотрим, ради чего это все затеяно. Иллюстрацией технологического прорыва стал кейс группового патрулирования с участием 19 человекоподобных роботов, разработанных LeJu Robotics и оснащенных модулями 5G-A. Андроиды перемещались по восьми маршрутам и автономно выполняли 18 основных задач, связанных с эксплуатацией и визуальным анализом, – от обнаружения дорожных препятствий и уборки мусора до управления механическими клапанами.
 
Но для чего же нужен такой аплинк? Освещая международный чемпионат человекоподобных роботов, который проходил в Китае в конце августа, мы выяснили, что для непосредственного управления и выполнения физических манипуляций современная сотовая сеть вообще не требуется. Все критически важные расчеты и балансировка происходят на бортовых вычислителях и локальных моделях, а команды управления прекрасно проходят по самым базовым каналам.
 
Пресс-релиз, правда, поясняет, что при патрулировании роботы в реальном времени транслируют видеопоток высокого разрешения и телеметрию на платформу сбора данных LeJu для автоматической очистки, маркировки и последующего итерационного обучения моделей. То есть формируется красивый замкнутый цикл: робот патрулирует территорию, сливает трафик в облако, модель обновляется и машина становится немного умнее.
 
Получается, что сеть 5G-A нужна для выгрузки больших массивов данных в реальном времени для дообучения ИИ-моделей. Однако для решения этой задачи вовсе не нужен онлайн. Терабайты записанных данных можно с тем же успехом передать за пару минут по проводам/Wi-Fi, когда робот вернется на базовую станцию для подзарядки.
 
С этой точки зрения целесообразность использования 5G-A в данном кейсе остается под вопросом. Зато в рамках одного проекта китайские компании смогли наглядно показать успехи сразу в нескольких стратегических областях – робототехнике, ИИ, телекоме и патрулировании роботами улиц. Тоже результат.

Не все то золото, что в «белой бумаге» написано: ОАЭ делятся подробностями о U6GHz
 
Очередным «золотым» диапазоном – на этот раз для 6G – объявлена верхняя часть полосы 6 ГГц (6425–7125 МГц, n104 или U6GHz). Во всяком случае именно такая формулировка присутствует в официальной «белой бумаге», которую обнародовали телеком-регулятор TDRA из Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ), оператор e&, Университет науки и технологий Халифы и Нью-Йоркский университет Абу-Даби. Напомним, что в апреле в ОАЭ официально запустили коммерческую эксплуатацию U6GHz, а теперь отчет подробно освещает техническую часть вопроса.
 
Основной смысл использования этого диапазона заключается в обещании, что в нем можно добиться примерно того же покрытия, что и в среднечастотном спектре. Как объясняет документ, сигналы в U6GHz теряют примерно на 5,5 дБ больше мощности при распространении в открытом пространстве по сравнению с 3,5 ГГц. Однако современная антенная технология компенсирует этот недостаток, обеспечивая паритет покрытия, – разница составляет всего 2–5% на открытом воздухе. Это достигается за счет четырех механизмов.
 
Во-первых, используется массив из 256 приемопередатчиков (256TRX) Giga-MIMO, фокусирующий энергию в узкий луч с высоким коэффициентом усиления около 33 дБи (против 25 дБи в обычном 5G). Это дает +8 дБ. Во-вторых, ширина луча составляет всего 1,5 градуса (против 6 градусов), что снижает интерференцию с соседними сотами (+4–5 дБ). В-третьих, сигнал обнаружения соты можно выборочно усиливать (+6–10 дБ). В-четвертых, технология MU-MIMO (Multi-User Multiple Input Multiple Output) позволяет обслуживать двух пространственно разделенных пользователей, используя один и тот же спектр.

Документ говорит, что все это не только обеспечивает сопоставимое покрытие, но и дает прирост спектральной эффективности в полтора раза. В ОАЭ оператору доступно 350 МГц в U6GHz, так что емкость в 5,2 раза выше по сравнению со 100 МГц в 3,5 ГГц. Из этого делается маркетинговый вывод, что для достижения целевых показателей емкости территории (кто их установил?) потребуется примерно на 80% меньше новых сайтов – по сравнению с уплотнением в диапазоне 3,5 ГГц.
 
Документ уточняет, что достигается такая экономия за счет того, что U6GHz позиционируется не как отдельная сеть, а как слой сверхвысокой емкости (capacity overlay) поверх существующей макросети. Поскольку покрытие сопоставимо, радиомодули 256TRX Giga-MIMO можно устанавливать на действующих площадках. Оператору не нужно искать дополнительные места для размещения, тянуть туда питание и оптику, платить аренду и т.д. Это позволяет наращивать емкость постепенно, сайт за сайтом.
 
Отчет говорит, что таким образом оператор получает инструмент для перераспределения трафика. Например, активные абоненты фиксированного беспроводного доступа переводятся на новый диапазон, разгружая сети, работающие в полосах 2,6 и 3,5 ГГц.
 
Выглядит все это очень привлекательно! Если не обращать внимания на ограничения, которые, прочем, отчет честно фиксирует. К примеру, авторы отмечают, что современная архитектура Дубая и Абу-Даби, характеризующаяся преобладанием стекла и стали, является идеальной средой, так как обычное стекло практически прозрачно для сигналов U6GHz с дополнительными потерями менее 1 дБ. Однако там, где преимущественно строят из бетона, качество покрытия внутри зданий заметно снижается. Кроме того, многогигабитная пропускная способность на сайт требует хорошей оптики. В ОАЭ эта проблема решена благодаря 99,7% проникновения технологии FTTH, но, полагаем, для многих других рынков это станет серьезным ограничением.
 
Самым же спорным выглядит тезис о полной готовности экосистемы, о которой заявляет отчет. Да, операторское оборудование есть, однако с абонентскими устройствами ситуация сложнее. Для сохранения паритета покрытия в восходящем канале требуется использование оборудования с повышенным классом мощности передачи Power Class 1 (например, некоторые CPE FWA), тогда как стандартные смартфоны ограничены Power Class 3. По стандартам 3GPP это ориентировочно 29–31 дБм против 23 дБм. Без этого усиления, по данным документа, радиус уверенного приема внутри зданий в плотной городской среде заметно сократится.
 
Если добавить в это уравнение стоимость нового оборудования – а антенные системы 256TRX Giga-MIMO явно обойдутся дороже привычных Massive MIMO 64х64 для 3,5 ГГц, – то станет понятно, что пока речь идет скорее о нишевом использовании U6GHz в самых нагруженных локациях. Так что на данном этапе это не столько «золотой» диапазон, сколько «иридиевый»: ценный, но используется редко и в очень специфических задачах.

В США хотят тестировать диапазон 4,8–4,9 ГГц с прицелом на 6G
 
Недавно мы писали про испытания технологии интегрированного зондирования и связи (ISAC) силами Verizon и Samsung. Но оказалось, что американский оператор намерен глубже погрузиться в эту тему. Он запросил у телеком-регулятора FCC экспериментальную лицензию для «демонстрации сценариев использования передовых технологий 5G, таких как зондирование объектов, в качестве предшественника 6G ISAC». Но интерес вызывают не только испытания, но и планируемый к использованию частотный диапазон – 4,4–5.0 ГГц (n79), часть которого выделена российским операторам для развертывания сетей пятого поколения.
 
Согласно тексту заявки, Verizon планирует использовать для экспериментов полосу 4800–4900 МГц. Оператор запрашивает временную лицензию сроком на один год. Оборудование планируется тестировать в Лос-Анджелесе, в радиусе пяти километров от лаборатории Verizon, при этом работа будет вестись изолированно от действующих коммерческих сетей. В спецификации передающего оборудования указаны три радиомодуля Ericsson модели AIR 6449 B79A и десять устройств Samsung различных модификаций (без уточнения).
 
AIR 6449 B79A – это радиомодуль (RU) с интегрированной антенной. Можно предположить, что три таких устройства образуют трехсекторную базовую станцию. Что касается продукции Samsung, то это, видимо, мобильные устройства (специализированные тестовые терминалы или портативные сенсоры). Такое оборудование может использоваться для отработки сценариев радиолокационного зондирования в зоне действия базовых станций. В обоих вариантах используется ортогональное частотное мультиплексирование (OFDM). Для мобильных станций в заявке указана мощность 1 Вт, для фиксированной станции – 68,4 кВт ERP (эффективная излучаемая мощность).
 
Примечательно, что оборудование Ericsson, которое будет использоваться в тестах Verizon, – это не новая разработка. Еще в 2021 году радиомодуль с интегрированной антенной AIR 6449 Massive MIMO 64x64 тестировался в России для демонстрации агрегации несущих в полосе 4,8–4,99 ГГц.
 
Интересна американская риторика вокруг диапазона n79. Национальное управление телекоммуникаций и информации США (NTIA) запустило изучение спектра 4,4–4,94 ГГц на предмет возможности его частичного перераспределения под коммерческое лицензируемое использование. Эти частоты рассматриваются как ключевой элемент дорожной карты развития мобильной связи следующего поколения, наряду с верхней частью C-диапазона, полосами 2,7 ГГц и 7 ГГц.
 
Отраслевая ассоциация CTIA тоже активно лоббирует скорейшее выделение этого диапазона. В недавнем отчете она подчеркнула, что это станет «убедительной альтернативой стратегии Китая», который активно продвигает лицензируемое использование диапазона 6 ГГц на предстоящих Всемирных конференциях радиосвязи (ВКР).
 
Напомним, что Соединенные Штаты еще в 2020 году распределили 6 ГГц (5925–7125 МГц) для нелицензируемого использования. Сейчас – когда в США обсуждается выделение дополнительного спектра для будущих сетей 6G – стало понятно, что этот спектр бы очень пригодился. Но диапазон активно используется современными системами Wi-Fi, и выгонять из него действующих пользователей и менять регуляторику – сложная задача с репутационными рисками. Срочно понадобился новый кандидат на расчистку.
 
Тут есть интересный нюанс. Часть диапазона n79 (4,8– 4,99 ГГц) уже идентифицирована для сотовой связи в 54 странах (по подсчетам CTIA). При этом Китай входит в число рынков, где этот участок спектра реально используется. В свою очередь, американская организация предлагает лоббировать на ВКР-2027 идентификацию для 5/6G еще и полосы 4,4–4,8 ГГц. Подразумевается, что это компенсирует отставание от Китая (если только там тоже не решат выделить эти частоты для сотовой связи).
 
Дорожная карта CTIA по высвобождению и выделению операторам этого ресурса рассчитана примерно на четыре года. В 2027 году на Всемирной конференции радиосвязи предлагается добиться глобальной идентификации полосы 4,4–4,8 ГГц для 5G/6G, после чего в 2028 году NTIA должна провести ее национальную идентификацию. В 2029-м FCC должна разработать правила аукциона, а в 2030-м проведет торги. Так что, даже если все сложится, то запуск таких сетей в США состоится относительно нескоро.
 
Заметим, что вся эта дискуссия вокруг n79 потенциально играет на руку российским абонентам сотовой связи, поскольку международная гармонизация диапазона расширяется. Если на ВКР-27 удастся добиться идентификации для 5G/6G еще и полосы 4,4–4,8 ГГц, то это в перспективе может расширить экосистему пользовательских устройств и повысит ценность этого диапазона на глобальном уровне.

MOCN вместо слайсинга: британский подход к гибридным частным сетям
 
Недавно мы обсуждали гибридные частные сети, построенные на базе слайсинга и публичной операторской инфраструктуры. Теперь на горизонте появился еще один любопытный вариант, основанный на технологии MOCN (Multi‑Operator Core Network). Идея состоит в том, чтобы одна и та же инфраструктура радиодоступа (RAN) одновременно обслуживала ядро частной сети (private core) и ядро общедоступной сети мобильного оператора (public core). Именно такую схему продемонстрировали на днях британские компании Antevia Networks и Ontix.
 
Компания Ontix – оператор нейтрального хоста – поставляет MOCN‑шлюз Nexus, который маршрутизирует сессии абонентов в нужное ядро. Телеком-вендор Antevia отвечает за радиочасть. По заявлению вендора, с технической точки зрения это архитектура OpenRAN на серверах общего назначения (COTS). Антенны и радиомодули (RU), работающие в диапазоне 3,8–4,2 ГГц (полоса для совместного доступа в Великобритании), обеспечивают покрытие. Логическое разделение трафика начинается в RAN, а шлюз обеспечивает изоляцию и стыковку с ядрами: в результате одно устройство подключается к частной сети, а другое – к общедоступной.
 
Технология MOCN известна давно, но обычно она применяется для совместного использования ресурсов, включая RAN и спектр, несколькими операторами для оказания услуг массовым абонентам. Идея использовать одну инфраструктуру RAN для частной и общедоступной сетей кажется довольно свежей. Известно, что в июле в Саудовской Аравии Nokia провела пилотное развертывание сети с MOCN и объявила, что платформа потенциально готова к подключению частного ядра. Но Antevia/Ontix продвинулись дальше в части одновременного подключения обоих типов ядер, показав технологию в действии.
 
Объявление о партнерстве Antevia/Ontix сделали еще в мае. И тогда они акцентировали внимание на экономике, заявив, что их модель решает проблему «кто платит?» за indoor‑покрытие, хотя подробностей не привели. Полагаем, что имеется в виду следующий расклад. Заказчику нужна качественная связь для абонентов всех операторов и одновременно выделенная частная сеть для собственных систем – внутри здания. Он готов заплатить за частную сеть, но решать задачу покрытия для обычных абонентов не хочет – по его мнению, это забота операторов. А они, в свою очередь, не хотят финансировать создание отдельных сетей – это дорого и неэффективно.
 
При таких вводных схема Antevia/Ontix призвана решить проблему за счет распределения затрат на всех. Владелец здания/предприятия платит за частное ядро 5G и приложения (IoT, автоматизация, безопасность), получая выгоду от внедрения производственных систем, робототехники, видеонаблюдения и т. д. Операторы платят за доступ к общей RAN для обслуживания своих абонентов, но не вкладываются в строительство. Нейтральный хост выступает посредником, инвестирует в инфраструктуру и получает доход, сдавая ее в аренду обеим сторонам.
 
В модели MOCN заказчик одновременно получает возможности выделенной инфраструктуры и доступ к общедоступной сети, однако в отличие от слайсинга у него нет жесткой привязки к конкретному оператору. При этом он не несет капитальных затрат на RAN, переводя их в операционные.
 
В релизе не раскрыто, к какой конкретно общедоступной сети подключались устройства в рамках тестирования. Отсутствие привязки к конкретному оператору – потенциальное преимущество модели, но на практике оно реализуется только тогда, когда к шлюзу подключены ядра всех основных игроков рынка. Пока Antevia и Ontix показали связь лишь с одной публичной сетью. Если это действительно нейтральный хост, следующим шагом должно стать подключение ядер всех трех операторов Великобритании – иначе бизнес-модель, построенная на разделении затрат между всеми игроками рынка, может не заработать.

Не все отчеты одинаково полезны: статистика GSA по FWA искажает картину рынка
 
Мы внимательно следим за развитием фиксированного беспроводного доступа (FWA), поэтому свежий отчет GSA по поставкам абонентских устройств (CPE) для этого сервиса не мог остаться без внимания. Однако при детальном изучении документа мы пришли к выводу, что он скорее искажает реальную картину рынка, чем проясняет ее.
 
Приведем основные цифры отчета. В 2026 году общий объем поставок устройств FWA вырастет на 16% и достигнет 23 млн единиц. Ожидается, что доля 5G-устройств увеличится с 60% до 69%. Сегмент 5G RedCap FWA, по прогнозам, вырастет почти в четыре раза – до 821 тыс. устройств. Крупнейшая и самая быстрорастущая категория (57%) – оборудование для установки внутри помещений (indoor CPE).
 
Но потом мы начали анализировать эти цифры и поняли, что пазл не складывается. Сомнения зародились, когда мы увидели долю отгрузок по регионам. Лидер – Северная Америка с 28%. Тут вопросов не возникло – по данным за первый квартал 2026-го на рынке насчитывается более 17 млн абонентов FWA (около 1 млн добавилось за первый квартал 2026-го). Далее идет Африка с 21%. Это тоже логично: там этот сервис действительно крайне востребован, поскольку тянуть оптику в удаленные районы дорого и сложно. Правда, отдельную статистику для этого континента мы раньше не видели. Потом следуют Европа, страны Азиатско-Тихоокеанского региона...
 
Стоп. А где же Индия? Это один из наиболее динамичных рынков FWA, который догоняет американский. На конец июля 2026 года в стране насчитывалось 13,2 млн 5G FWA-подключений, а в конце 2025-го было около 11 млн (+2,2 млн за семь месяцев). В отчете же Индия сравнялась с Ближним Востоком (9%) и отстает от Китая (10%). И что тут вообще делает Китай, в котором сегмент FWA для домашнего интернета практически не развивается? Как отмечают отраслевые аналитики, высокий уровень покрытия оптоволокном в стране делает FWA бессмысленной альтернативой домашнему ШПД.
 
Мы стали разбираться в методологии и обнаружили причину расхождений. Отчет GSA основан на результатах опроса всего 15 поставщиков оборудования CPE. Хотя еще пару лет назад в аналогичных исследованиях участвовало около 30 компаний. Составители уверяют, что эта выборка по-прежнему отражает состояние рынка 3GPP-устройств. Но мы бы с этим поспорили. Дело в том, что среди этих 15 вендоров нет двух лидеров рынка – Nokia и ZTE.
 
Данные Counterpoint Research за 2025 год указывают, что Nokia заняла первое место по объемам поставок 5G FWA CPE в 2025 году, продемонстрировав сильные результаты в Индии, США и регионе EMEA (Европа, Ближний Восток и Африка). И хотя в 2026-м финская компания объявила о сделке по продаже этого подразделения американской Inseego (она должна завершиться в четвертом квартале 2026-го), это не должно отражаться на статистике. Также в тройке лидеров у Counterpoint находятся ZTE и Huawei.
 
Однако последний отчет GSA упоминает только Huawei, хотя в прошлом году там была Nokia, а в 2024-м еще и ZTE. Кроме того, отсутствуют данные Arcadyan (4-е место) и Sagemcom (6-е место), которые, как утверждает отчет Counterpoint, показывают устойчивый рост в Западной Европе и США.
 
Отсутствие этих имен в выборке делает статистику GSA крайне сомнительной. Возьмем ту же Индию: оператор Airtel активно использует CPE от Nokia, чьи данные в отчет просто не вошли. А лидер рынка Jio, вероятно, опирается на собственные разработки и локальное производство, что также не учтено.
 
Если же взять прошлогодний отчет, то выяснится, что вообще все цифры «поплыли». GSA прогнозировала, что в 2025 году поставки абонентских терминалов FWA вырастут на 26% и достигнут 35,3 млн единиц (с 28 млн в 2024 году). А в новом отчете объем поставок в 2025-м составил всего 20 млн. В прошлом году GSA утверждала, что количество CPE с поддержкой миллиметрового диапазона в 2025-м достигнет 1,1 млн. А сейчас говорит, что в 2026-м их число вырастет до 400 тыс. – с 350 тыс. в 2025-м.

Получается, что мы не видим целостной картины рынка, поскольку опираемся на ограниченные данные небольшой группы компаний, согласившихся заполнить анкету. Возникает резонный вопрос: можно ли доверять остальным трендам из этого исследования?

В общем, не все отчеты одинаково полезны. Иногда лучше промолчать или расширить выборку, чем выпускать исследования, которые вводят рынок в заблуждение.

Минпромторг России совместно с производителями и разработчиками готовит новую стратегию развития микроэлектронной отрасли

Компании — производители и разработчики совместно с Минпромторгом России готовят новую стратегию развития микроэлектронной отрасли.

Среди основных предложений — введение обязательного использования российских микроэлектронных компонентов при подтверждении локализации, установление «компонентной квоты» в регулируемых закупках, расширение требований к КИИ на микроэлектронные производства и создание гарантированного спроса на первые серии микроэлектронной продукции.

Дополнительно обсуждается обновление классификации микроэлектронной продукции для реестров, а также льготные лизинг и налоговые вычеты. При этом пока стратегия находится в стадии обсуждения и конкретные меры не согласованы.

Руководитель отдела цифровой трансформации НОЦ ФНС России и МГТУ им. Н.Э. Баумана Александр Староверов рассказал, что предыдущая стратегия отрасли в основном фокусировалась на поддержке разработки, реестрах и баллах за локализацию. Новый документ необходим, чтобы перейти от этапа разработок к реальному производству и продажам, считает он.

🔗 В августе сообщалось, что Минпромторг России прорабатывает введение балльной системы для определения уровня локализации ИИ-чипов.

Слепая зона Ericsson: почему аплинк для ИИ-очков может оказаться не нужен
 
Ericsson вновь оседлал своего любимого конька – согласно очередной публикации, операторы должны улучшать аплинк, чтобы пользовательские устройства эпохи ИИ не испытывали проблем с передачей данных в облако. На этот раз вендор не ограничивается общим прогнозом роста восходящего трафика, а разбирает конкретные пользовательские сценарии и на этом основании делает далекоидущие выводы. Впрочем, за техническими деталями вендор не видит важной социальной проблемы, которая как раз сейчас набирает обороты.
 
Мы уже не раз выражали сомнения в том, что развитие искусственного интеллекта требует срочной модернизации мобильных сетей. Идея о том, что через несколько лет гаджетам понадобится постоянно «видеть» мир и передавать видео, изображения и звук для обработки в облако, пока упирается в технические ограничения самих устройств. Барьеры для таких сценариев связаны преимущественно с емкостью аккумулятора, тепловыделением, мощностью чипа, пропускной способностью памяти и габаритами устройства.
 
Для умных очков, которые Ericsson обычно приводит в качестве будущего массового гаджета ИИ-эпохи, это особенно неприятно – форм-фактор ограничивает возможность установки большой батареи или дополнительного охлаждения для мощного процессора. Возможно, индустрия постепенно решит эти проблемы, а спрос на новый класс устройств действительно появится. Ericsson как раз исходит из такого сценария и пытается понять, какую нагрузку такие устройства создадут для сетей.

Вендор изучил, какой вариант сервиса Practical Task Helper для ИИ/AR-очков предпочитают потребители. Этот помощник подсказывает, как справиться с незнакомой задачей – например, отремонтировать тостер.
Пользователям предложили четыре варианта помощника. Первый просто отвечает на вопросы и голосом зачитывает инструкцию. Второй предлагает пользователю схему или другой визуальный материал. В третьем варианте ИИ-помощник дает визуальные советы на каждом этапе (показывает, какой болт открутить и что делать дальше). В четвертом варианте сервис работает постоянно, в реальном времени направляя руки пользователя.
 
Наиболее популярным (33%) оказался третий вариант. Ericsson из этого делает вывод, что ИИ-помощнику требуется регулярно получать детальный контекст происходящего вокруг пользователя, а устройство должно отправлять эти данные в облако, увеличивая нагрузку на сеть. Дальше вендор утверждает, что уже сейчас 40% сетей 5G не соответствуют минимальным требованиям к восходящему трафику для ИИ-сервисов (1–5 Мбит/с на устройство).
 
Мы бы не стали превращать результат одного исследования в доказательство будущего роста ИИ-трафика. Но дело даже не в этом. Сейчас во весь рост встает другая проблема – и она лежит не в технологической плоскости. В последнее время общество остро реагирует на нарушение конфиденциальности из-за неконтролируемого сбора данных об окружающем мире. И больше всего претензий у людей вызывают именно умные очки с камерами, которые могут скрытно снимать окружающих и даже распознавать лица.
 
В Сети обсуждаются (и осуждаются) примеры того, как пользователи таких очков тайно снимали ничего не подозревающих женщин на улице и размещали видеозаписи в соцсетях. Существуют интернет-ресурсы с призывами защитить людей от подобных гаджетов. В Великобритании петиция о немедленном запрете продажи и продвижения смарт-очков собрала почти 9,5 тыс. подписей – почти достигнув порога в 10 тыс., после которого правительство должно дать официальный ответ.
 
В Норвегии дискуссия дошла до правительства – там обсуждается ужесточение регулирования для гаджетов с камерами и микрофонами, включая возможный запрет функций, позволяющих идентифицировать других людей с помощью распознавания лиц в общественных местах. Между тем, на прошлой неделе в Осло, столице Норвегии, объявили о запрете использовать умные очки в школах.
 
Основной удар принимает на себя лидер этого рынка – Meta (признана экстремистской организацией, ее деятельность запрещена в РФ). В Германии организация HateAid подала уголовную жалобу против руководства компании, утверждая, что умные очки Ray-Ban Meta могут подпадать под нормы, запрещающие продажу коммуникационных устройств, предназначенных для скрытой съемки.
 
Разработчики пытаются отвечать на эти претензии инженерными средствами – встраивая внешний светодиод, который миганием должен показывать окружающим, что камера ведет съемку. Однако мигание легко не заметить, а сам факт его наличия не отменяет психологического дискомфорта окружающих.
 
Похоже, что перспективы роста восходящего ИИ-трафика будут зависеть не только от технологий и предпочтений пользователей. Ограничителями могут стать регулирование и отношение общества к гаджетам, которые «познают» мир с помощью камер и микрофонов.

«Аплинк больше нельзя считать второстепенной задачей. Операторы и производители устройств, которые раньше других осознают этот сдвиг, извлекут из него максимальную выгоду», – несколько преждевременно резюмирует Ericsson.

Сергей Кириенко и Дмитрий Григоренко оценили работу базовой станции 5G ИРТЕЯ на стенде МТС

Первый заместитель руководителя Администрации президента РФ Сергей Кириенко и заместитель председателя правительства РФ – руководитель Аппарата правительства РФ Дмитрий Григоренко посетили стенд компании МТС на площадке Международного фестиваля молодежи в Екатеринбурге. В ходе визита они ознакомились с работой российской базовой станции 5G ИРТЕЯ, интегрированной в коммерческую сеть оператора.

Базовая станция ИРТЕЯ функционирует в диапазоне 4,9 ГГц (n79) в режиме неавтономной архитектуры (NSA) поверх действующей коммерческой сети. В ходе демонстраций оборудование показало пиковую скорость свыше 800 Мбит/с на загрузку и более 70 Мбит/с на отдачу. Подключиться к сети могут абоненты МТС со смартфонами, поддерживающими 5G в данном диапазоне.

ИРТЕЯ уже поставила операторам МТС и «Билайн» в общей сложности 1500 базовых станций LTE, поддерживающих 5G на принципах технологической нейтральности. До конца года планируется поставка еще около 1500 таких станций.

Базовые станции 5G с поддержкой 4,9 ГГц в этом году пока поставляются в единичных экземплярах: операторы должны сначала завершить тестирование. Поставка первой крупной серии из 300-500 БС запланирована на первую половину 2027 года.

Напомним, что 31 августа Государственная комиссия по радиочастотам выделила операторам полосы по 90 МГц в диапазоне 4,63–4,99 ГГц и разрешила рефарминг частот LTE. При этом все новые базовые станции, разворачиваемые как в рамках модернизации LTE, так и в новом диапазоне n79, должны быть исключительно отечественными. Планомерный переход на российские решения стартует с 2027 года и должен завершиться к концу 2031 года. Как ранее подчеркивал Дмитрий Григоренко, перед отраслью стоит задача довести долю отечественных базовых станций 5G до 100%.