В продолжение. Про дефицит и антропологию.

У Владимира Проппа («Морфология волшебной сказки», 1928 г.) герой никогда не покупает волшебное средство: он либо проходит испытания у дарителя, либо получает предмет как награду за правильное поведение.

В арабских сказках тоже артефакты получаются не через рыночный обмен. Ковер-самолет, лампа Аладдина – это либо счастливый случай, либо прохождение сложных испытаний, но не покупка. Причем сам факт обладания артефактом тут же выделяет героя на фоне остальной массы.

Марсель Мосс («Essai sur le don», 1925) пишет: дар в архаических обществах никогда не бывает просто вещью — он несёт в себе дух дарителя, и создаёт непогашаемый социальный долг между сторонами, тогда как рыночная покупка обезличена и долга не создаёт.

Бронислав Малиновский в 1922 г. описал обмен у тробрианцев (Океания). Раковинные ожерелья и браслеты, которые циркулируют по кольцу островов, практически не имеют утилитарной ценности — их значение целиком в том, через чьи руки они прошли и кто кому их передал. Предмет — просто носитель истории отношений, престиж даёт не вещь, а маршрут, которым она к тебе пришла. И через каких людей ты достал вещь или решил свой вопрос (это не только к экономике, это шире, ко всему спектру социальных отношений).

Важна не вещь как таковая (брендовое украшение, например), а усилия по ее доставке и ощущение привилегированности (у других такой нет). Способность достать бензин – это не только про рыночные отношения и про то, что у меня есть деньги. Это еще и про у меня есть социальный капитал, связи, способность достать то, что нужно. Глагол «достать» в позднесоветской реальности был ключевым инструментом преодоления дефицита. Вещи не покупали, а доставали.

Предмет обладания наделяется сверхценностью не сам по себе, а как маркер того, что его обладатель встроен в невидимую, недоступную большинству сеть посвящённых.

Статус измеряется не обладанием предметом, а фактом этой встроенности, публично засвидетельствованным через сам предмет, который доказывает эту принадлежность. «У меня проблем с бензином нет» – и это звучит круто. И это реально делает этого человека счастливее других.

В этом важный социально-психологический вывод. Соотносительность с другим в настоящий момент. Она очень влияет на самооценку.

А то, что год-два назад такой проблемы даже не было уходит на второй план, по крайней мере в бытовых оценках. Хотя, конечно, и это тоже влияет на оценки происходящего. Но это когда подумать, а думать не всегда хочется…