Безъ чего нельзя представить себѣ старомосковскую кухню? Какъ ни удивительно, безъ (хорошаго французскаго) шампанскаго.

По свидѣтельству П. П. Гнѣдича, извѣстный драматургъ Александръ Николаевичъ Островскій однажды обронилъ такую фразу:

— Московскіе славянофилы признаютъ всё только россійскаго производства, кромѣ шампанскаго: они пьютъ Клико, Аи и Редереръ, а отъ Эксцельсіора отказываются какъ отъ чорта.

Въ московскихъ трактирахъ — особенно фешенебельныхъ, вродѣ Троицкаго, — шампанское лилось рѣкой. Вотъ какъ описывалъ кутёжъ въ Москвѣ провинціальныхъ купцовъ Александръ Сергѣевичъ Ушаковъ:

«Ну, думаетъ провинціалъ, наконецъ я въ Москвѣ! и отъ этой мысли вся широта и полнота русскаго духа порывается наружу... Троицкій, уха стерляжья, растегаи, поросенокъ бѣлоснѣжный, икра, калачъ и вдовушка Клико — и вотъ ужъ и Ильинка, вотъ и Троицкій, уха янтарная и искрометное Клико; тамъ театръ, роскошь, музыка, балетъ, потомъ въ сосѣдствѣ маскарадъ, спертый и жаркій воздухъ, блескъ, музыка и женскія слова, тамъ тройка русская отъ Ечкина, лихая; застава, гладкая дорога, морозу градусовъ пятнадцать, tête-à-tête, и пріютъ тихій, теплый и снѣгомъ занесенный.... Забыто все: домъ и совѣсть, жена и дѣти, и дѣла по банку; деньги льются и наслажденьямъ нѣтъ конца...».

А то говорятъ «французская булка»... Фи! Зернистая икра, московскій калачъ и вдовушка Клико!

(Гнедич П. П. Книга жизни, 1929; Скавронскій Н. [Ушаковъ А. С.] Очерки Москвы, вып. I, 1862).