Лучше всего о нелегкой доле легионера написал, как ни странно, Ильф (который "и Петров"). Есть у него в записных книжках забавные наброски повести о том, как римский легион входит в советскую Одессу 20-х годов ХХ века.

Не можем удержаться и не привести пару цитат:

"В легионе, переправившемся через Прут и занявшем Одессу, было пятнадцать тысяч человек, это был легион, полностью укомплектованный, — грозная военная сила. Легат Рима жил во дворце командующего округом, среди громадных бронзовых подсвечников. Так как раньше здесь был музей, то у основания подсвечников помещались объяснения, в которых бичевался царский строй и его прислужники. Но легат не знал русского языка. Кроме того, он был истинный республиканец и к царям относился недоброжелательно".

"Это был ... пожилой человек, грубоватый, может быть даже неприятный. Он уже участвовал в нескольких тяжелых, нудных походах против каких-то голых и смуглых идиотов. Он уже знает, что одной доблести мало, что многое зависит от интендантства. Например, доставили такие подбородные ремни, что солдаты отказываются их носить. Они раздирают подбородки в кровь, такие они жесткие. Итак, это был уже немолодой римский офицер. Его звали Гней Фульвий Криспин. Когда, вместе с своим легионом, он прибыл в Одессу и увидел улицы, освещенные электрическими фонарями, он нисколько не удивился. В персидском походе он видел и не такие чудеса".

О буфетчике Публии Сервилии Воскобойникове, Яшке Ахроне, который "уже служил в нумидийских вспомогательных войсках, и друзья его детства с завистливой усмешкой говорили ему: «Слушай, Яша, мы же тебя совсем не держали за нумидийца»" и прочих жителях Одессы, которые устраиваются как могут под римской оккупацией, читайте сами.

Ну, и финальный удар: "Легат посмотрел картину «Спартак» и приказал сжечь одесскую кинофабрику. Как настоящий римлянин, он не выносил халтуры".

Впрочем, последнюю шутку могут оценить только знакомые с творениями одесской киностудии.