Диоклетиан с соправителями были еще довольно скромны для поздних римских императоров. Потому что вот надпись на милиарии Константина II, сына Константина Великого (того самого, который издал Миланский эдикт и признан в православии равноапостольным святым).

Тут скромность и не ночевала:

"Император Цезарь Флавий Юлий Констанций, благочестивый, счастливый Август, величайший победитель, вечный триумфатор, сын божественного Константина, величайший и благороднейший первый гражданин, внук божественных Максимиана и Констанция, правнук божественного Клавдия [Готского], верховный понтифик, Германский, величайший Алеманнский, величайший Германский, величайший Готский, величайший Адиабенский, обладающий трибунской властью в тридцать второй раз, тридцать раз провозглашённый императором, консул в седьмой раз, отец отечества, проконсул, после того как он построил дороги, восстановил мосты и привёл государство в порядок, установил по всей Иллирии милевые камни через каждые пять миль — от реки Атрас до реки Савы на протяжении трёхсот шестидесяти четырёх миль".

Выбивая эту надпись, резчик изнемог так, что совершил целый ряд грубых грамматических ошибок. Так, алеманны (те самые, в честь которых французы до сих пор называют Германию "Аллеманией") у него превратились в "Аламамнов". Можно понять.