В тёплой ванне

«Счастливая земля» - балабановский магический реализм в маленьком польском городке, застрявшем где-то на рубеже девяностых и нулевых. Отличия от постсоветской действительности минимальны и носят исключительно косметический характер: другие названия ларьков и видеопроката, сигареты и алкоголь под незнакомыми марками, но эффект абсолютно тот же самый. Дети бегают за гаражами, пока взрослые громко выясняют отношения или тихо спиваются на кухне, утопающей в дыму, что проник глубже бетона, глубже костей и мяса. Проблемы и мифы маленьких городков, кажется, всюду одинаковы. Они как заморские родственники: диковатые, взбалмошные, но в глазах читается глубинное понимание, солидарность. Мы похожи. Я – как ты.

И в каждом таком сонном городке обитает своё, личное зло. Оно может принять обличие слуги народа, что носит в себе грехи, с которыми должен был бороться. Или облик холодного родителя, который не только никогда не любил, но и вовсе не желал твоего появления на этот проклятый свет. Лицо хулигана из соседнего подъезда, который кидается на всех с заточкой, чтобы никто не распознал внутри его всепоглощающий страх. Твоё собственное отражение, оборачивающееся сгустком ненависти, забитости, нежелания жить и любить, ведь эти чувства тебе дики и непонятны. Зло может превратиться в запах на улице, рассказывающий о бедности прогорклым дымом дешёвых сигарет, быстрых обедов, вонючего пота работяг с вечной стройки по соседству; порочными узорами в бензиновых лужах.

Зло может жить прямо посреди городка Рыкусмыку в тоннелях разрушенного замка и в последний день лета позвать к себе четверых мальчишек, чтобы исполнить их самые заветные желания и мечты.

Лукаш Орбитовский пишет «Оно следует» за пару лет до выхода фильма. Его хоррор – тревожное предчувствие злого рока, неустанно преследующего по пятам сквозь расстояния, сквозь годы и мыслимые и немыслимые преграды. Исполненные желания выдаются под процент, а после взымаются. И если тебе нечем платить, то у тебя отберут всё, что тебе дорого, оставив по итогу лишь слепоту, сломанные кости и дыру в том месте, что некоторые называют душой.

Понимаю тех, кому роман не понравился. Он тягомотный (500 страниц страданий мужчин кризиса среднего возраста), в нём нет привычного ужаса, саспенса; всё, что происходит на страницах книги, – тихое тление человеческих судеб тех, кто в силу своего наивного возраста однажды загадал то, чего мог бы добиться своими силами.

И даже условное зло, что веками было заперто в тёмных тоннелях замка, является жертвой обстоятельств, вынужденным пленником алчных желаний нескольких поколений людей.

У книги закономерный, притчевый финал. Если поначалу я думал, что здесь будет что-то типа романа «Только хорошие индейцы» (воссоединение спустя годы, чтобы дать бой сверхъестественным силам), то уже где-то с середины явственно понимаешь: если выросшие вчерашние пацаны вернутся в городок, чтобы победить зло, то у них ничего не выйдет.

Так и оказывается. Реалистично и жизненно.

Лукаш ещё очень поэтично пишет, хоть и хлёстко и рублено одновременно.

А сама книга на маркетплейсах продаётся за смешные копейки.

| Счастливая земля | Лукаш Орбитовский | 2013

Забыл сказать, что всякий раз, когда мне попадаются обложки «Челюстей», меня разрывает от смеха.

Что это вообще такое? Настолько было похуй, что пририсовали челюсти какой-то собаки, или что это за животное такое? Оно вообще существует? Зоологи, подскажите.

А эта грустная рыбина…

А тут акула что, пытается плавником схватить и откусить голову обнажённой девушке?

А тут морской хищник летает по небу задолго до великой серии фильмов «Акулье торнадо» и на неё кричит синий зомби-мужик. Внизу безмятежные пальмы и фантомный аквалангист.

Сюрреализм как он есть.

Культовая классика, кстати.

Знаковый летний блокбастер.

«Утопленница» - шаг в сон, если бы тот приобрел форму озера. Водоём без дна, тёмный зёв пустоты, бесконечно расширяемая Вселенная. Пограничное состояние между калейдоскопом сновидений и реальностью, что не может до конца отпустить в мир Орфея. Многим знакомое чувство температурной лавины, сносящей сонный городок здоровья: волна, перемалывающая в пыль платину здравомыслия и ясности сознания.

Кейтлин Кирнан посвятила роман Питеру Страубу – писателю, большинство произведений которого были отданы зыбкому прошлому, призракам и неясным теням, просачивающимся сквозь незаметные щели в наш мир. Если слог и кисельный темп Страуба вам знакомы и устраивают, то и «Утопленница» сможет понравиться.

Роман Кирнан – это история, где очень много привидений, снов, галлюцинаций и версий реальностей, и при всём этом многообразии эфемерных явлений и динамик вполне возможно, что всё описанное – ложь, вымысел. Приём, скажем откровенно, импонирующий тонкой прослойке читателей, а уж если вы из тех, кому обязательно нужны внятные, расставляющие всё по полочкам ответы, то открывать эту книгу и вовсе не стоит.

Главная героиня Индия Морган Пелпс (Имп для знакомых и друзей) – художница и немного писательница, страдающая наследственной шизофренией. Её мать покончила жизнь самоубийством, бабушка проделала тот же самый трюк. По всей логике вещей нечто схожее могло бы случиться и с Имп, но вместо этого на ночном шоссе она встречает обнажённую женщину, и это нечаянное знакомство запускает цепочку странных, пугающих событий.

В «Утопленнице» внушительный список отсылок и того, что вдохновило писательницу: от моей любимой группы Radiohead, до «Алисы в Стране чудес», от дела об убийстве «Чёрной Орхидеи», до фильма «В компании волков», от Лавкрафта до Джозефа Конрада, ибо весь роман – своеобразное путешествие, спуск к сердцу тьмы. Список намного больше, но я выдернул самое очевидное, что помогло бы понять настроение и стиль.

Из абзацев выше не особенно понятно, что ждать от книги, но я вас уверяю: непонятно будет и после прочтения.

Нарратив расплывается бензиновыми узорами по ходу всего хронометража. То, что начинается с одержимости странной картиной, заканчивается сектами, постоянным сломом четвёртой стены и оборотнями, а в финале и вовсе каким-то меланхоличным триллером, нащупавшим твёрдую почву какой-никакой, но всё-таки реальности.

Забавно ещё и то, что роман издали на русском в 2023 году. Главная героиня здесь спит с другими женщинами, в книге упоминаются наркотики, компьютерные игры, секты, самоубийства и прочие радости жизни.

Сдвиг эпох настал как-то резко. Вряд ли такое издали бы сейчас, а если бы и да, то с уродской цензурой. Перевод вроде качественный, а сам роман написан красивым слогом.

Не хоррор в классическом понимании, а нечто напоминающее тревожный сон, что вернётся воспоминанием в самый неподходящий момент.

Жаль, что на русском у Кейтлин больше ничего не издавали. Да уже и вряд ли.

| Утопленница | Кейтлин Кирнан | 2012

Вряд ли вы помните меня, возможно, себя, и уж тем более этот канал, но пора выходить из забытья. Время просыпаться. Хотя бы одним глазком.

Лично я не знаю, почему так произошло. Может, это тот самый пресловутый читательский блок, о котором я был так много наслышан. Может, события зимы, от которых я рьяно зарывался в сугробы страниц и кинолент, наконец-то догнали меня и парализовали. Выгорание на работе, постоянный недосып, от которого я проспал и опоздал на все запланированные сновидения. Сенсорная перегрузка. Черви-мысли в кольцах древа моего разума. В общем, всё сразу, а может, ничего из этого. Не важно.

Забавно, но «Утопленница» – целиком и полностью история, попадающая в меня, но стоило мне всякий раз взять в руки книгу, как желание читать тут же испарялось. Всё это время я не вынимал с полки, не раскрывал и не нюхал страниц, хотя раньше обожал это, и это стимулировало меня думать о том, какой же сюжет я облапаю следующим.

На днях дочитал «Утопленницу» и больше сотни страниц следующего романа. Надеюсь, не заброшу.

На фото две (уже) редкие книги, привезённые из отпускной Москвы, которые уже не достать на маркетплейсах: «Коко» и «Лучший год в истории кино…». А вот «Пурпурная Америка» – какая-то годнота, судя по прессе и отзывам. Книга, к которой нужно готовиться. Спасибо «Pollen Press» за то, что откапывают абсолютно культовые вещи, которые до сих пор были невидимыми для читателей СНГ. Почитать подробнее про роман Рика Муди можно тут.

Зацените, кстати, пепельницу;)

Призраки – это такие воспоминания, которые слишком сильны, чтобы их можно было раз и навсегда забыть, они отзываются эхом сквозь годы, отказываясь быть стёртыми неумолимой дланью времени.

| Утопленница | Кейтлин Кирнан

С опаской приступал к «Клювам» Кабира. Когда-то зацепился за посредственные отзывы, но что-то внутри, называемое некоторыми душой, требовало чего-то лёгкого, ураганно-кровавого и ни к чему не обязывающего. И, кстати, опасения оказались напрасными: Кабир выдаёт ровно то, чего и ждёшь. Но, конечно, с небольшими нюансами.

В своё время, а это, наверное, было лет десять назад, если не больше, меня тотально разочаровал «Мобильник» Кинга. Возможно, не попал в настроение, а может, я тогда не в полной мере оценил очарование сюжета бриллиантовой категории «В». Короче, я осознаю, что был не прав. Книгу Кабира в каждом первом ревью сравнивают с романом Кинга. Но в массовом помешательстве населения нет каких-то сложных механизмов и подводок: импульс через гаджеты, глобальное распространение вируса или, например, сон. Те, кто уснул, проснувшись, стали одержимыми убийствами. Планетарного масштаба «Кошмар на улице Вязов» встречается с условным зомби-муви, но с щепоткой довольно-таки забавной мифологии (тут замешаны нацистские учёные), трансформирующей жанр романа из предопокалипсиса в буквально фэнтезийное противостояние Добра и Зла.

Мало того, что всюду лунатики с острыми, тупыми, дробящими, продолговатыми предметами, так ещё нужно и самому не заснуть. Я, кстати, наверное, продержался бы. Пиздец, какой у меня отвратительный сон. За ночь просыпаюсь три раза минимум.

Персонажей много, события локомотивом мчатся из точки А в точку Б, по пути минуя горы тел и теряя в кровавом переполохе часть команды. Получается весело и грустно, как в той песне, но есть одна существенная проблема.

В угоду масштабу Кабир постоянно переключает тумблер между действующими лицами и целыми странами, как бы интегрируя в повествование самостоятельные рассказы, которые тем не менее вредят основной сюжетной линии, не позволяя той в полной мере нарастить мясо и мышцы, оставляя её хилой и куцей.

Иными словами, роману буквально не помешала бы сотня-другая страниц, чтобы вывести историю в нечто объёмное и цельное, чтобы прям уух! Ну ничего. Сойдёт.

Интимность и изоляция «Мух» понравились больше, хотя сравнивать эти романы глупо: в первом случае действие происходит в одном доме, а здесь – в целом мире.

А ещё очень жаль, что книжная серия HorrorZone загнулась. Это была мощная концентрация палп-литературы с пёстрыми VHS-обложками, как на тех самых кассетах с ужасами из детства.

| Клювы | Максим Кабир | 2019

Очень надеюсь, что «Вендиго», недавно вышедший роман французской писательницы в серии «МУ», будет единственным таким сильным разочарованием в этом году. Это очень печальная книга, но не в контексте настроения, а каких-то упущенных возможностей и надежд, обречённых стать ложными.

Эстель Фай мрачно запрягает, заставляя вспомнить «Братство волка»: сырость, грязь, Французская революция, угрюмость и что-то неведомое, наблюдающее, но не позволяющее себя обнаружить. Но вступление быстро разменивается сперва на странные описания действующих лиц, а после на такие же повторяющиеся описания, но уже ландшафта и окружающей персонажей действительности.

Не могу точно сказать, на каком разе меня начало тошнить от волос главного героя. Точнее, от его «длинных, чёрных волос, ниспадающих на глаза». По мере продвижения по сюжету волосы, конечно, становились то грязными, то слипшимися, порой мокрыми. Гг поправляет прядь волос, смахивая её рукой; гг ничего не видит, ведь причёска мешает взгляду. Это, в принципе, критический урон роману ужасов. Уважая женщин, трудящихся на благо хоррора, и восхищаясь многими режиссёрками, я сдерживал внутри себя невесть откуда высеченную во тьме искру мерзкой мизогинии. Как бы я ни оправдывал сам себе «Вендиго» и ни пытался отыскать хоть какие-то плюсы в книге, вывод пугающе прост: Эстель Фай выписывает какие-то подростковые сопли, не попадая ни в хоррор, ни в интересных персонажей, ни в сюжет. И всё это при этом звучит… Как бы сказать, ну, действительно, как-то по-женски. Здесь я, конечно, ступаю на очень тонкий лёд, но дело, скорее всего, просто в том, что писательница не вытягивает заданный сеттинг, излишне романтизируя там, где это выглядит и звучит абсолютно инородно.

Сюжет, кстати, до одури идиотский. Если поначалу кораблекрушение, в котором чудесным образом выживает команда изначально обречённых персонажей во главе с гг-алкашом, уже не кажется чем-то случайным, то чуть позже писательница превращает эту не-случайность в рояль размером с целый остров, где все они застряли. Мотивация происходящего – это твист одного из самых знаменитых телевизионных сериалов. Думаю, спойлер очевиден. Но то, как и зачем все собираются на этом острове, чтобы умирать по одному, постепенно раскрывая никчёмное прошлое никчёмного главного героя, который напоминает Дориана Грея, но, опять же, без утончённости упомянутого, – так вот, мотивация всего происходящего – насмешка над случайностями. Временами было тяжело сдержать смех от того, как всё это плохо реализовано и какими белыми нитками шито.

Сам дух вендиго, между прочим, здесь имеется, но это больше, опять же, какая-то метафора, словно бы выписанная школьником. Мол, голод, человеческая алчность, наркотики-алкоголь, способны нас превратить в чудовищ. Я понял. Сталкивался с таким. Слишком надутая и растянутая в пространстве хронометража мысль, которая при этом ни разу не оправдывает название романа.

Не любитель я негативных отзывов. Хочется писать много, токсить, возмущаться, а за всем этим теряется мой метафорически-изъебистый стиль. Надеюсь, такого больше не повторится.

А, вот ещё: там в самом финале имеется ещё один твист касательно личности гг. Это прям совсем плохо.

| Вендиго | Эстель Фай | 2021

Наверное, нет и не будет более подходящего случая, чтобы написать про тонюсенькую книжку, прочитанную больше месяца назад, чем выжигающая микросхемы мозга кошмарная температура и отсутствие возможности сделать глоток воды без адской боли в глотке.

«Дистанция спасения» - повесть, которая является амбассадором словосочетания «горячечный бред». Хотя бы потому, что всё развитие истории происходит в температурном вареве, настолько сильно нагревающем тонкие стенки реальности, что сквозь расплавленные щели-шрамы в объективную действительность начинают проникать кошмары и странные видения. Сны, которые, вроде как, являются реальным прошлым, а может, и не являются таковым. Время от сильного жара изгибается в спираль, и вот мы перемещаемся в будущее, а оттуда – в самое начало, а потом в середину, и так вплоть до самого конца. Но кто скажет наверняка, что финал, к которому мы приходим, это действительно конец?

На самом деле сюжет здесь имеется, и он, сюжет, вполне внятный. Главная героиня приходит в себя в абсолютной темноте. Она не может двигаться, но может слушать голос мальчика, сына своей новоиспечённой подруги. Тот требует от неё вспомнить какие-то мелкие события последних дней, чтобы помочь и ей, и её дочери. Вокруг ползают черви. И снаружи, и внутри. Под землёй, под плотью, под вуалью галлюцинаций.

Саманта Швеблин, конечно, абсолютно филигранно передаёт тревогу и нарастающее волнение матери, теряющей контроль над ситуацией. Так, скорее всего, может написать действительно только женщина. Через короткие перекидывания словами, через взгляд, сканирующий местность в поисках своего чада; ощущаются выступающая испарина на лбу главной героини, дрожь её рук, когда ребёнок попадает в беду. В этом плане эмоции и чувства кажутся реальными.

Условный хоррор здесь можно отследить. Местный ритуал переселения душ напомнил мне про «Верни её из мёртвых», а общее настроение – эдакий Линч в тех сценах, когда сон, подобно океану, затапливает берега реальности, слизывая своим языком постройки рационального мышления.

Но вот я даже не знаю, а есть ли какой-то смысл смотреть экранизацию?

| Дистанция спасения | Саманта Швеблин | 2014

Не так страшно держать пачку сигарет с фото мертворождённых, как...

«Тёмная половина» - рефлексия Кинга на поминках своего псевдонима, Ричарда Бахмана. Не совсем стремительный, но жестоко-острый, как бритва антагониста-доппельгангера, роман. При этом наверняка очень личная работа, где главный герой-писатель, само собой, является автопортретом Стивена. Алкогольная и наркотическая зависимость; альтер эго, выдающее безысходные и жестокие романы, где нет хороших парней, а финал по классике засыпан трупами. Не стоит ни к кому привязываться. Все умрут. Словом, очень жаль, что Бахман почил. Он был лучше Кинга почти во всём.

Многие пишут, что Джордж Старк – это если не лучший, то один из лучших ублюдков, которых создавал Кинг. Что ж, искренне надеюсь, что это не так. Нет, само собой, инфернальный двойник, вылезший и вочеловечившийся из пустой могилы, и тут же начавший резать и упоённо убивать всех, кто связан с его «половинкой» - это круто, но Стивен как будто бы не дожимает. Есть стойкое ощущение, что другой автор сделал бы куда страшнее, и для этого не нужно прилагать много усилий. Достаточно убрать все эти ёбаные шутки-прибаутки, которые опускают на землю иррациональное Зло. Но тогда бы Кинг не был бы самим собой.

А ещё в какой-то момент (примерно с середины) Стивен тупо вводит в сюжет сильный дебафф для Старка: тот начинает гнить и разлагаться из-за того, что главный герой не берётся за книгу, которую он хотел написать под этим псевдонимом. Буквально взвод роялей в кустах. И вместо того, чтобы сразу пойти и напрячь протагониста, Старк начинает шинковать всех побочных болванчиков: полицейских, первых встречных и литературных агентов. Ну да ладно. Иначе бы с экшеном было бы совсем тухло.

Внезапно очень понравился Алан Пэнгборн – шериф местной полиции. Его персонаж – прагматик и реалист до мозга костей, но при этом эволюция краха его отрицания в сверхъестественное, показана очень живо и убедительно. Все улики указывают на то, что писатель Тэд Бомонд (главный герой) не виноват, но в то же время это буквально невозможно! На записях его голос, на месте преступления его отпечатки. Но при этом есть железобетонное алиби. И за этими метаниями между рациональным взглядом на мир и малейшим допущением чего-то, что выходит за рамки нормальности, наблюдать мне было куда интереснее, чем за всем остальным. Конечно, в финале шериф и сам сталкивается с чистым Злом, но даже тогда его реакция остаётся адекватной. Настолько, насколько это возможно вообще.

А ещё в конце книги внезапно осознал, что первая часть Alan Wake, похоже, вдохновлена «Тёмной половиной» чуть больше, чем полностью. И до этого было ясно, что там замешан Кинг, но теперь осознаю, в каких масштабах. Книжный финал, кстати, мне зашёл. Кроваво-великолепно.

Есть ещё экранизация от Джорджа Ромеро. Ещё не смотрел, но в отличие от того же «Худеющего», есть хотя бы желание включить фильм.

| Тёмная половина | Стивен Кинг | 1989

Давайте определяться мне с подарком на годовщину канала про кино?

Фундаментальный закон мироздания можно свести к следующему выводу: Зло неспособно существовать без Добра. Тьма и Свет – обреченные на вечный синтез явления. Зло таится в святых стенах, скрывается за распятиями, обитает в разуме тех, кто десятилетиями замаливает собственную боль и грехи, запирая пережитое в темнейшем подвале подсознания. Возможно, данное противостояние не стоило называть вечной битвой непримиримых антагонистов. Возможно, весь этот многовековой дуализм – лишь поиск кого-то, кто тебя поймёт. Родственной души.

Потрясающий (без шуток) не хоррор, но роман ужасов «Мальчики в долине» примерно о том, что было сказано абзацем выше. Это не только приземлённая история жизни в мальчишеском приюте Святого Винсента со всеми нюансами изолированного взросления под строгим надзором старших священников, но и притча о выборе. Выборе под стать тяжёлом, как морально, так и физически. Выборе, который полностью повернёт русло жизни в другое направление. Возможно, выборе без выбора. Или же выборе, что способен спасти не только твою душу, но и тех, кто рядом с тобой.

Редко блёрбы на обложке говорят правду, но старик Кинг утверждает, что роман Фракасси – это «хоррор старой школы». И – о, чудо! В коем-то веке мы созерцаем чистую, невинную, как жизнь этих мальчишек, правду.

Филип Фракасси очень кинематографичен. Зима за окнами приюта норовит прокусить кожу клыками ледяного ветра; от лошадей в сарае пахнет сеном. Воздух вокруг них нагретый. В столовой аромат скудной, но такой желанной пищи, заставляет желудок завязаться на узел. Когда Зло проникает в приют, то кажется, что тени вдруг стали плотнее, они удлинились, набухли. Теперь они ворочаются, как большие рыбы в тёмном пруду. Когда огромный крест, приколоченный к стене, вдруг падает, то чувствуешь эту вибрацию кончиками пальцев, держащих страницы книги. Это ощущается так, будто бы ангелу отрубили топором голову. Это означает, что теперь спасения не будет.

У «Мальчиков в долине» есть потрясающая сцена в церкви, где буйство одержимых внушает ужас своей безжалостностью и творящимся хаосом, состоящем из крови, криков и смерти.

А ещё мне очень понравилось то, что, несмотря на киношность происходящего, роман лишён голливудской напыщенности и размаха. Никаких всадников Апокалипсиса, никаких генералов Ада, и даже сам Сатана в его бесконечном множестве воплощений отсутствует. Только бездонные детские глаза, бывшие невинными день назад, а теперь вместившие в себя знания и мотивы, недоступные человеческому пониманию.

Ну и, конечно же, финал. Мужчины не плачут, но мне испокон веков плевать на эту дурацкую мудрость. Я плакал. Ощущал влагу и пощипывание в глазах, сдерживал ком в горле. Всё это действительно напоминает великий роман Уильяма Блэтти, где Дьявол и Бог лишь фон в войне человека с собственной сущностью. С демонами, что хуже всякой преисподней.

И, да. Теперь они спасены…

| Мальчики в долине | Филип Фракасси | 2021

Мы движемся в обратной хронологической последовательности. «Райское место» – первая книга, которую я прочитал в этом году. Конец 25-го утопил меня в температурном бреду, плавно перетекшем в год нынешний. Мама лежала в больнице с подозрением на инсульт (но, всё обошлось), мои отношения рухнули (лучше бы я не знал правды никогда), а на протяжении нескольких ночей подряд я просыпался от горячечных кошмаров. Сюрреальных, мерзких, но по-своему красивых. Возможно, меня привлёк коротенький, но продающий всё и вся блёрб, гласивший, что роман Фернанды Мельчор – это «порнохоррор без хеппи-энда». А ещё это Мексика, а ещё это поток бессознательного, колером добавленный в серую, унылую, гнилостную реальность. Когда у тебя 39 на градуснике, чего-то подобного и желаешь. Не сбить, но добавить дров в раскалённую печку мозга.

Здесь очень простой, доступный сюжет. Есть главный герой, работающий в элитном жилом комплексе для богатых. Его динамика жизни примитивна: собираешься на работу, выслушиваешь оскорбления матери в спину, ловишь странные, намекающие взгляды двоюродной сестры (мерзкий твист, ага), приезжаешь на работу, собираешь мусор, собачье дерьмо, косишь траву. После трудовых часов заливаешься дешевым пойлом, чтобы потерять соединение с реальностью, чтобы забыться. Повторить цикл бесчисленное количество раз. Done!

Примерно в этих же координатах тоски и отчаяния обитает забавный толстячок-малолетка. Его цель жизни ещё больше сведена к животным инстинктам. Он – лютый дрочер, обожающий всей своей нежившей на белом свете душой порно. А ещё он всей накопленной необъятной похотью влюбляется в красивую зрелую постоялицу комплекса. Так сильно, что прочие мозговые процессы уходят в фоновый режим, подсвечивая лишь одну идею-фикс – ебать, ебать, ебать.

По базе коннект двух неудачников приводит к эффекту от ста грамм направленного тротила. Ебанёт, конечно, не то чтобы сильно, но неквалифицированным подрывникам оторвёт и ноги, и руки. Тут нужно думать головой, а не головкой. И, конечно же, на трезвую.

Доползая до конца отзыва, хочу заметить, что порно я особо не рассмотрел. Возможно, слишком специфические индивидуальные запросы, но и хоррора, кстати, не наблюдал воочию.

«Райское место» – густой, но какой-то, что ли, реалистичный роман. Думскроллинг каждый день выдаёт дьявольщину и пиздец куда жестче, но любителям мексиканского колорита – смело советую.

| Райское место | Фернанда Мельчор | 2021

«Пожиратели призраков» – история зависимостей, вытесняющих и стирающих неподвластную себе личность. Превращая того в пресловутый фантом, неприкаянный, потерянный призрак. В мясную пустоту.

Умышленно, или же это я надумал, но Клэй Чэпмен вдохновляется приличным количеством знаковых инди-хорроров, параллели с которыми всплывают на страницах романа. Главная героиня под действием галлюциногенного гриба, убирающего границу между миром живых и мёртвых, наблюдает души давно умерших, буквально заполонившие улицы города. Мёртвые, в свою очередь, наблюдают её. Они чувствуют её запах, её жизнь. Ощущают вкус наркотика, растворённого в крови, дрейфующего по артериям, словно по извилистой реке. Их зрительный контакт сквозь тонкую вуаль реальности – таинство, в которое посвящены избранные. Отмеченные печатью волшебной пилюли. Всё это, конечно же, напоминает уже культовый фильм «It Follows». Силуэты мёртвых людей повсюду: в офисах, в кафе, посреди трассы; они свисают с деревьев, остаются после смерти в больницах.

После середины книга во многом напоминает картину «A Dark Song». Главные герои собираются в заброшенном доме. Проводят что-то вроде обряда, ритуала. Им нужен чистый дом, где никто и никогда не жил. Недостроенная заброшка – лучший для этого вариант. Со временем их тела истощаются, разум проваливается в колодец пустоты, абсолютной, очищающей энтропии. Защитные символы от блуждающих призраков рисуются собственной кровью. Всё, конечно же, выходит из-под контроля. Мёртвые очень хотят вернуться обратно. Им нужны сосуды, вместилища. Они их получат.

Элегическое настроение в основе всей истории, отсылает к любимейшему фильму «Toad Road». Тихая бесперспективная субурбия. Планы и мечты, которым не суждено сбыться. Токсичная любовь, холодные родители. Алкоголь, нелепые вечеринки, наркотики.

Чэпмен, безусловно, пишет ужасы, но всё мистическое легко конвертируется в драматическую притчу об одержимости. Наркотическая зависимость, моральный плен, вызванный острой нуждой в другом человеке, алкогольная зависимость (увы, знакомо), в конце концов, предопределённость собственной судьбы. Мысли, кислотой выжигающие изнутри тебя самого.

«Пожиратели призраков» – во многом типовая, но работающая история. Потерянным приведением, лишённым дома, смысла и жизни, можешь легко стать ты сам. А наркотики – быстрая, яркая, звенящая, но всё-таки дорога в могилу. Как, собственно, и любая зависимость.

А ещё это реально готовый материал для экранизации, но насколько это нужно после «Talk to Me» – вопрос риторический. Ждём новую книгу автора. Обещали выпустить на русском.

| Пожиратели призраков | Клэй Маклауд Чэпмен | 2022