«Счастливая земля» - балабановский магический реализм в маленьком польском городке, застрявшем где-то на рубеже девяностых и нулевых. Отличия от постсоветской действительности минимальны и носят исключительно косметический характер: другие названия ларьков и видеопроката, сигареты и алкоголь под незнакомыми марками, но эффект абсолютно тот же самый. Дети бегают за гаражами, пока взрослые громко выясняют отношения или тихо спиваются на кухне, утопающей в дыму, что проник глубже бетона, глубже костей и мяса. Проблемы и мифы маленьких городков, кажется, всюду одинаковы. Они как заморские родственники: диковатые, взбалмошные, но в глазах читается глубинное понимание, солидарность. Мы похожи. Я – как ты.

И в каждом таком сонном городке обитает своё, личное зло. Оно может принять обличие слуги народа, что носит в себе грехи, с которыми должен был бороться. Или облик холодного родителя, который не только никогда не любил, но и вовсе не желал твоего появления на этот проклятый свет. Лицо хулигана из соседнего подъезда, который кидается на всех с заточкой, чтобы никто не распознал внутри его всепоглощающий страх. Твоё собственное отражение, оборачивающееся сгустком ненависти, забитости, нежелания жить и любить, ведь эти чувства тебе дики и непонятны. Зло может превратиться в запах на улице, рассказывающий о бедности прогорклым дымом дешёвых сигарет, быстрых обедов, вонючего пота работяг с вечной стройки по соседству; порочными узорами в бензиновых лужах.

Зло может жить прямо посреди городка Рыкусмыку в тоннелях разрушенного замка и в последний день лета позвать к себе четверых мальчишек, чтобы исполнить их самые заветные желания и мечты.

Лукаш Орбитовский пишет «Оно следует» за пару лет до выхода фильма. Его хоррор – тревожное предчувствие злого рока, неустанно преследующего по пятам сквозь расстояния, сквозь годы и мыслимые и немыслимые преграды. Исполненные желания выдаются под процент, а после взымаются. И если тебе нечем платить, то у тебя отберут всё, что тебе дорого, оставив по итогу лишь слепоту, сломанные кости и дыру в том месте, что некоторые называют душой.

Понимаю тех, кому роман не понравился. Он тягомотный (500 страниц страданий мужчин кризиса среднего возраста), в нём нет привычного ужаса, саспенса; всё, что происходит на страницах книги, – тихое тление человеческих судеб тех, кто в силу своего наивного возраста однажды загадал то, чего мог бы добиться своими силами.

И даже условное зло, что веками было заперто в тёмных тоннелях замка, является жертвой обстоятельств, вынужденным пленником алчных желаний нескольких поколений людей.

У книги закономерный, притчевый финал. Если поначалу я думал, что здесь будет что-то типа романа «Только хорошие индейцы» (воссоединение спустя годы, чтобы дать бой сверхъестественным силам), то уже где-то с середины явственно понимаешь: если выросшие вчерашние пацаны вернутся в городок, чтобы победить зло, то у них ничего не выйдет.

Так и оказывается. Реалистично и жизненно.

Лукаш ещё очень поэтично пишет, хоть и хлёстко и рублено одновременно.

А сама книга на маркетплейсах продаётся за смешные копейки.

| Счастливая земля | Лукаш Орбитовский | 2013