(ч.1) Вербализация. Многие люди как собаки – всё понимают, а сказать не могут. Думаю, такое всем нам знакомо, когда что-то ощущаешь, понимаешь как надо или не надо, но не можешь это что-то вербализировать, объяснить словами хотя бы самому себе, почему надо или не надо именно так. Кого-то это мучает, другим плевать, лично я считаю, что умение вербализировать свои мысли не просто приятно, но и очень полезно.
 
Когда-то давно я уже писал про интуицию как про нерационализируемую эмоциональную оценку, т.е. про некое формирование эмоционального отношения к тому или иному варианту развития событий (а это и есть эмоциональная оценка, т.к. «отношение» формируется путём ментального моделирования события и воспроизведения релевантных эмоций). Такую интуицию может надуть в голову быстро и незаметно – раз и ощутил желание или нежелание чем-то заниматься. Или же человек может долго мучиться, рефлексируя в попытках принять сложное решение, и в итоге сформирует такое отношение к поставленному перед собой вопросу, которое не сможет объяснить даже самому себе – это тоже, как я считаю, корректно отнести к «интуиции».
 
Многие даже гордятся своей интуицией, которая «никогда не подводит», но подобное утверждение сродни  выражению «всё, что ни делается, — всё к лучшему». Это всего лишь следствие эмпирической безальтернативности – линия жизни у нас одна, все решения остаются с нами навсегда, и повторно принять их не получится, т.ч. мы никогда точно не узнаем, к лучшему или к худшему было каждое из них. Можно только предполагать. И почему бы тогда не верить, что все они были к лучшему? Это же приятно. Увы, но нет – в общем случае какие-то решения были к лучшему, а другие к худшему. И обладание навыком вербализации должно строго положительно влиять на долю «хороших» решений.
 
Почему так сложно бывает что-то вербализировать, т.е. изложить словами? Дело в том, что любое слово – это уже абстракция. В Евангелии утверждается, что «в начале было Слово», что намекает нам на абсолютность такого слова, но это какое-то другое слово, которое было у Бога, а не у нас. Наши же слова никогда не описывают объект исчерпывающе, всегда ссылаясь лишь на некоторую часть параметров объекта, абстрагированную от целого.  Поэтому для того, чтобы что-то поименовать, мы должны провести аналитическую декомпозицию представления об описываемом феномене, разложив ощущение в некий набор параметров с коэффициентами, которым мы уже можем сопоставить транслируемые вовне обозначения – те самые слова.