В его палате окон нет — теперь он старается как можно чаще не спать. Сидит в столовой, молча, и смотрит в окно — санитары лишь махнули рукой, лишь иногда силой уводя его обратно и уже пытаясь заставить поспать.

Не приходит.

Но Реци ждёт.

Однажды он вновь просыпается, всё ещё опьянённый лекарствами, но ноги отказываются нести его к спасительной надежде. Клонит обратно в сон — и в первый раз за последние пять лет Мальнова засыпает с сожалением.

Он заходит тихо.

Реци спит в углу, снова калачиком свернувшись, и почти не слышит тёплого дыхания.

Зато ясно чувствует ладонь у себя на макушке, нежно треплющую выцветшие волосы. Он замирает — проснулся почти сразу, но верить не хочет.

— Ты вернулся.

— А ты ждал?

Голос точно такой же, как тогда.

Только шум капельницы где-то вдалеке разрезает тишину.

— Я искал тебя.

— Я знаю. Я всё знаю.

— Я тебя похоронил.

Реци с глухой болью вспоминает, как он, вместе с сотней совершенно незнакомых людей, опускали в землю пустой гроб.

— Мне снилось, что меня душили, — сипло, рукой пытаясь схватиться за протяную ладонь, и почему-то не может взяться, — Но я не боялся.

— Я знаю. Потому что это был я.

Реци молчит. Говорить уже не может — сил в тщедушном теле едва хватает, чтобы держать глаза открытыми. И он смотрит — насмотреться не может, на подкорке стараясь запечатлеть каждую деталь. Он совсем не изменился — выглядит точно так же, как в день, когда они в последний раз виделись.

— Спи, Реци, — голос тёплый совсем, бархатный, и глаза сами, против воли закрываются, — тебе нужно отдохнуть. Теперь я никуда не уйду.

****

На следующий день санитары найдут спящего, с тёплой улыбкой лежащего Реци.

А медсестра запишет в его карточку: "Реци Мальнова. 21 год. Смерть от остановки сердца. Причина неизвестна."

2/2

#зарисовки

Буду рада фидбеку и тд