Семь нянек

Юрист Bird & Bird Саймон Хембт насчитал шесть европейских режимов, под которые попадает рядовой free-to-play шутер. 11 ноября Еврокомиссия добавит к ним первый черновик Digital Fairness Act.

Хембт, советник франкфуртского офиса фирмы, предлагает мысленный эксперимент. Бесплатный шутер с платными «золотыми пулями», скинами, голосовым чатом, площадкой для пользовательских карт и ИИ-компаньоном — стандартный набор среднего live-service проекта. Каждая из этих функций живёт под своим законом, европейским или национальным.

Часть правил уже работает. Требования AI Act к дипфейкам и изображению реальных людей и мест действуют со 2 августа, отчётность о взломанных уязвимостях по Cyber Resilience Act — с 11 сентября. Студия, которая даёт игрокам собственный генератор картинок, обязана помечать каждую картинку машиночитаемой меткой — для уже вышедших систем отсрочка истекает 2 декабря.

Игрок вдобавок должен понимать, что болтает с нейросетью, если это не очевидно само собой. Еврокомиссия считает, что ребёнок может и не догадаться. Даже там, где взрослому всё ясно с первой реплики.

Пользовательский контент переводит игру под Digital Services Act. Студия, хранящая карты и скины игроков на своих серверах, становится хостинг-провайдером, а выставляя их на всеобщее обозрение — онлайн-платформой с обязанностью защищать несовершеннолетних. Пункт «только 18+» в пользовательском соглашении не спасает, а в августе Roblox получил статус очень крупной онлайн-платформы — высшую категорию, где до него обитали соцсети.

С лутбоксами единых европейских правил нет вовсе. Бельгия приравняла платные лутбоксы к азартным играм ещё в 2018-м, суды Нидерландов и Австрии футбольные паки казино не признали, Германия смотрит, можно ли вывести предмет в деньги. Одна и та же пачка карточек в Брюсселе — ставка, в Вене — часть футбольного симулятора.

Самый осязаемый фронт — деньги. В марте 2025-го сеть европейских потребительских регуляторов CPC сформулировала семь принципов для внутриигровых валют — показывать цену в евро, не прятать её за несколькими слоями валют, не вынуждать докупать лишнее через неудобные наборы, возвращать деньги за неистраченный остаток. Год переговоров с индустрией, по признанию самой сети, удовлетворительного результата не дал, и 30 сентября CPC открыла скоординированные проверки девяти компаний.

В списке игр — Candy Crush Saga и Minecraft от студий Microsoft, у которой с начала года отдельно проверяют Diablo Immortal и Call of Duty Mobile, а также Clash of Clans и Valorant от подконтрольных Tencent Supercell и Riot. Брюссель начал не с маленьких студий. С двух главных кошельков индустрии.

Следующий слой — Digital Fairness Act, который должен превратить принципы CPC в обязательные нормы. Под прицелом фальшивый дефицит, таймеры давления, ежедневные серии входов и платное преимущество в бою, особенно если всё это нацелено на детей. Применять закон начнут вряд ли раньше 2028-го — как и KIDS Act, о котором канал писал в «Детской неожиданности».

Хембт пишет, что игровые компании жалуются на всё удлиняющийся «список головной боли», и советует закладывать нормы в дизайн как можно раньше — так дешевле. Совет звучит здраво. Его автор консультирует игровые компании ровно по этим вопросам, а чек-лист с «ключевыми вопросами и следующими шагами» лежит в отчёте Game Plan 2026 на сайте фирмы.

Microsoft и Tencent наймут юристов на каждую из семи нянек и переживут проверки как статью расходов. Студии из двадцати человек придётся проверять каждую новую механику на совместимость с законами 27 стран, пока юристы уже вслух обсуждают отдельные европейские версии игр. Рынок, который Брюссель защищает от хищной монетизации, рискует остаться за теми, кто может позволить себе собственный юротдел.

Подписаться на 🎩

Вступить в наш чат 🎩