Незнание — сила

За пять лет индустрия видеоигр уволила около 60 000 человек. Вместе с ними ушли знания, которые невозможно нанять обратно, — и Sony узнала это на примере God of War.

У термина «институциональные знания» есть одна особенность. Его произносят исключительно после увольнений. Не до. Не вместо. После — когда знания уже ушли за дверь вместе с пропуском.

Старший технический продюсер Шейна Мун, работавшая над God of War и God of War Ragnarök, описывает механику потери конкретно. Между двумя играми Sony Interactive Entertainment уволила команду аниматоров. Те знали, как работает анимация в движке, как обращаться с ригом Мирового змея, владели отработанным процессом превизуализации живых сцен. «Студия выбросила всё это, и нам пришлось изобретать колесо заново для Ragnarök, — говорит Мун. — Ragnarök в итоге получилась отличной игрой. Зато команда кранчила как безумная, и если бы не было такой текучки, всё сложилось бы иначе». Две игры одной серии, одна студия, один работодатель — и между ними провал, залитый сверхурочными.

Мун даёт определение, которое стоит зафиксировать. Институциональные знания — это не файлы на сервере. Это коллективное понимание, почему системы и процессы устроены именно так. Общий словарь. Негласные приоритеты. Знание о том, как коллеги работают и взаимодействуют. «Чем больше команда, тем невозможнее для каждого знать каждого. Институциональные знания позволяют двум разработчикам, которые никогда не работали вместе, сразу найти общий язык, — объясняет она. — Потому что оба выросли в одной рабочей культуре и разделяют одни и те же допущения о том, как выглядит разработка».

Для освоения проприетарного движка новому сотруднику нужно около шести месяцев. Подрядчику — столько же, плюс время на адаптацию к внутренним процессам. Когда Microsoft в июле сократила 1 600 человек в Xbox, а к концу финансового года обещает уволить ещё 1 600, потери в id Software и ZeniMax Online Studios измеряются не должностями, а годами накопленного опыта, который физически нельзя заместить контрактниками.

Мун формулирует решение, которое индустрия систематически игнорирует: «Студиям нужно инвестировать в технических писателей и архивариусов, чтобы сохранять такие вещи. Это не приносит прямого вклада в продукт — поэтому почти никто этим не занимается». Трекер увольнений ASGC, к слову, ведёт Амир Сатват — директор по развитию бизнеса в Tencent Games. Компания, инвестирующая в десятки студий по всему миру, косвенно спонсирует реестр потерь индустрии, частью которой сама является.

Контрпример существует. Nintendo десятилетиями сохраняет костяк разработчиков на ключевых франшизах. Команда EPD 3, создавшая Breath of the Wild, в полном составе перешла на Tears of the Kingdom. Режиссёр Хидемаро Фудзибаяси работает над серией Zelda с 2004 года. Продюсер Эйдзи Аонума — с 1998-го. Результат виден в продукте: физический движок Tears of the Kingdom, поразивший индустрию, вырос из знаний, которые накапливались двадцать лет. Nintendo может себе это позволить, потому что не нанимает людей под проект и не выбрасывает их после релиза.

Западная модель устроена иначе. Задолго до нынешней волны сокращений студии набирали людей на фазу производства и увольняли после отгрузки. Нынешние массовые увольнения — расширенная версия того же цикла, усугублённая тем, что нанимать обратно некуда. Прогноз ASGC на 2026 год — 14 259 уволенных, на 78% больше январской оценки. Если прогноз сбудется, этот год превзойдёт рекордный 2024-й.

Индустрия, которая измеряет успех удержанием игроков, не способна удержать людей, которые делают игры. Каждый уволенный сотрудник уносит знания, на восстановление которых уйдут месяцы — если восстанавливать вообще будут. Sony заплатила за эту арифметику кранчем на одном из лучших проектов десятилетия. Microsoft платит движком, который некому чинить. Цена институциональных знаний становится видна только на счёте за их отсутствие.

Подписаться на 🎩