Нобелевская премия по экономике - 2024 и почему одни страны богаче других

14 октября Шведская академия наук присудила нобелевскую премию по экономике трем ученым - Дарону Аджемоглу, Саймону Джонсону и Джеймсу Робинсону - "за исследования о том, как институты формируются и влияют на процветание".

"Лауреаты показали важность общественных институтов для процветания страны. Общества с плохим качеством институтов, которые эксплуатируют население, не создают роста и не меняются к лучшему".

Общая идея сводится к тому, что демократические и капиталистические институты западного образца способствуют экономическому росту, а прочие - нет.
Примечательно, что в различном качестве институтов между странами авторы обвиняют влияние европейского колониализма: в одних регионах колонизаторы создавали постоянные поселения и сопровождали их качественными институтами, а из других регионов вроде Африки просто выкачивали ресурсы.

Однако все не так просто. И важный сигнал прозвучал еще на пресс-конференции лауреатов - как быть с Китаем, который не соответствует западным представлениям о "правильных" институтах, однако в последние 30 лет демонстрирует высокие темпы экономического роста?
К чести ученых, они признали, что пример Китая действительно не укладывается в их теорию (как к слову и пример СССР 1930-1970-х годов).

Так отчего же зависит процветание народов и есть ли общее объяснение этого, справедливое и для Китая, и для Швейцарии?

Уровень благосостояния общества определяется двумя факторами:
1) объемом производства товаров и услуг;
2) их распределением между людьми.

О распределении мы уже говорили на примере США - где за счет радикальных изменений в экономической политике в 1930-х и в 1980-х годах большая часть национального дохода сначала перешла из рук богатейших слоев к массовому среднему классу - а потом так же вернулась обратно.

Вопрос производства не менее важен и неразрывно связан с международной торговлей и разделением труда.

Страны условно разделились на две группы по специализации на мировом рынке - поставщики сырья и производители промышленных товаров.
Но сырьевая специализация всегда связана с весьма жестким ограничением доступного уровня благосостояния.
Например, в 2021 году Саудовская Аравия экспортировала 8,5 тонн нефти на душу населения, а Ангола - 1,4 тонны.
Если Ангола захочет достичь уровня доходов Саудовской Аравии за счет экспорта нефти, то ей нужно будет увеличить его в 6 раз, что очевидно невозможно.
Более того, как мы уже отмечали, в добывающих отраслях наблюдается отрицательный эффект масштаба, а в промышленности - положительный.

Поэтому единственный путь к устойчивому росту благосостояния для достаточно большой страны - это индустриализация.

К аналогичному выводу можно прийти, основываясь на "Новой теории торговли" Пола Кругмана, за которую он получил нобелевскую премию по экономике в 2008 году.
Кругман обратил внимание на то, что экспортеры промышленной продукции получают преимущество как раз за счет положительного эффекта масштаба в обрабатывающих отраслях.

Однако ключевая роль эффекта масштаба означает, что в условиях глобализации экономики практически невозможно провести догоняющую индустриализацию в рамках рыночной капиталистической модели.
С точки зрения отдачи на вложенный капитал всегда будет выгоднее импортировать промышленные товары у кого-то из мировых лидеров, а не создавать собственное производство.

При этом как отметил южнокорейский экономист Ха Чжун Чхан, современные промышленные страны-лидеры добились этого положения вовсе не рыночными методами, а с использованием государственного планирования и протекционизма.
Однако заняв лидирующие позиции, они стали пропагандировать для остальных либерализацию экономики: свободу рынка, торговли и движения капитала.
То есть те условия, которые максимально затрудняют догоняющую индустриализацию.

Поэтому, возвращаясь к работе нобелевских лауреатов 2024 года, стоит отметить: для процветания недостаточно одних только эффективных демократических институтов - нужно, чтобы они еще и проводили правильную политику в интересах своих народов.