«Две недели в сентябре», Р. С. Шеррифф

Большинство попадавшихся мне аннотаций и рецензий на эту книгу можно свести к тому, что в ней на протяжении трехсот страниц ничего не происходит, и это очаровательно. В каком-то смысле это правда: Шеррифф весьма подробно рассказывает об отпуске семейства Стивенсов – уже немолодых мужа с женой и их детей, двух взрослых и одного помладше, – который, за мелкими исключениями, проходит ровно так, как они запланировали перед отъездом. Не очень зажиточные Стивенсы две недели проводят на остывающем после лета английском побережье, купаются, играют в мяч, вечерами гуляют по набережной и слушают оркестр. Действительно ничего особенно, можно бы удивиться, как книга «ни о чем» благополучно пережила сто лет и множество переизданий, но секрет успеха, кажется, так же прост, как и сюжет: Шеррифф пишет, во-первых, хорошо, во-вторых, с большой любовью к своим обычным героям, поэтому, пока в романе ничего не происходит, там происходит жизнь.

Отпуск для героев – главная отдушина и точка отсчета для всего следующего года. Семейство Стивенсов, постепенно прирастая детьми, уже больше двадцати лет ездит в один и тот же город, в один и тот же пансионат, чтобы ходить одними и теми же дорогами и замечать, как меняются они сами и мир вокруг них. Мистер Стивенс стареет и понимает, что амбициозные мечты его юности уже, скорее всего, не сбудутся; его сын Дик, в этом году окончивший школу, напротив, кипит идеями и уверен, что сможет их реализовать; старшая дочь Мэри впервые влюбляется; привычный пансионат медленно разрушается, хозяйке все тяжелее поддерживать порядок и удерживать постояльцев. Герои об этом не говорят, но весьма вероятно, что этот отпуск – последний в таком формате и таком составе, и уже поэтому он не может быть таким обычным, каким хочет казаться.

Лето – отличная метафора того, что все хорошее рано или поздно кончается, причем скорее рано. Для английской (может, шире – для англоязычной) литературы эта тема исключительно важна, особенно если речь идет об оказавшемся таким кратким промежутке между двумя Мировыми войнами. Роман Шерриффа написан в 1931-м, намеренных аллюзий на приближающийся конец времен у него, конечно, нет, но удержаться от мыслей об этом очень сложно, тем более начитавшись «Посредника» и «Искупления»; тем более держа в уме, что второй бестселлер Шерриффа, «Конец пути» – пьеса как раз о Первой Мировой, о том, как необратимо она поменяла людей.

Но если более поздние романы сознательно фокусируются на быстротечности и хрупкости лета и счастья, Шеррифф еще искренне радуется радости своих героев, их скромной благоустроенности и такому же скромному, но от того не менее ценному благородству, их взаимной любви, которая длится уже двадцать лет (в их случае уместнее сказать «двадцать сентябрей») и будет длиться дальше, как бы необратимо ни менялся мир.

📚
«В отпуске человек становится таким, каким он мог бы быть, каким он сумел бы быть, если бы вышло немного иначе. В отпуске все равны, все могут строить воздушные замки, не задумываясь о расходах и не обладая архитектурными талантами.»

#БеспорядочнаяРецензия