Не секрет, что не только в откровенном фэнтези, но и во вроде как претендующих на историзм произведениях, сражения былых времён изображаются крайне далёкими от того, какими их представляет актуальная наука. Достоверность в репрезентации совершенно жертвуется в угоду не то, что зрелищности, но представлениям о ней, а также устоявшимся ожиданиям публики, насчёт которой опасаются, что реализм она может и не оценить.

Особенно это касается кинематографа, где войска нечасто слышали про боевой строй, как и то, что клинки следует вообще-то отбивать не своим собственным, а щитами, ну и т.д. и т.п. Кроме того, дротик и пращу там увидеть можно крайне редко, а вот стрельба из лука там, напротив, даже слишком эффективна — настолько, что защитное вооружение, т.е. броня, против него оказывается зачастую просто бесполезным, и даже полный латный доспех легко оказывается пробит безо всякого труда.

Когда такое видишь, трудно не задаться вопросом, а зачем броню в таком случае вообще надевать? Разумеется, затем, что в действительности она свою функцию выполняла как раз замечательно, невероятно повышая шансы носителя на выживание. Это довольно известно, другое дело — насколько действительной высокой эта эффективность была?

Принято справедливо ругать такой кинофильм как «300» (2006) за изображение отряда-эпонима в состоянии крайней раздетости. На это можно, конечно, возразить, заметив, что уже у Жака Луи Давида они выглядят так, и дело в таком античном понятии как «героическая нагота», которое удачно вошло в синергию с гиперриализмом и прочими новомодными тенденциями пост- и метамодернизма, однако факт остаётся фактом: из репрезентации, как следствие, исчезает фактор, который исторически оказал решающее влияние на исход греко-персидских войн. Это заметил уже Геродот, замечавший, что персы «потерпели … поражение главным образом потому, что у них не было тяжелого вооружения и они должны были сражаться легковооруженными против гоплитов».

Те же из персов, кто бронёй всё-таки обладали, держались против греков почти на равных: так, Масистий, второй после Мардония человек в битве при Платеях (479 г.), был эллинами умерщвлён с великим трудом, «так как он был вооружен вот как: на теле у Масистия был чешуйчатый золотой панцирь, а поверх надет пурпуровый хитон. Удары по панцирю не причиняли Масистию вреда, пока какой-то воин, заметив причину безуспешных попыток, не поразил его в глаз».

Похоже, что качественная броня тогда в принципе не пробивалась современным ему оружием. Иная — даже особо тяжёлым: согласно Плутарху, в 305–4 гг. «для войны с родосцами Деметрию привезли с Кипра два железных панциря … Чтобы показать несокрушимую их крепость, оружейник Зоил велел выстрелить из катапульты с двадцати шагов, и стрела не только не пробила железо, но даже царапину оставила едва заметную, словно бы нанесенную палочкой для письма».

#linothorax
«Несокрушимая льняная преграда: об эффективности античного линоторакса», 1/11 ➡️