Для нас важно, что римляне действительно примерно тогда же издревле отмечали свои собственные праздники, в первую очередь Сатурналии, которые проходили 17–23 декабря, за которыми 25 декабря следовали Брумалии, день Сатурна и Вакха, а сразу далее — календы января, римский Новый год.

Кроме того, с 273 г. к ним добавился Dies Solis Invicti, день рождения Непобедимого Солнца, установленный император Аврелианом на 25 декабря — день, который римляне полагали солнцестоянием. Здесь, однако, всё могло быть наоборот, и вовсе не христиане тогда решили, как это сейчас кое-где говорят, устроить культурную аппроприацию, но Аврелиан стратегически занял столь важную для них дату. В конечном итоге это несущественно: даже если в случае дня Солнца христиане и не пытались заменить прежнее торжество своим, в отношении всех остальных, упомянутых выше, они без сомнения поступили именно так.

В столетия, последовавшие за 529 г., когда император Юстиниан сделал 25 декабря национальным праздником, период между этим днём и 6 января стал известен как Святки — таким образом, ни одна из дат не была обижена. Христиане же заняли совсем уже все дни, на которые приходились традиционные римские празднества. Последние справлялись весьма узнаваемым образом: в обычае древних тогда было объедаться, танцевать, дарить подарки и устраивать гадания. Понятное дело, Церковь ко всему этому язычеству относилась с пылкой неприязнью и всячески пыталась истребить.

Так, в 380 г. Григорий Назианзин, архиепископ Константинополя, предупреждал правоверных христиан не подражать манере мирян встречать Новый год: «Ни взору не должно радоваться, ни слуху восхищаться, ни обонянию нежиться, ни вкусу блудить, ни касанию насыщаться. Это уверенные пути во зло, врата греха … оставим такие вещи грекам». В 400 г. Астерий Амасийский критиковал происходившее весьма характерными словами: «Это празднество учит даже малых детей, бесхитростных и простых, жадности … получая подарки … их умы подвергаются воздействию товарного и низменного». Вместо этого, как он довольно предсказуемо предлагал, деньги лучше потратить на нужды церкви. Тому же учил в 404 г. Августин: «Когда [язычники] дарят подарки, вы давайте подаяние». Такая вот невзоровщина из палаты мер и весов.

Здесь следует упомянуть контроверзу, связанную с печально известной лево-либеральной «повесточкой», которую также называют woke-культурой, SJW, «культурным марксизмом» и много как ещё — той самой, которая столь активно пытается навязать людям в развлечениях себя самоё, невзирая на их сопротивление, зачастую проявляющегося в «голосовании рублём», обеспечивая низкие продажи, желая и далее прежнего, не испорченного безумием новомодной, агрессивно жизнеотрицающей идеологии.

Как мы теперь можем с удивлением наблюдать, когда-то в аналогичной роли выступало и христианство, пытавшееся утвердить нечто странное и нездоровое вместо знакомого и естественного. При этом «запретить и не пущать» Церковь тогда пыталась всё то, без чего и сейчас трудно представить празднование Рождества/Нового года. И это не совпадение, но скорее преемственность таких схожих мировоззрений: ведь уже Ницше, зря в корень этой религии, видел там «самую отраву вероучения — „равные права для всех“».

При этом упомянутая «прогрессивная» идеология, будучи потомком христианства, и действует в его духе, и теперь пришла уже его очередь отменять Рождество — но теперь уже потому, что его оно тесно связывает с родителем. Согласно её установке, отныне следует говорить не Merry Christmas, но Happy Holidays, а само слово вообще не следует произносить, а если и приходится, то эвфемизировать как «C-word», по модной сейчас структуре. Так случилась месть времени.
#santa
⬅️⬆️ «Сказ о том, как Санта-Клаус, он же Один, спас брак от его отмены христианами», 9/13 ➡️