Порой некоторым приходит-таки в голову изучить эту вашу философию, вокруг которой раздуто столько шумихи. Хотя бы вот в рамках университетского курса… уж там-то точно правильно научат, так? Отнюдь: часто — совсем напротив, ознакомит с крайне поверхностными ликбезами за авторством тех, которые и сами ничего не поняли. Что естественным образом вызывает реакцию: «И всего-то? А разговоров-то было…»

Иные в такой ситуации даже спешат поделиться своим огорчением с миром, желая как бы предупредить честной люд остерегаться этого преступно переоценённого явления. Так поступает, например, некий Э. Ш. Юдковский, позиционирующий себя как философ и «популяризатор науки», — или, точнее, «рационального мышления», однако совсем не в платоновском, да и вообще не философском, но обиходном, обывательском смысле слова. В своём magnum opus, представляющем собой fanfiction на известное фэнтези, преобразованное им в выставку позитивистских концептов, он позволяет себе заявить, что-де рассуждения первых философов являются лучшим примером того, как мыслить ни в коем случае не следует.

На взгляд заглавного героя-рупора авторских воззрений, «древнегреческие философы … понятия не имели, как всё вокруг устроено, и потому просто говорили: „Всё есть вода“ или: „Всё есть огонь“, и никогда не задавали себе вопрос: „Стоп, даже если всё в самом деле — вода, то как я об этом узнал?“ И не спрашивали себя, есть ли у них свидетельства, которые позволяют считать, что эта теория предпочтительнее всех остальных». Подобная бездоказательность, уверяет он, является самым страшным грехом против «фундаментального вопроса рациональности», склонности постоянно задаваться вопросом «что я знаю и почему я думаю, что я это знаю». 

Естественно, все эти инсинуации бесконечно далеки от реальности, а Юдковский не мог ошибиться сильнее, ведь в действительности философия с сомнения и берёт свой отсчёт, а первый же философ Фалес Милетский, сообщает А. И. Зайцев (2001 [1985]), стал «первым человеком на Земле, который почувствовал необходимость доказать математическое предложение и сумел сделать это», и тем «совершил подлинную революцию в формах человеческого познания»: ведь он «понял необходимость или, по крайней мере, желательность доказательства». 

Иначе говоря, именно Фалес впервые в истории применил на деле тот самый способ мышления, по отношению к которому «рационалист» преисполнен поистине религиозного почтения. В силу этого первый философ должен бы им быть возведён на пьедестал почёта и увенчан славой, а не подвергнут язвительным насмешкам, однако этому мешают поверхностность и недостаток образованности, или, точнее, наличие антизнания — т.е. такого представления, которое много вреднее полного его отсутствия, создавая иллюзию того, что ты разбираешься в вопросе. Ведь, как замечал уже Дион Хрисостом, «учиться трудно, но еще трудней переучиваться»; итак, лучше бы этот Юдковский не знал по теме ничего — тогда бы он по крайней мере не нёс бы свой вздор в массы.

Вклад Фалеса в философию, без сомнения, ни в коей мере не исчерпывается заявлением, что-де «всё есть вода». Будь так, и выдавай он только лишь краткие, имитирующие мудрость фразы, не снабжённые никакими обоснованиями, он бы к философам и не относился.

Хотя в сочинении подобных афоризмов, или гном (γνώμη), вкупе с их последующим заучиванием или хотя бы репостом в социальных сетях, похоже, по мнению многих философия и заключается, древние считали иначе, полагая, что такая деятельность ей ещё предшествует. Тех же, кто ей занимался, они именовали всего лишь мудрецами, тогда как философы — это те, кто мудрость лишь любят, но на обладание ею не претендуют. Прямо как современная наука открыто заявляет, что старается лишь приблизиться к истине.

В частности, древние выделяли т.н. «семь мудрецов». Согласно Лаэрцию, Дикеарх «сообщает, что нет разногласий только о четверых … а троих оставшихся нужно выбрать из … перечисляемых далее», и первым среди тех четверых неизменно был всё тот же Фалес. От него тоже остались гномы — однако он ими не ограничился, совершив уверенный шаг дальше, в своём лице связав два этапа, разделивших мышление на «до» и «после».

До Фалеса никому не приходило в голову, пишет Л. Я. Жмудь (1994), искать подтверждения фактов, «истинность которых наглядна, а зачастую даже самоочевидна»; Фалес же «этой наглядностью не удовлетворился», что стало «действительно оригинальной и революционизирующей идеей». «У нас нет достаточных оснований сомневаться в том, что именно Фалес совершил эту революцию в человеческом мышлении», убеждён Зайцев. 

Итак, оба этих новых вида умствования начинаются с требования доказать даже то, что кажется безоговорочной, впитанной с молоком матери истиной, подвергнуть сомнению даже традицию, унаследованную от пращуров. Именно этот принцип, nullius in verba, «ничего со слов», с сер. XVII в. служит девизом английскому Королевскому научному сообществу. 

Фалеса, как и прочих ранних философов, интересовало, какое же единое начало, первовещество, или ἀρχή, лежит в основе всего сущего. Сам он, по Диогену, действительно «началом всех вещей полагал воду», утверждал, согласно Аристотелю, что «всё есть вода», а Стобею — что «всё [состоит] из воды … и в воду всё разлагается».

Но Фалес, конечно, вовсе не забыл пояснить, как же он пришёл к такому выводу. Аристотель уверяет, что первый философ додумался до этого, «вероятно … из наблюдения, что пища всех [существ] влажная, и что тепло как таковое рождается из воды и живёт за счёт неё … Вот почему он принял это воззрение, а также потому, что сперма … имеет влажную природу, а начало и причина роста содержащих влагу [существ] — вода». Стобей же пишет, что Фалес «заключает [об этом] … из того, что все растения влагой питаются и [от влаги] плодоносят, а лишенные [ее] засыхают … и сам огонь Солнца и звезд питается водными испарениями, равно как и сам космос».

Конечно, логику Фалеса и близко не назвать безупречной, однако и в самом её наличии ему не откажешь. Более того, даже такой гуру позитивизма как Б. Рассел (2001 [1945–6]), автор весьма поверхностных лекций по истории философии, уверяет на их страницах, что фалесовское «положение, что все возникло из воды, следует рассматривать в качестве научной гипотезы, а отнюдь не в качестве абсурдной». Тут куда важнее метод, а не вывод.

#scientia
«Правда ли, что научный метод появился благодаря язычеству и вопреки христианству?», 1/11 ⤴️➡️