​​«Необъятная власть» генсека: последнее предупреждение Ленина

После очередного ухудшения здоровья Ленин стал просить, чтобы ему позволили диктовать записки. Решение принимали Сталин, Каменев и Бухарин, исходившие из того, что они не имеют права заставить молчать вождя. Ильичу разрешили диктовать ежедневно по 5–10 минут, но «это не должно носить характера переписки, и на эти записки Владимир Ильич не должен ждать ответа». Запрещались свидания: «Ни друзья, ни домашние не должны сообщать Владимиру Ильичу ничего из политической жизни, чтобы этим не давать материалы для размышлений и волнений».

Во время болезни у Ленина находились дежурные секретари. Он диктовал записки в Политбюро, просил передать по телефону поручения товарищам, запрашивал данные и документы. «Письмо к съезду» Ленин начал диктовать 23 декабря 1922 года, готовясь к XII съезду партии, назначенному на апрель 1923-го.

В этом документе Ленин писал о необходимости «ряда перемен в нашем политическом строе». По мнению Д. Волкогонова, суть перемен заключалась в демократизации всех сторон партийной и государственной жизни. Прежде всего Ленин предлагал увеличить состав ЦК в 2–3 раза.

Особое внимание он уделял вопросу устойчивости партии, которую могли подорвать напряжённые отношения между Сталиным и Троцким. По мнению Ленина, их конфликт «составляет большую половину опасности того раскола, который мог бы быть избегнут и избеганию которого должно служить, между прочим, увеличение числа членов ЦК до 50, до 100 человек».

Здесь мы видим, что Ленин осознавал: несмотря на огромный авторитет Троцкого, главным соперником Льва Давидовича в борьбе за лидерство становился именно Сталин. Ленин отмечал: «Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью». Под «необъятной» властью подразумевалась возможность генсека подбирать и продвигать кадры на ключевые и второстепенные посты, что позволяло постепенно выстраивать систему личной опоры.

4 января 1923 года Ленин продиктовал ставшие знаменитым строки: «Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на его место другого человека, который во всех отношениях отличается от товарища Сталина только одним перевесом, именно – более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и так далее». Таким образом, Ленин прямо указывал на необходимость смещения Сталина.

Известно, что Сталин не был смещён. По мнению Д. Волкогонова, одной из ключевых причин его укрепления стало то, что генсек «узурпировал право представлять, толковать, комментировать идеи Ленина». Ответственный за уход Ленина, постоянно помогавший ему, он сумел создать у миллионов представление, будто именно Сталин был ближайшим соратником вождя, его главным учеником и наследником.

За два месяца до XII съезда состоялся Пленум ЦК. На нём обсуждались тезисы о реорганизации и улучшении работы центральных органов партии, составленные на основе ленинской статьи «Как нам реорганизовать Рабкрин». Было решено увеличить состав ЦК с 27 до 40 членов и ввести регулярную подотчётность Политбюро пленумам ЦК. Предполагалось, что на заседаниях Политбюро будут присутствовать три постоянных представителя ЦКК, которые имели право «сделать запрос, проверить документы и добиться безусловной осведомлённости и строжайшей правильности дел».

Пленум в целом согласился с ленинскими выводами и признал необходимость расширения Центральной Контрольной Комиссии. Однако в дальнейшем её роль оказалась сведена к минимуму, а при полном господстве Сталина ЦКК и вовсе была упразднена. Состав ЦК также не был расширен в той мере, как предлагал Ленин, – прежде всего для того, чтобы действующие члены не теряли своей значимости.

Братья Гракхи

Фото: «Завещание Ленина», распространявшееся в виде листовки в г. Баку в 1928 году