Тут я опять провалился в кроличью нору и понял, что параллельно со всем этим философа продолжают успешно реабилитировать новые исследователи, в том числе и достаточно молодые. Триггернулся от инициативы сделать шопперы с Ильиным (и Кропоткиным — прекрасный pairing).
Когда я делал заметку, помимо собрания сочинений и статей, обтекающих характер взглядов философа, в интернете можно было найти только несколько записей эфиров с ТВЦ и Спас, но сейчас мне повезло больше. Видимо, вопрос о фашизме после скандала стали задавать часто — Ильин обзавелся современным сайтом с целым разделом об этом. Отдельно есть и дисс на видео BadComedian. Заметку я писал по нескольким эссе Ильина, книгам Будрайтскиса и Снайдера, но пруфриднул все будоражащие поинты по собранию сочинений.
Тем не менее, невольно стал сомневаться: может, я все-таки придаю излишнее значение, и сам Ильин стал просто орудием борьбы в руках власть имущих и никакой не «христианский фашист». Может быть, я излишне чувствителен: для меня и то, что «Уход в лес» Юнгера не выходит из бестселлеров, является тревожным знаком. Стал сомневаться, пока не увидел вот этот отрывок на международной конференции по Ильину в России, где иностранный гость прямо просит прояснить позицию по фашизму. Ученый, заходя с того, что это все «происки сил», желающих развала России, произносит следующее:
Нас вовлекают в провокацию, [заставляют] оправдываться. В чём оправдываться? Если Карл Шмитт был в партии национал-социалистов, но когда в Израиле готовили конституцию, то все труды Карла Шмитта привезли, правильно, конституцию по нему написали. Тут дело в чем-то другом.
Особенно иронично это звучит, наблюдая происходящее в Газе, а теперь и в Ливане. Но еще это хорошо иллюстрирует, что именно пытаются сделать исследователи: сказать, что фашизм фашизму рознь, поэтому, например, итальянский фашизм на самом деле и не фашизм никакой.
Это также касается итальянского фашизма, анализу которого посвящена серия статей, объединенных в собрании сочинений [Ильина] под общим названием «Письма о фашизме» (1925). В 1925 году итальянский фашизм (не путать с немецким нацизмом) привлек внимание всей русской эмиграции, тема была актуальной и интересной. Естественно, в этот период никаких эксцессов новый политический режим Италии не производил. Даже наоборот, отмечался высокий патриотический подъем, единение и единство вокруг пришедшего к власти дуче, поборовшего несостоятельное либеральное правительство, приведшее население к экономическому краху, и масонов [это не шутка — масоны были реальной политической угрозой того времени; тогда в ходу было противопоставление «масон — фашист»].
Я как-то в очередной раз пропустил момент, когда мы начали смотреть на Шмитта (или Хайдеггера), не принимая во внимание их «другие взгляды» — даже не то чтобы неудобные для данных исследователей, но скорее нуждающиеся в том, чтобы их спрятали и девальвировали в значимости. Видимо, и не переставали.