Павел Щелин. Официальный канал.

В личном чате с друзьми скинули страшное видео из Черновцы. Днем в центре города произошла кровная месть. Год назад в одном из спальных районов города Черновцы убили в пьяной драке сына человека который решил устроить кровавую месть. Ссылку на виде давать не буду, возможно канал читают несовершеннолетние.

Это страшно, поскольку является прямой иллюстрацией тезисов из книги Аджемоглу и Робинсона, которые мы с Юрием Романенко обсуждали на стримах. Если государственные институты оказываются неспособными предоставить возможность и пространство справедливого решения конфликтов в обществе, возможности “обуздать насилие”, которе - ткань социальной жизни, то одно из неизбежных следствий усиление “клетки норм” - законов родоплеменной морали, которыми сообщества руководствовались тысячелетиями. И полезно помнить что для абсолютного большинства людей, когда-либо живших на земле именно такие “архаичные” институты норма, а функционирующее государство - странная мутация и исключение из правил. Куда сейчас движется Украина? Увы, подобные события - крайне тревожный сигнал.

Удивительно что нет большего презрения к афро-американцам чем в среде анти-расистов. Согласно специальному крусу, разработанному в Музее Афро-Американской истории в Вашингтоне "белость" проявляется в следующих чертах характера.

1. Индивидуализм.
2. Опора на собственные силы.
3. Независимость и самостоятельность являются ценностями.
4. Индивидуум сам ответственен за свою судьбу.
5. Идеальная социальная единица – нуклеарная семья по формуле: отец, мать, два, три ребенка.
6. Муж – кормилец, глава семьи.
7. Жена – домохозяйка.
8. Дети должны иметь собственные комнаты и быть независимыми.
9. Наличие объективного, рационального мышления.
10. Способность к выяснению причинно-следственных связей.
11. Акцент на научном методе.
12. Примат западноевропейской (греческой, римской) культуры и иудео-христианской традиции.
13. Протестантская трудовая этика – ключ к успеху.
14. Если что-то не получилось, значит, недостаточно работал над тем, чтобы это получилось.
15. Христианство – норма.
16. Время представляет ценность.
17. Человек проявляется в своей работе.
18. Умение распоряжаться временем, планировать будущее.
19. Умение откладывать удовлетворение сиюминутных желаний ради реализации долгосрочных целей.
20. Конкуренция.
21. Вежливость.
22. Сдержанность.

Просто подставьте антонимы этим чертам, такие как зависимость, неспособность планировать, распоряжаться своим временем, нести отвественность за свои поступки, невежливость, распущенность, неспособность к рациональному мышлению, основанному на причинно-следственных связях (основа научного метода) и получите взгляд автором программы на афромериканцев.

ПС В рамках этой программы институт уже подготовил 2 тыс. учителей для школ в 15 штатах.

ПСПС ссылка на оригинал
https://twitter.com/ByronYork/status/1283372233730203651

Вчера в Нанте сгорел собор Петра и Павла, который строили больше 400 лет. Только во Франции за последние два года в результате “спонтанных” возгораний было повреждено/погибло 8 храмов и церквей. Во время протестов BLM на территории США атакам и поджогам подверглись более 20 приходов. Гуманизм атакует и горе тем, кто стоит на его пути.

Грустное предвидение Клайва Льюиса из романа “Мерзейшая мощь”

[О выпускниках современных университетов]

Мы должны помнить, что в его сознании не закрепилась прочно ни одна благородная мысль. Образование он получил не классическое и не техническое, а просто современное. Его миновали и строгость абстракций, и высота гуманистических традиций; а выправить это сам он не мог, ибо не знал ни крестьянской смекалки, ни аристократической чести. Разбирался он только в том, что не требовало знаний, и первая же угроза его телесной жизни победила его. И потом, голова так болела, ему было так плохо… Хорошо, что в шкафу есть бутылка. Он выпил и тогда смог побриться и одеться.
____

Опыты над животными и работа на трупах приучали к тому, что ради прогресса нужно прежде всего перебороть себя и делать то, что душа делать не позволяет. Теперь это все достигло такой степени, что стоящие за этим решили: можно выгнуть науку назад, чтобы она сомкнулась с древними забытыми силами. По-видимому, раньше это было невыполнимо. Этого нельзя было сделать в XIX веке, когда твердый материализм не позволил бы ученым поверить в такие вещи; а если бы они и поверили, унаследованная порядочность не позволила бы им касаться нечистого. Что сочтут они непотребным, когда нравственность для них — побочный продукт биологических и экономических процессов?

Революция пожирает своих детей.

Для тех, кто не следит за деталями американской жизни - последние пару месяцев в стране проходят массовые чистки в “прогрессивных” изданиях на предмет соответствия стандартам верности новому мейнстриму - идеологии системного расизма.

На этой неделе под каток попала редактор отдела мнений New York Times Bari Weiss. Перед уходом она написала сильное письмо, которое читается как эпитафия по уходящей навсегда культуре американской журналистики, на которую мир равнялся в 19 и 20 веке. Вот несколько отрывков из ее письма.

“
……

После победы Трампа я думала, что все мы извлекли урок - урок о том, как важно понимать другую сторону, как важно сопротивляться стремлению сбиваться стаи, о том что свободный обмен идеями - фундамент демократии. Урок не только не был извлечен, но возник новый консенсус: истина - это не процесс коллективного открытия, а догма, уже известная просвещенному меньшинству, чья работа - информировать всех остальных.

Twitter не стоит в названии New York Times, но теперь Twitter - главный редактор газеты. Поскольку этика и нравы этой платформы распространились на все издание, оно превратилось в пространство для артистического высказывания (перформанса). Истории выбираются и рассказываются таким образом, чтобы удовлетворить самую узкую аудиторию, а не позволить широкой публике прочитать о мире и только потом затем сделать свои собственные выводы.

……

Теперь, интеллектуальная смелость, или того хуже способность идти на риск - недостаток а не достоинство. Зачем редактировать что-то сложное для наших читателей или писать что-то смелое только для того, чтобы отфильтровать язык статьи настолько чтобы он стал идеологически выверенным, когда мы можем гарантировать себе личную безопасность (и трафик), опубликовав наш 4000-й обзор, в котором утверждается, что Дональд Трамп уникальная опасность для страны и мира? Самоцензура стала нормой.

….

Возникает нездоровая среда, особенно для независимых писателей и редакторов, которые уделяют пристальное внимание тому, что им нужно сделать, чтобы продвинуться по карьерной лестнице. Правило первое: если хочешь отстаивать собственную позицию, газета тебя не прикроет. Правило второе: никогда не рискуйте работать над историю, которая не вписывается в “правильный” нарратив. Правило третье: никогда не верьте редактору или издателю, который призывает вас быть смелыми. В конце концов, издатель согласится с требованиями толпы , редактор будет уволен или переназначен, и вы будете выпотрошены.

В независимости от результатов ноябрьских выборов, Америка погрузится в гражданское противостояние и социальный кризис (подробнее смотри опубликованную программу Байдена), который настолько ограничит американские ресурсы и желание для внешней политики, что можно говорить об (временном?) уходе США с той позиции точки стабильности в мире хаоса, которую страна занимала последние 40 лет. Аллегорически ситуацию можно представить как уход фигуры Отца из большого дома.

Разворачивая эту метафору, понятно, что дети Отца, мягко говоря, недолюбливали, даже ненавидели (историю метафоры ненависти к Отцу можно провести сначала к греческому мифу о Кроносе, пожирающему собственных детей, и свергнутого в конце Зевсом; а в современной итерации к эпохе Просвещения, объявившей все предшествующее ей время - темными веками) и его власть оспаривали. Но одно дело - история блудного сына, когда ему есть куда вернуться, а другое дело настоящий хаос.

Свято место пусто не бывает - никогда в истории человечества, после того как произошло закрытие ойкумены, не было ситуации чтобы место глобального лидерства было пустым. Даже во времена коллективного управления концерта великих держав, роль верховного арбитра исполняли понятия о долге и чести, основанные традиционной этике. Но сегодня мир входит в период хаоса, масштаб которого может оказаться равным кризису Бронзового века, когда совокупность несвязанных между собой причин нарушила саму сложность ткани международного общения и взаимодействия, разрушив в результате сложные общества, которые благодаря этой ткани процветали.

Отец спился, подростки захватили дом и начали его ломать. Рано или поздно повзрослеют, но дом может в процессе сильно порушиться.

В любом случае в грядущие десятилетия - победит “взрослое” общество/общества, то которое устоит перед соблазном позиции инфантила и жертвы, и возьмет на себя ответственность за свою судьбу. Отец умер и проходится быстро взрослеть самому, а для тех кому по силам и самим становиться Отцами.

Подобные требования выдвигались в рамках институциональных структур. В 2000 году Ассоциация производителей и гостиница «Эко» подали в суд на правительство Тинубу за введение налога с продаж, а в 2003 году правительство было вынуждено было снизить ставку налога на недвижимость. В более широком смысле оспаривание власти обществом означало, что Тинубу должен был изменить социальный договор. Английский принцип “нет налогов без представительства”, в случае Лагоса превратился в “нет налогов без результатов”. Да общество стало больше платить государству, но и государство больше не могло бедностью прикрывать собственную неэффективность и было вынуждено начать предоставлять качественные услуги. Этот контракт был закреплен многими каналами информации, жалоб и подотчетности. Граждане могли жаловаться на неэффективную работу гос структур, облегчая задачу их мониторинга. Таким образом, Лагос расширил возможности государства не через какую-то сложную институциональную архитектуру, а через активное общество, контролирующее государство.

В результате В период с 2004 по 2010 год доля населения, живущего в бедности, сократилась с 57 до 23 процентов (в то же время уровень бедности увеличился почти в половине из 36 штатов Нигерии).

Интересная история из книги Аджемоглу Робинсона о том как мэр Лагоса Бола Тинубу смог за короткое время добиться превращения города из помойки в место, в котором можно жить.

Шаг первый добиться собираемости налогов, потому что иначе городское правительство не могло функционировать.
Его решением было ввести электронный налоговый платеж Люди должны были платить налоги в электронном виде, а не наличными через сборщиков налогов (убираем коррупционный элемент). Он назначил частную компанию, отвечающую за создание системы налоговых платежей и базы данных потенциальных налогоплательщиков, а в обмен получившую небольшой процент с собранной суммы. и сбор налогов, они должны сохранить долю. Результатом стало увеличение столь необходимых налоговых поступлений.В 2003 году создается полуавтономное налоговое агентство, Государственная налоговая службу Лагоса (LIRS), которое нанимало компетентных, хорошо обученных людей. Государственные налоговые поступления, в основном за счет подоходного налога с физических лиц, выросли с 190 млн. Долл. США в 1999 году до 1,2 млрд. Долл. США в 2011 году, число налогоплательщиков увеличившись с 500 000 до 4 млн.

Шаг второй. Инвестирование в инфраструктуру.
Борьба с мусором. Благодаря новым налоговым поступлениям удалось нанять тысячи новых сборщиков мусора. Количество транспортных средств для перевозки мусора возросло с 63 в 2005 году до 763 в 2009 году, а затем до более 1000 в 2012 году. Лагос стал чистым городом.
Многие аспекты общественной жизни стал лучше регулироваться. Мотоциклетные такси, которые были вовлечены почти в половину всех дорожно-транспортных происшествий, были запрещены в значительной части города и штата Лагос. В 1999 году произошло 529 дорожно-транспортных происшествий со смертельным исходом и 1543 серьезных. К 2012 году, несмотря на значительное увеличение количества транспортных средств в городе, они сократились до 116 и 240 соответственно. Повсюду возникла новая инфраструктура, в том числе легкая железная дорога для облегчения поездок на работу. В 1999 году в городе не было новых уличных фонарей да и электричества во многих частях города тоже не было. К 2012 году в городе было электричество и 1217 новых фонарей.

Шаг Третий. Проведение реформ в сотрудничестве с местными профессиональными сообществами (“громадами” по украински).
Мать Тинубу была главой ассоциации торговцев на рынке в Лагосе. После того, как она умерла в 2013 году, ее заменила дочь Тинубу. Поскольку в Лагосе был огромный неформальный сектор, ассоциация рыночных торговцев была ценным политическим ресурсом. Это было также огромное политическое ограничение, потому что его оппозиция могла потопить весь проект. Сотрудничество и спор с ассоциацией очевидны в налоговой политике. Рыночные торговцы были одной из ключевых потенциальных баз доходов, но их было очень сложно отслеживать. Штат Лагос согласовал налоговые ставки с ассоциацией, которая затем взяла на себя задачу предоставления информации о том, какие трейдеры использовали, на каких рынках и записи, кто платил. В обмен государство обещало государственные услуги и безопасность для рынков. Организации неформальных водителей автобусов, ремесленников и других лиц заключили аналогичные соглашения.

Поразительно насколько описание динамики процесса, при котором к власти приходит автократ, написанное еще в 1515 году Маккиавели, практически в слово в слово применимо к реалиям 1999 - 2004 годов.

"Единовластие учреждается либо знатью, либо народом, в зависимости от того, кому первому представится удобный случай. Знать, видя, что она не может противостоять народу, возвышает кого-нибудь из своих и провозглашает его государем, чтобы за его спиной утолить свои вожделения. Так же и народ, видя, что он не может сопротивляться знати, возвышает кого либо одного, чтобы в его власти обрести для себя защиту"

На полях книги Аджемоглу и Робинсона - контраст между двумя способами ведения права. На стриме подробно рассказал, как запрос на разрешение проблем в Персии и Каролинском королевстве привел к кодификации существовавших норм и понятий (относительно норм кровной вражды на самом деле) и придании им статуса законом. В Черногории, на протяжении столетий, порядок в обществе также регулировался нормами кровной мести и отвественности индивида и его семьи за преступления. Но этот порядок никогда не был кодифицирован и государственное право как институт не возникло, а как следствие и государство. То есть общество стабильно существовало в рамках клановых структур. Когда в 20 веке начали строить собственно государство - страна попала в ловушку коррупции и популизма, нормы жизни (в гораздо более смягченном виде) существуют сами по себе а писанный закон сам по себе.

Парадоксально, но кодификация “Понятий” оказывается не самым плохим шагом к вхождению в коридор возможностей! То есть общество сначала формализует сложившиеся правила игры, а уже потом эти правила меняет, может быть в соответсвии с универсальными правовыми нормами. Да, очевидно, что этот путь значительно дольше по времени с точки зрения современного лево-либерального эталона прав человека, но по крайней мере право в такой системе легитимно. А поскольку право легитимно, то оно может работать, вырабатывая у населения привычку смотреть на государственные судебные институции как на арбитра своих конфликтов, а на как на пришельца.

Мысль и опыт крайне актуальны для пост-советских стран, в которых простое копирование западных правовых норм (не секрет что постсоветские Конституции во-многом просто переписаны с существующих западных образцов Франции и США), привело к тому, что по сути возникла двойная правовая система: как на “бумаге” и как “по справедливости”. Но именно такой раскол обрекает общество на вечное блуждание в бездне упущенных возможностей, так как не граждане государственным правовым нормам не доверяют, ни государство гражданам, зная что эти “варвары” постоянно скрывают от него реальное положение дел.

Павел Щелин. Официальный канал. pinned «Для удобства навигации - прикрепленный пост со списком вышедших лекций. https://docs.google.com/document/d/19g8GFqugn00S7fqisOOYdg2zJtLI99HLGAcIaVHPj0c/edit?usp=sharing Если кому-то написанное и рассканное помогло задуматься о мире вокруг него, или просто…»

Для удобства навигации - прикрепленный пост со списком вышедших лекций.

https://docs.google.com/document/d/19g8GFqugn00S7fqisOOYdg2zJtLI99HLGAcIaVHPj0c/edit?usp=sharing

Если кому-то написанное и рассканное помогло задуматься о мире вокруг него, или просто сделало жизнь интересней, то призываю поддержать автора и подписаться на Patreon. Это поможет выпускать еще более качественные материалы.

https://www.patreon.com/pavelshch?fan_landing=true

Вот вам занятная история профсоюза английских газовиков(1873-1914) (взято из Эрика Хобсбаума):
одного из первых профсоюзов в современном смысле этого слова.

Тогда газовики столкнулись с двумя проблемами: во-первых, из-за сезонного характера труда, забастовки были неэффективны, так как найти штрейхбрейкера труда не представляло.

Во-вторых, из-за того, что для квалификации газовика не требовалось длительного образования - другие рабочие считали эту профессию второсортной.

Профсоюзы, а точнее объединение многих местных профсоюзов смогли решить проблемы рабочих: добиться 8 часового рабочего дня, роста заработной платы, а также модернизации отрасли в целом: в ней выросла производительность и эффективность труда.

Первоначально бизнес начал модернизацию, чтобы заменить людей машинами, но вскоре понял, что этого не потребуется (механизация привела к падению цен, росту сбыта, и соответственно сохранившейся нужде в рабочих)

В итоге газовая отрасль в ВБ стала развиваться даже лучше чем смежные.

Применительно к современности это своеобразный урок: самые эффективные профсоюзы могут и должны организовывать не люди старых традиционных профессий, а ITшники и прочие занятые в экономике нового уклада - у них больше шансов стать организованной силой.

Отрывок из интервью одного из величайших фантастов 20 века Рэйя Бредбери из далекого 1996 года:


Ваш «451 градус по Фаренгейту» предсказал непредсказуемое на годы вперед.

Так и есть. Когда О. Джей Симпсон удирал по трассе от полиции и вертолетов, в «Нью-Йорк Таймс» написали: «Это же прямо финал „Фаренгейта“!» Я посмотрел повторный выпуск новостей — боже мой, они ведь и впрямь правы. В финале моего романа Гай Монтэг убегает от книгосжигателей и наблюдает самого себя на телеэкранах каждого дома, каждой квартиры. Когда он окончательно сбегает из-под лап Механического Пса, жаждущее зрелищ общество недовольно настолько, что для его умиротворения убивают двойника Монтэга… Но самое ужасное — это то, что еще 43 года назад я предвидел политкорректность.


Неужто в «Фаренгейте»?

Да. Босс-пожарный в одном моменте там описывает, как всевозможные меньшинства одно за другим затыкают рот мыслящему обществу, приводя пример: «Евреи не любят литературных героев Фейгина и Шейлока — надо сжечь все книги с ними, запретить даже всякое упоминание. Черным не нравится негр Джим (в оригинале у Марка Твена — Nigger Jim. — Прим. перев.), сплавляющийся на пароме с Гекльберри Финном, — сожгите или хотя бы спрячьте все книги о Томе Сойере. Борцы за права женщин ненавидят Джейн Остен как слишком неудобную и старомодную — сорвать с нее голову! Апологетам семейных ценностей неугоден Оскар Уайльд — твое место на параше, Оскар! Коммунисты ненавидят буржуев — убить всех буржуев!.." Так все и происходит. Но если во времена «Фаренгейта» я писал о тирании большинства, то теперь я говорю о тирании меньшинств. В наши дни остерегайся и тех и других! Первые пытаются заставить тебя делать каждый день одни и те же вещи, вторые пишут мне, например, что стоило бы уделить больше внимания правам женщин в «Марсианских хрониках» или придумать больше чернокожих героев в «Вине из одуванчиков».


Вы что-нибудь отвечаете на подобные письма?

Мой ответ обоим сборищам одинаков: большинство вы или меньшинство — идите к черту, прямо в ад, вместе со всеми, кто попытается говорить мне, что делать и как писать. Сейчас все общество разделилось на разнокалиберные меньшинства, которые на деле суть те же книгосжигатели — они жгут книги путем их запрещения. Вся эта политкорректность, разросшаяся одиозными дебрями в студенческих кампусах, — дерьмо собачье.


Вы явно не сторонник морали, пропагандируемой СМИ.

СМИ? Да там только и новостей то, что об убийствах и изнасилованиях, которые мы не совершали, похоронах, на которых нас нет, и СПИДе, который мы стараемся не подцепить. И на каждую новость — по 15 секунд. Но, в конце концов, у нас до сих пор есть рука и пульт от телевизора, с помощью которых можно переключать каналы или вообще выключить все сразу.
Источник: http://raybradbury.ru/person/interview/playboy/

Парадокс welfare state

В продолжении темы Великобритании и новых популистских движений. В Шотландии в 2016 году прошли выборы в местный парламент.

На выборах победила так называемая Шотландская национальная партия. Но с какими лозунгами победила ШНП и какие главные аргументы у сторонников выхода? Оказалось отнюдь не «правые».
Вот программа ШНП:
1. Удвоить расходы на бесплатное школьное образование
2. Увеличить расходы на здравоохранение
3. Создать 30 000 новых образовательных программ для малого бизнеса (нечто среднее между образованием на рабочую специальность и субсидиями на открытие своего дела)
4. Постройка 50 000 единиц социального жилья
5. Защита пенсионных накоплений

Если убрать заголовок - типично левая партия.

Еще одна тема - мигранты. Причем мигрантами тут считают людей из ЕС (поляков, венгром и румын). Аргумент: они покушаются на наши социальные блага и «используют» наши системы образования, здравоохранения и социальной защиты.
Вот и получается, что welfare state в развитом обществе создает среду махровой ксенофобии. Страна начинает рассматриваться как ограниченный набор благ, который не увеличивается, и соотвественно любой новый человек уменьшает блага других членов сообщества. Такое государство может стабильно существовать только отгородившись барьерами от остального мира. Вообще современные правые в Европе - это скорее радикально-левые, вопросы гражданственности, культуры и традиций глубоко вторичны - главное на их повестке защита социальных благ тех групп, которые чувствуют себя ущемленными глобализацией и интеграцией. Как говорит лозунг Ле Пен «мы за французов - мы за бедных». Вот и выходит, что современные евросоциалисты все больше становятся шовинистами.

Про луддитов и зарождение свободного рынка в Англии (Из книги Эрика Хобсбаума Labouring Men).

Движения луддитов на локальном уровне как правило не были просто погромами. За ними стояли либо зарождающиеся способы борьбы порто-профсоюзов за права рабочих, занятых на фабриках, либо, что более часто, за луддитским погромом скрывалась борьба двух бизнесменов, соответственно сторонника машинизации и противника ее. Последний как правило опирался на общественное мнение, которое выступало резко против машин, нарушающих привычный образ жизни. Переломным фактором в этой борьбе стало Государство.

Если быть точнее не просто государство, а государство после английской буржуазной революции. Начиная примерно с 1669 годов со стороны Парламента холодность в отношении инноваций, «лишающих честных людей куска хлеба» сменилась поощрением принципа «прибыльное производство любой ценой». Так в Англии именно Парламент стал фактором, который ввел принцип свободного рынка в отношения между рабочим и работодателем.

У уже упоминавшегося Александра Марея прочитал про 3 значения слова авторитет:

Во-первых, авторитет и есть то, что отличает «политическую» власть от тирании. Тиран — это тот, у кого осталась/оказалась власть, но нет авторитета.

Во-вторых, понятие «авторитета» оказывается востребованным во времена политических кризисов, в ситуации же политической рутины оно становится избыточным.

В-третьи, «тиран» не способен стать «персонификацией», «воплощением» государства, он не отсылает к чему-то высшему помимо себя - или, что одно и то же, такая отсылка не принимается другими, подвластные ему не верят.

Читаю книгу Доминика Ливена Towards the Flame: Empire, War and the End of Tsarist Russia:
О России начала 20 века. Интересный факт:
В начале 20 века в России была программа по переоснащению флота. Программа, неподъемная по финансовым затратам (200 миллионов рублей, - для сравнения бюджет министерства сельского хозяйства в 1900 - 40,7 млн), однако движимая идеями престижа и логикой имперских интересов (стандартная для всех Великих держав того периода).
Денег не хватало. Но сократить программу тогдашние сислибы в виде графа Витте не могли, ввиду тех самых имперских задач, определяемых императором.
Программу Витте все же оптимизировал - сократил расходы на обучение экипажей и на персонал в целом, вплоть до рациона питания. Кончилось это тем, что корабли все же построили, а потом была Цусима и бунт на Броненосце "Потемкин».

Отрывок из интервью Иосифа Бродского из 1993. Наверное одно из самых человечных замечаний о той родовой травме постсоветских государств, унаследованной из эпохи СССР. И от себя добавлю - любая отвественная долгосрочная политика должна быть направлена и способствоать увелечению сострадания и эмпатии в обществе, а не в унижении и призрении той или иной его части.

"«Вы спрашиваете меня, человека, который уже 21 год живет вне России, и теоретически его даже и спрашивать не надо, потому что у него уже нет, по русской традиции, права об этих вещах рассуждать. Но я думаю, что это неверно. У меня есть определенное преимущество, а именно, мне кажется, я смотрю с определенной долей трезвости, мое сознание не замутнено или не раздражено немедленными раздражителями. Это привилегия; и человека, который этой привилегией обладает, в общем-то можно и не слушать. Тем не менее, я скажу то, что думаю.
Дело в том, что основная трагедия русской политической и общественной жизни заключается в колоссальном неуважении человека к человеку; если угодно - в презрении. ....
Одним из проявлений этого неуважения друг к другу являются эти самые шуточки и ирония, предметом которой является общественное устройство. Самое чудовищное последствие тоталитарной системы, которая у нас была, является полный цинизм или, если угодно, нигилизм общественного сознания. Разумеется это и удовлетворительная вещь, приятно пошутить, поскалить зубы. Но всё это мне очень сильно не нравится. Набоков однажды сказал, когда кто-то приехал из России и рассказывал ему русский анекдот, он смеялся: "Замечательный анекдот, замечательные шутки, но все это мне напоминает шутки дворовых или рабов, которые издеваются над хозяином в то время, как сами заняты тем, что не чистят его стойло". И это то положение, в котором мы оказались, и я думаю, было бы разумно попытаться изменить общественный климат.

На протяжении этого столетия русскому человеку выпало такое, чего ни одному народу (ну, может быть, китайцам досталось больше) не выпадало... Мы увидели абсолютно голую, буквально голую основу жизни. Нас раздели и разули, и выставили на колоссальный экзистенциальный холод. И я думаю, что результатом этого не должна быть ирония. Результатом должно быть взаимное сострадание. И этого я не вижу. Не вижу этого ни в политической жизни, ни в культуре. Это тем горше, когда касается культуры, потому что в общем-то самый главный человек в обществе - остроумный и извивающийся.

Я говорю издалека. Думаю, что если мы будем следовать тем указаниям или предложениям, которые на сегодняшний день доминируют в сознании как интеллигентной части населения так и неинтеллигентной, мы можем кончить потерей общества. То есть это будет каждый сам за себя. Такая волчья вещь."

У Пола Вирильо в работе «Скорость и политика» присутсвует любопытная интерпретация Французской Революции и последовавшей за ней современности. Упрощая, «Марсельеза - это дорожная песня, управляющая маршем масс… направляющая их к полю боя…». Та революция, которая произошла не более чем начало постоянной атаки на Время как таковое, поскольку жизнь солдата напрямую зависит от того насколько он быстр - быстрее следующего залпа орудий/мушкетов. Чтобы выжить солдат должен бежать, сила армии - скорость бега ее солдат (позднее ее машин), а военная мощь государства в целом не столько способность защитить своих граждан, сколько способность создавать угрозу разрушения и проникновения на территорию противника - проекция условного «блицкрига» (неважно людского у Наполеона, танкового у Гудериана или авиация у США).

Сам же цикл революции по Вирилио это смена двух фаз - сначала массы в городах внезапно «останавливаются» от своих приписанных ролей - рабочих при фабриках и заводах и заполняют собой улицы. Захватив же улицы и проведя революцию/переворот они непременно должны быть куда-то направлены по скоростной магистрали, достигая «освобождения». Последнее можно интерпретировать как буквально (Вирильо так и делает, приводя помимо французских революционных войн и дорог более поздний пример германских автобанов 30-х годов, американские хайвеи (можно сюда же добавить советские Великие стройки). Однако образ ложного «освобождения» в постоянно ускоряющегося бега по скоростным магистралям подходит и советской революции в целом (элекрификация, «автомобиль не роскошь а средство передвижения) и что более интересно американской (от идеи «американской мечты» до весьма практических проектов хайвеев и hyperloop Илона Маска).

Почему же тогда освобождение по Вирильо остается в кавычках? Потому что для него это не более чем «посоянная и непрекращающаяся эксплаутация стремления несведующих масс к движению, используемая как решение социальных проблем». В действительности как пишет Вирильо французская революция была стремлением масс освободиться от сдержек, мешавших их движению - бунт против феодальных порядков, которые приписывали человека к месту. Однако вместо освобождения массы просто сменили одну обязанность (оставаться на месте) на другую - постоянно перемещаться, так и не обретя своей субъектности. А в обязанности постоянного движения без цели есть вполне очевидные проблемы.

В процессе подготовки к новым стримам пришел к неожиданному для себя выводу о том, что фундаментально роднит столь противоположные течения как нео-марксизм Black Lives Matter и традиционный Ислам ашхаритов. В этом контексте по-новому взглянул на роман Уэльбека “Покорность”, о котором писал ранее.

Если сильно упрощать, то объединяет их ответ на один из фундаментальных вопросов философии - о соотношении воли и разума о познаваемости мира. Что неомарксисты (а шире и любые -измы (нацизм, коммунизм, либерализм, социализм, национализм)) что исламисты отвечают на него вполне однозначно - разум не имеет ценности сам по себе, он подчинен воле, а отказ от мышления и растворение в общей воле это способ для индивида обрести цельность и ценность.

Избитая цитата “учение Маркса истинно потому что верно” - не оксюморон, а отражение всей сути Волюнтаризма: в мышлении самом по себе нет достоинств, оно просто проявление материальных сил (бытие определяет сознание). А соответственно нет причин спорить и убеждать оппонентов - достаточно взять контроль над материей, сломать ее и пересобрать, включая людей и прошлое. Оппонентов в лучшем случае заткнуть. Не удивительно в этом контексте, что центральной ареной споров в США стала 1-ая поправка о свободе слова, которая пока еще защищает возможность публично высказывать в университетских кампусах точку зрения отличную от мейнстрима.

Поскольку разум не обладает самоценностью, а только служит силе и воле, сила становится самодостаточной. Вся разница что в рамках исламской традиции ашхаритов, это Воля бога, а в секуляризованных доктринах носителями подобных Воль может быть Классовое Сознание, Нация, Раса, Дух Истории, Просвещенные интеллектуалы и тд. В результат индивид живет в довольно грустном мире. Можно, либо впасть в отчаяние от бессмысленности подобно герою романа Камю “Тошнота”, либо попытаться навязать свою волю окружающему миру, попытавшись стать Ницшеанским Сверхчеловеком, либо подчинить свое мышление более большой Воли и раствориться в массе. Как прекрасно сказал в своем выступлении Андрей Баумейстер, “[утверждение] нет истины - есть мнение, это лицемерное прикрытие настоящего руководящего принципа - есть мое мнение, и оно истинно, истинно настолько, насколько моя воля в состоянии навязать его другим людям”.

Отказ от аристотелевской традиции мыслящего субъекта, способного познавать мир и нести личную ответственность за свое познание порождает монстра коллективного обезличенного субъекта и коллективной же обезличенной ответственности. Отсюда и “расовое чувство вины” и снос памятников и цензурирование самого акта мышления, если он может ранить "чувства" того или иного меньшинства. Но отказ от мышления - это прежде всего отказ от реальности, от данности и попытка своею волею перекроить реальность сделать ее тем, чем она не является: “Если факты противоречат теории, тем хуже для фактов”. И возвращаясь к роману Уэльбека, теперь неудивительно что главный герой - интеллектуал, в конечном итоге отказывается от усилий мышления и находит покой и уют в подчинению чужой Воле. Корень у всех этих школ мысли, как выяснилось, один.