Золотой век
 
Можно отметить во всем мировом кино (по моему мнению, разумеется) три фильма, наиболее точно выражают христианскую идею: «Дневник сельского священника» (1950) Брессона, «Назарин» (1958) Бунюэля и «Остров» (2006) Лунгина. Последний к моему величайшему удивлению. Можно добавить сюда «Андрея Рублёва», но с поправками, как уже писал в своё время. Если «Назарин» ближе всего подошел к христианской метафизике, то фильмы Кокто с такой же выразительностью воплотили сновидческую, мифологическую основу античного мировоззрения, но не о них идет речь.

Сюрреализм, начиная с первого кадра сухого орнаментального дерева с воронами, сидящими на ветвях, проступает в каждом кадре фильма «Грозовой перевал» (1954) Бунюэля, в каждом повороте сюжета, в каждом слове в таком количестве, что напоминает своей алогичностью ужасное сновидение в духе Эдгара По – без его элегичности только. Лишь Яну Немецу удалось переплюнуть его в изображении ненависти персонажей к друг другу в фильме «В огне королевской любви».

У Бюнюэля есть несколько слабых работ, снятых на убогие средства в кинематографическом захолустье, и только один совершенно неудачный – эклектичный «Золотой век» (1930), считающийся общепризнанным шедевром. Не было никакой необходимости вставлять в сюрреалистическое пространство социальные проблемы. Для них нашлось свое место в «Земле без хлеба» (1933), в «Забытых» (1950) и других фильмах мексиканского периода.

Недаром Дали так отрицательно отнёсся к их совместному созданию. Хотя в нём есть, разумеется, элементы того, что сделало «Андалузский пёс» самой совершенной его картиной. В нём проявляется то, что много лет спустя назвали клиповым мышлением, как и в «Менильмонтан» (1926) Дмитрия Кирсанова – фильмом, которым восхищался Годар.

#кинематограф_чешской_весны + #мнения #Луис_Бунюэль