Bunin & Co

Критические выпады высших представителей грузинской власти в адрес европейских институтов - не новость. За последние полтора года они уже стали своеобразной традицией. Хотя стоит сделать принципиальную оговорку: официальный Тбилиси при этом не отказывается от евроинтеграции в принципе. Власти Грузии выступают за ее существенную корректировку.
 
Но в конце прошлой и начале нынешней недели глава грузинского кабмина Ираклий Кобахидзе резко отреагировал на Гаагскую декларацию Парламентской Ассамблеи (ПА) ОБСЕ. Почему это так важно? Именно ОБСЕ, точнее Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) выступает своеобразным «экзаменатором» стран-членов Организации по выборным процедурам.
 
Важный нюанс! Декларация ПА ОБСЕ - не судебный вердикт. Она формирует политические оценки и рекомендации. И тем не менее, во многом данный документ основывается в первую очередь на рассмотрении электоральной динамики в Грузии.
 
За что же ПА ОБСЕ критикует грузинские власти? Главная претензия — предполагаемый демократический откат после выборов 2024 года. В декларации перечислены: давление и запугивание избирателей, использование административного ресурса и нарушение тайны голосования на парламентских выборах 2024 года; сообщения о подкупе, фальсификациях и препятствовании наблюдателям на муниципальных выборах 2025 года; законы об «иностранном влиянии», митингах и административных правонарушениях, которые, по оценке ПА ОБСЕ, ограничивают деятельность НКО, независимых СМИ и протестующих; задержания и преследование оппозиционных политиков, журналистов и активистов; попытки запретить крупные оппозиционные партии, ослабление независимости судов и системы сдержек и противовесов.
 
ПА ОБСЕ потребовала освободить лиц, которых правозащитные организации считают политическими заключенными, расследовать нарушения на выборах и пересмотреть ограничительное законодательство. Эти выводы во многом опираются на мартовский доклад, подготовленный в рамках «Московского механизма» ОБСЕ. Отдельная оговорка касается местных выборов 2025 года: полноценная миссия БДИПЧ ОБСЕ тогда не была развернута, поскольку грузинские власти направили приглашение менее чем за месяц до голосования.
 
Все эти оценки вызвали гневную реакцию Ираклия Кобахидзе. По его словам, принятая декларация - политически ангажированный документ. Премьер полагает, что ЕС втягивает ОБСЕ в кампанию давления на официальный Тбилиси с целью смены власти в закавказской республике. Кобахидзе убежден: защита суверенитета не должна становиться препятствием на пути к евроинтеграции. И упрекает евро-партнеров Тбилиси в том, что они отказываются это понимать и толкают Грузию на путь конфронтации с Россией, что не соответствует грузинским национальным интересам.
 
И последнее. Кобахидзе говорит о том, что парламентарии ОБСЕ односторонне интерпретируют антивластные протесты в Грузии, так как в них полностью игнорируются факты насилия со стороны оппозиции, тогда как все действия полиции отождествляются именно с немотивированными насильственными действиями.
 
Сергей Маркедонов

«Со своей стороны будем делать все для того, чтобы Вас поддержать. Конечно, мы понимаем: вопросов и проблем достаточно. Но должен сказать, что и Вы, и члены Вашей семьи относитесь к республике как к своей малой родине и, уверен, сделаете все, что от Вас зависит, для развития республики», - с таким напутствием президент России Владимир Путин обратился к ВРИО главы Южной Осетии Марату Камболову. Вечером 13 июля в Кремле прошла их встреча. Впереди досрочные президентские выборы в Южной Осетии. Они намечены на 18 сентября 2026 года.
 
Мы уже писали о том, как стремительно развивается карьерная траектория Марата Камболова на югоосетинском направлении. Сначала советник теперь уже экс-президента Алана Гаглоева, затем – премьер-министр. Парламент Южной Осетии единогласно проголосовал за утверждение Марата Камболова на должность председателя правительства 16 июня 2026 года. Через неделю после этого Алан Гаглоев ушел в отставку в связи с переходом на работу в администрацию российского президента. Камболов после этого стал ВРИО главы Южной Осетии.
 
Впереди выборы, но ключевые политические силы республики уже заявили о поддержке кандидатуры Камболова. Лидер партии «Единая Осетия» Ацамаз Бибилов официально заявил о вхождении в инициативную группу в поддержку нынешнего ВРИО. «Коммунистическая партия Республики Южная Осетия заявляет о решении войти в инициативную группу по выдвижению Марата Аркадьевича Камболова кандидатом на должность Президента РЮО», - узнаем из официального релиза этой политсилы. В объединении «Ныхас» считают, что главный претендент на президентство «обладает необходимым опытом и компетенциями для решения актуальных задач развития республики». В общем, небольшой югоосетинский политикум, который ранее раздирали противоречия, решил консолидироваться вокруг фигуры «варяга». Позиция Москвы также ясна на все 100 процентов.
 
В былые времена выборы в Южной Осетии могли приносить неожиданные результаты. В 2017 году предпочтительного для Кремля претендента Леонида Тибилова обыграл Анатолий Бибилов, а через пять лет и его самого потеснил Алан Гаглоев, на тот момент оппозиционный политик. И это мы еще не говорим про внутриполитический кризис в республике в 2011-2012 гг., спровоцированный президентской избирательной кампанией. Не забудем и про победу Эдуарда Кокойты в 2001 году, хотя на тот момент Москва предпочитала кандидатуру Людвига Чибирова.
 
Нынешняя же консолидация почти всех партий республики вокруг фактически «единого» кандидата превращает кампанию скорее в плебисцит об утверждении согласованного преемника, чем в выбор между различными внутриполитическими курсами. В «геополитическом» плане конкуренция и в прежние времена отсутствовала.
 
Новый договор между Москвой и Цхинвалом, выдвижение Камболова и переход Гаглоева в администрацию президента России усиливают признаки де-факто включения югоосетинского управления в российскую государственную систему. Что, впрочем, не означает формального включения республики в состав РФ. Наиболее вероятная задача перестановок в Цхинвале - не немедленное присоединение Южной Осетии к России, а установление более строгого контроля над финансами, кадровой политикой и выполнением российских инвестиционных программ.
 
Сергей Маркедонов

На прошлой неделе в Анкаре прошел 36-й по счету саммит НАТО. Форум Альянса собрал не только лидеров стран-членов блока, но и государств-партнеров. В столицу Турции прибыли высокие представители из Украина, Японии, Южной Кореи, Австралии, Новой Зеландии, Катара, Бахрейна, Кувейта, Объединенных Арабских Эмиратов и Азербайджана. Разные регионы мира, разный уровень военно-политического «слаживания» с США и их европейскими союзниками. 

Гостей было много, но среди них не оказалось премьера или президента Грузии. Страны, которая в течении двух десятков лет заявляла о своей стратегической цели вступления в Североатлантический альянс. И не просто заявляла. В январе 2008 года параллельно с президентскими выборами в Грузии состоялся всенародный референдум о членстве в блоке. И эта идея получила поддержку подавляющего большинства граждан. Грузинский контингент был самым крупным из «партнерских» во время натовской операции в Афганистане (по численности он превосходил подразделения ряда других натовских стран). Официальный Тбилиси считался едва ли не форпостом Альянса на Южном Кавказе. Но сегодня мы наблюдаем другие тренды.

В Анкаре Грузию представляла только министр иностранных дел Мака Бочоришвили. Правда, был нюанс! Она приняла участие в мероприятии «Союзники в Анкаре», организованном Мюнхенской конференцией по безопасности, Управлением коммуникаций Турции и SETA (Фондом политических, экономических и социальных исследований). При этом в официальную программу самого НАТО этот форум не вошел.

Впрочем, надо иметь в виду что Грузия уже второй раз оказывается вне натовского формата высшего уровня. На саммите в 2025 году в Гааге эта страна впервые за долгое время не была представлена, а в итоговой декларации она не получила подтверждение насчет будущего членства в блоке, которое давалось, начиная с 2008 года. Но Турция- особая статья. Сосед Грузии, совместно эти страны участвуют во множестве проектов в сфере обороны, безопасности, инфраструктуры. 

Вопрос неучастия в саммите в Анкаре стал и важной внутриполитической темой для Грузии. Оппозиция обвинила правительство и правящую партию в пророссийской позиции и уступках Москве (хотя Кремль не может приглашать на саммиты НАТО или отказывать в приглашениях). Представитель парламентского большинства Гия Вольский, напротив, охарактеризовал мнения из оппозиционного лагеря, как «пропагандистскую кампанию».

Как бы то ни было, в программе и итоговой Декларации саммита причины отсутствия Грузии не указаны. Представители «Грузинской мечты» заявили, что вопрос следует задавать организаторам, и объяснили ситуацию изменением формата саммита. Впрочем, оппозицию такая интерпретация вряд ли сможет удовлетворить.
      
 Сергей Маркедонов

Дополнительные выборы в Великобритании становятся важными политическими событиями. Сейчас главный герой – Найджел Фарадж.

Обычно дополнительные выборы не привлекают большого внимания аудитории – они могут быть индикаторами популярности правящей партии и оппозиции, что немаловажно для политиков, журналистов и аналитиков. Но широкие слои населения обычно не очень интересуются этими событиями.

Однако в июне на дополнительных выборах в Большом Манчестере (избирательный округ Мейкерфилд) победил Энди Бёрнем, который должен стать следующим премьер-министром. Эти выборы стали поэтому событием общенационального масштаба. Теперь же в избирательном округе Клэктон, где депутатом с 2024 года был лидер партии Reform UK Найджел Фарадж, снова баллотируется Фарадж.

Дело в том, что британские медиа весной опубликовали расследования о том, что Фарадж не задекларировал крупные пожертвования перед выборами 2024 года. Главная история - The Guardian выяснила, что Найджел Фарадж получил 5 млн фунтов стерлингов от проживающего в Таиланде миллиардера Кристофера Харборна, предпринимателя в сфере криптовалют. Перед этим Фарадж заявлял, что не будет баллотироваться в депутаты, но через несколько недель после получения этого пожертвования передумал.

Согласно парламентским правилам, Фарадж должен был декларировать любые средства, связанные с выборами и полученные за год до них, но он этого не сделал. Фарадж заявил, что деньги были переданы в качестве «подарка» в виде награды за кампанию в поддержку «Брэксита», и он направил их на оплату своей охраны. Харборн сообщил, что деньги предназначались «для обеспечения безопасности Найджела не только сейчас, но и на всю оставшуюся жизнь». Попутно The Guardian выяснила, что на встрече с управляющим Банка Англии Эндрю Бейли Фарадж призвал его отказаться от государственного проекта стейблкоина, одновременно продвигая стейблкоин Tether, в который Харборн вложил значительные средства.

Sunday Times также сообщила, что Фарадж не задекларировал и суммы, полученные от своего близкого друга, криптобизнесмена Джорджа Коттрелла, которого до этого в США осудили за отмывание денег. Возникла перспектива временного отстранения от участия в заседаниях, что автоматически запускает процедуру петиции об отзыве депутата. Если не менее 10% избирателей голосуют за отзыв, депутат теряет мандат.

Фарадж решил не ждать отзыва и перейти в наступление, фактически сам поставив вопрос о доверии себе. Расчет делается на то, что Клэктон – ярко выраженный «брэкситерский» округ, на референдуме 2016 года за выход из Евросоюза в нем проголосовали 75%. В 2024 году Фарадж получил в округе 46,2%, намного опередив ближайшего соперника – кандидата от консерваторов, набравшего 27,9%. Рейтинг Reform UK после историй с финансированием не упал – популистский электорат считает Фараджа жертвой заговора элит и серьезно воспринимает его аргумент о необходимости надежной охраны. Тем более, что 8 июля в своем доме была убита 78-летняя Энн Уиддикомб, в прошлом министр в правительстве консерваторов, перешедшая в Reform UK.

В этих условиях все парламентские партии, кроме Reform UK, отказались от участия в выборах по «сценарию Фараджа». В условиях однотуровых выборов у них не видно шансов на победу. Был выбран альтернативный сценарий – против Фараджа выдвинулся комический артист, выступающий под псевдонимом Граф Бинфейс, многократно выдвигавшийся без успеха на разных выборах с пародийными лозунгами. На людях он носит большой шлем в форме мусорного контейнера. Сейчас партии начали продвигать идею голосования за Графа Бинфейса, чтобы вытеснить Фараджа из парламента. Компания Ipsos провела общенациональный опрос, в котором Граф Бинфейс выигрывал у Фараджа в соотношении 33% к 21% (32% против обоих). Впрочем, это опрос проводился по всей стране – в округе позиции Фараджа куда сильнее.

Так что если вдруг пародийный кандидат опередит Фараджа, это станет сильным ударом по Reform UK. А если Фарадж победит, что куда более вероятно, то ему предстоит продолжение расследования, скорее всего, петиция об отзыве и новые выборы.

 Алексей Макаркин

Нередкий вопрос начинающих политтехнологов – если избирателям надоели политики, почему бы не выдвинуть на выборах человека из народа. Яркого и интересного. Люди с удовольствием за него проголосуют.

Оборотная сторона этой технологии проявилась в американском штате Мэн. Там кандидатом в Сенат от демократов стал Грэм Платнер. Ветеран морской пехоты - три командировки в Ирак и одна (уже в рядах Национальной гвардии) – в Афганистан – он учился по «ветеранской» программе в университете, из которого ушел в связи с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР). Потом была еще одна миссия в Афганистан – на этот раз в составе ЧВК Constellis, ранее известной как Blackwater. В 2018 году он бросил «силовую» работу и устроился устричным фермером в Мэне.

Свою политическую кампанию он начал летом прошлого года с ярко выраженной прогрессистской программы – резких выступлений против олигархии и системных политиков. Платнер требовал повышения налогов для миллиардеров и крупных корпораций, настаивал на мерах в поддержку рабочих, выступал под антивоенными лозунгами, поддерживал Палестину и критиковал израильское правительство. Республиканцы прозвали его «Мамдани из Мэна».

Но сразу же начались скандалы. В прежние годы Платнер был весьма активным комментатором в Интернете. Он писал, что «все полицейские – ублюдки», называл себя коммунистом и соглашался с постом, в котором белые американцы из сельской местности были названы «расистами и тупыми». Призывал сражаться «кулаками и даже оружием, если понадобится». Были у него и аполитичные сюжеты – его высказывания о сексуальном насилии не слишком эмпатичны. Он объяснял их последствиями ПТСР. Но самой «убойной» историей стал сюжет о нацистской татуировке, которую Платнер сделал в бытность морпехом во время отпуска в Хорватии. Сам он утверждал, что не знал ее значения, и обещал от нее избавиться.

Как правые, так и левые популисты могут быть «тефлоновыми» для своих избирателей, которые отвергают любую критику в их адрес и находят оправдание любым их поступкам. Несмотря на весь этот «компромат», рейтинг Платнера намного превышал популярность широко известного политика, губернатора штата Мэн 80-летней Джанет Миллс. В апреле Миллс приостановила свою кампанию, фактически капитулировав перед Платнером. Его кандидатуру поддержали сенаторы Берни Сандерс, Элизабет Уоррен и другие представители левого крыла Демпартии.

В июне, перед демократическими праймериз, The New York Times сообщила о том, что бывшая девушка Платнера заявила, что он неоднократно хватал ее с такой силой, что оставались следы, а однажды вывернул ей руку за спину, затолкал в комнату и запер ее там против ее воли до утра. Но при этом газета отметила, что обвинительница – это «консерватор из Вирджинии, работавшая на правые группы и республиканские кампании». Платнер тут же заявил, что обвинения ложны и политически мотивированы. Через несколько дней он получил на праймериз 72% голосов - рекорд для сенаторских праймериз демократов в штате Мэн.

Но на этом триумфы закончились. 6 июля, за неделю до окончания срока, во время которого можно снять кандидатуру с выборов, издание Politico опубликовало историю женщины, состоявшей ранее в романтических отношениях с Платнером. Она обвинила его в изнасиловании, которое, по ее словам, произошло в конце 2021 года. Что еще более важно, она передала Politico переписку 2023 года, в которой делилась с третьим лицом подробностями случившегося. Это важное косвенное доказательство, так как в это время Платнер еще не был политиком – и не было оснований для фабрикации против него компромата.

Платнер и здесь стал опровергать обвинения, но заявил, что его предвыборный штаб «уделяет время обдумыванию наилучшего пути вперед». Это был сигнал о неуверенности в своих перспективах. Вскоре Демпартия и сенаторы отозвали поддержку Платнера. Затем он объявил о снятии своей кандидатуры. Политическая карьера Платнера продолжалась около года – за это время он прошел путь от надежды прогрессистов в Демпартии до одной из самых громких политических катастроф в США в последние десятилетия.

Алексей Макаркин

Премьер-министр Армении Никол Пашинян совершил рабочий визит в Россию. Он побывал на форуме «Иннопром-2026» в Екатеринбурге, выступил на пленарном заседании этого мероприятия на тему «Индустрия 360. Производство без границ».

В СМИ и социальных сетях уральский вояж армянского премьера называют его первым зарубежным дипломатическим визитом. Это не совсем так. Перед поездкой на Урал Пашинян во главе представительной делегации побывал в Тегеране. Повод для его иранской поездки церемониальный - прощание с погибшим верховным лидером Исламской республики Али Хаменеи. Однако нельзя не заметить и содержательной составляющей визита, переговоров с президентом Масудом Пезешкианом.

Визиты в Тегеран и в Екатеринбург продемонстрировали две важные тенденции. От географии не сбежишь, а экономические связи даже при наличии политических расхождений невозможно игнорировать. Можно сколь угодно говорить о «европейском вектор», но Иран по-прежнему сосед Армении (и одна из двух открытых границ-выходов во внешний мир), а Россия - крупнейший партнер, на которого приходится 35% всей армянской внешней торговли.

Как оценивать смысл и значение уральского визита Никола Пашиняна? Можно ли его считать прорывом в двусторонних отношениях? Можно точно сказать: эти отношения не развиваются по линейке. Можно вспомнить определенное похолодание в 2022-2024 гг., затем волну оживления, и новые «заморозки» ближе к парламентским выборам-2026. Визит Пашиняна с столицу Урала происходил практически синхронно с жестким давлением и уголовными преследованиями политиков внутри Армении, имеющих репутацию пророссийских. Мы ведь помним, как во время апрельской встречи Владимира Путина и Никола Пашиняна президент России отдельно просил избегать подобных инцидентов. Но таковые продолжились и во время избирательной кампании, и усилились после ее завершения.

Создается ощущение, что премьер Армении сознательно сигнализирует: иметь дело можно только с ним, условно пророссийский лагерь находится под ударом, а альтернативой главе кабмина являются, пускай и слабые, но громкие прозападные силы. В то же время Пашинян хочет показать Москве, он не заинтересован в разрыве рабочих отношений, из ЕАЭС не выходит. И даже тему ОДКБ он не стал педалировать. Подтверждается многократно проверенная гипотеза: Армения не может безболезненно уйти из российско-евразийского экономического контура.

В то же время говорить о возвращение к «старой нормальности» не представляется возможным. Показательно, что визит прошел на уровне премьеров и промышленной выставки, а не как большая политическая встреча Пашиняна с Путиным. Де-юре Михаил Мишустин - коллега главы армянского кабмина, но в действительной властной иерархии ключевые политические проблемы обсуждаются в формате премьер Армении-президент РФ. Следовательно, экономическая зависимость Еревана от Москвы налицо, но взаимное недоверие между союзниками по-прежнему сохраняется.

Сергей Маркедонов

Марин Ле Пен: кандидат с браслетом? Или без него?

Апелляционный суд Парижа сократил срок тюремного заключения для Марин Ле Пен с четырех до трех лет. В течение одного года она должна будет носить электронный браслет, еще два года наказания считаются условными. Также суд сократил Ле Пен срок запрета на участие в выборах с пяти лет до 45 месяцев, из которых 30 — условны. Решение суда позволит Ле Пен выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах 2027 года, так как 15 месяцев этого запрета она уже отбыла, начиная с 31 марта 2025-го — даты вынесения первоначального обвинительного приговора.

В марте 2025 года суд первой инстанции признал Ле Пен виновной по делу о фиктивном найме помощников в Европарламенте - оплачиваемые из бюджета ЕС сотрудники фактически занимались партийными делами Ле Пен во Франции. Такая ситуация была актуальна, когда у «Национального объединения» - партии Ле Пен – не было собственной фракции в Национальном собрании и, следовательно, фракционного аппарата, который работает на партию. Теперь ситуация изменилась, партии уже не надо использовать обходные схемы. Кстати, поэтому в число фигурантов дела не попал Жордан Барделла, который был «запасным» кандидатом в президенты от партии Ле Пен, а сейчас стал потенциальным кандидатом в премьеры. Он был слишком молод, когда они применялись.

Важный вопрос – это электронный браслет, который ограничивает передвижение. Для перемещений по стране поднадзорный должен получить разрешение судьи. Теоретически в таком формате можно проводить избирательную кампанию, но практически возникает масса проблем. Ле Пен еще до решения апелляционного суда заявила, что не станет проводить кампанию, если ее обяжут носить браслет.

Однако теперь она заявила, что будет баллотироваться, а браслет не наденет. Ее логика следующая – она подает апелляцию в Кассационный суд (во Франции это аналог Верховного суда), на это время решение апелляционного суда приостанавливается и, следовательно, ей не надо надевать браслет. Кассационный суд должен вынести решение к концу года – то есть к началу избирательной кампании. Если Ле Пен проиграет дело, браслет придется надеть.

Электронный браслет создает Ле Пен еще одну проблему – он будет постоянно напоминать о том, что в президенты баллотируется политик, осужденный за уголовное преступление. Для абсолютного большинства избирателей Ле Пен все это неважно – они уверены, что элиты свели с ней политические счеты. Но есть две группы избирателей, голоса которых могут стать решающими.

Во-первых, это периферийная часть электората «Национального объединения», которую социолог Антуан Бристьель из Фонда Жана Жореса на основе проведенного в этом году исследования компании Ipsos назвал «Меняющаяся Франция». Это образованные представители среднего класса - многие из них голосовали за Эммануэля Макрона в 2022 году. Они мало политизированы и менее негативно, чем другие избиратели Ле Пен, относятся к мигрантам. К партии Ле Пен их привело разочарование в политическом классе. Во-вторых, это избиратели партии «Республиканцы», которые во втором туре могут перейти к кандидату от «Национального объединения». Они отличаются от «Меняющейся Франции» тем, что лояльны по отношению к «системным» политикам.

Майские опросы Ipsos, Ifop и Harris Interactive дают Ле Пен 31-33% в первом туре. Она лидирует, но чуть менее убедительно, чем Барделла, у которого, по этим же опросам, 32-36%. Во втором туре Барделла, по данным Harris Interactive, побеждает самого сильного центристского кандидата, экс-премьера Эдуара Филиппа, в соотношении 54 к 46%. Ле Пен - в соотношении 52 к 48%. В 2022 году Ле Пен во втором туре получила 41,45%, так что прогресс очевиден – в любом случае кандидат от «Национального объединения» теперь становится фаворитом выборов. Но в противостоянии с Ле Пен у французских элит больше шансов, чем с несудимым Барделла. Если во второй тур не выйдет левый Жан-Люк Меланшон (тут умеренные буржуа массово пойдут голосовать за Ле Пен, которая получит 67%), то судьбу выборов могут решить считанные проценты или даже их доли.

Алексей Макаркин

США сохраняют патронаж над Венесуэлой в чрезвычайной ситуации.

24 июня в стране прошли два разрушительных землетрясения. Уже 25 июня в Госдепартаменте США заявили, что для помощи Венесуэле будет выделено выделят $150 млн. Из них $50 млн будет предоставлено в виде двусторонних грантов гуманитарным организациям на местах. Остальные $100 млн направят в объединенный фонд Управления ООН по координации гуманитарных вопросов. Также в страну были направлены две городские поисково-спасательные группы из пожарных частей Вирджинии и Калифорнии.

Впервые после того, как в начале января был захвачен президент Николас Мадуро, в стране появились американские военные – впрочем, с другими задачами. Сейчас непосредственно на территории Венесуэлы работают более 900 военнослужащих, еще 800 оказывают поддержку из центров в Пуэрто-Рико и Кюрасао, сообщил Reuters глава Южного командования (SOUTHCOM) США Фрэнсис Донован. Их задачей является проведение поисково-спасательных мероприятий, помощь в восстановлении работы разрушенного аэропорта и доставка гуманитарной помощи. Донован добавил, что США также развернули над Венесуэлой как минимум четыре или пять беспилотников MQ-9 Reaper, которые используются для разведки. Полученная информация затем передается венесуэльским властям. По словам Донована, после выполнения своей миссии американские военные покинут страну.

После того, как венесуэльское общество стало отходить от первого шока после трагедии, стали появляться неудобные вопросы к властям. И не только в связи с недостаточной эффективностью при ликвидации последствий землетрясений. Рухнул жилой комплекс в Ла-Гуайре, построенный для беднейших слоев населения, названный в честь Уго Чавеса и рассчитанный на 3400 квартир. Его конструкции возводились из металлических каркасов, обшитых гипсокартоном и пластиком - такая технология, призванная удешевить и ускорить строительство, в условиях землетрясения превратилась в смертельные ловушки.

В этих условиях США продолжают оказывать поддержку сотрудничающей с ней администрации временного президента Дельси Родригес. Так, по данным The Wall Street Journal, частный самолет, на котором лидер венесуэльской оппозиции, нобелевский лауреат Мария Корина Мачадо собиралась вернуться на родину, развернули в воздухе по приказу руководства США.

Она планировала на частном самолете долететь из Вашингтона до Кюрасао, территории под контролем Нидерландов, а оттуда на катере добраться до самой Венесуэлы. Зафрахтованный ею Hawker 800 получил необходимые разрешения на рейс, а самой госпоже Мачадо, у которой истек паспорт, разрешили выйти в Кюрасао. Но через час полета пилоты получили приказ чартерной компании вернуться в Вашингтон. Как сообщили WSJ источники, Нидерланды одобрили посадку самолета в Кюрасао, полагая, что США согласны на возвращение Мачадо в Венесуэлу. То, что это не так, выяснилось уже во время полета самолета, и Нидерланды разрешение на посадку отозвали.

По данным WSJ, Белый дом изначально не хотел возвращения Мачадо в Венесуэлу и был «раздражен ее настойчивым желанием» вернуться. Такой шаг в руководстве США сочли «несвоевременным политическим трюком», способным дестабилизировать обстановку в Венесуэле. Издание пишет, что Белый дом сообщил Мачадо через посредников, что, настаивая на возвращении на родину, она рискует потерять поддержку Дональда Трампа и может подорвать его стратегию в отношении Венесуэлы.

Дельси Родригес продолжает опираться на поддержку силовых структур, но проблема ее легитимности, как представляется, будет усиливаться. Венесуэльская Конституция ограничивает срок пребывания врио президента на посту 180 днями, но она не предусматривает варианта, при котором действующий президент не может исполнять свои обязанности, так как не по своей воле находится в тюрьме другого государства. Поэтому еще в январе Конституционная палата Верховного суда постановила, что Родригес может исполнять обязанности президента без установления срока ее полномочий. Но основание это весьма зыбкое.

Алексей Макаркин

О внешнеполитическом развороте Армении на Запад пишут много и охотно. Кризис в отношениях между Москвой и Ереваном- ключевая тема в дискуссиях о ситуации на Южном Кавказе и о перспективах безопасности в этом регионе.

Недавние события дают дополнительные импульсы для гипотезы о «вестернизации» Армении. 2 июля Ереван посетила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. В отличие от азербайджанской части ее турне в Армении она делала ставку не столько на геополитику, инфраструктуру и безопасность, сколько на «ценностный выбор армянского народа». Очень неоднозначные итоги недавних парламентских выборов трактовались Госпожой Председателем четко и недвусмысленно. Они подавались, как едва ли не экзистенциальное голосование за «европейский путь». Хотя заметим при этом, что само армянское руководство не спешит к «окончательному разводу» с ЕАЭС и с ОДКБ.

На первый взгляд, нет основы для сложных трактовок. Однако более глубокий анализ показывает: все не так просто! Буквально на следующий день после визита Урсулы фон дер Ляйен делегация Армении во главе с премьер-министром Николом Пашиняном отправилась в Тегеран. Исламская республика прощалась с рахбаром Али Хаменеи. Армянские политики самого высокого ранга выразили соболезнования иранскому президенту Масуду Пезешкиану, первому вице-президенту Мохаммаду Резе Арефу и семье Хаменеи.

Для сравнения Грузию в Тегеране представлял президент Михаил Кавелашвили (формально глава государства, но де-факто отнюдь не ключевой игрок в грузинской политике), а азербайджанскую делегацию возглавлял спикер Милли Меджлиса (национального парламента) Сахиба Гафарова. Очевидно, что армянская сторона была представлена на более высоком уровне, чем другие соседи.

Таким образом, Пашинян попытался подтвердить особую роль Ирана в армянской внешней политике. Разве можно представить себе Владимира Зеленского или Майю Санду в Тегеране на прощании с погибшим рахбаром? Даже в фантастических сюжетах это проблематично! На встрече с Масудом Пезешкианом Пашинян заявил, что Армения не будет участвовать в инициативах, противоречащих безопасности или национальным интересам Ирана. Армянская сторона также подчеркнула, что отношения находятся на самом высоком уровне с момента независимости Армении. Это важно на фоне того, что Ереван одновременно сближается с Западом (стратегическим противником Тегерана) и пытается продвигать мирную повестку с Азербайджаном и «нормализацию» с Турцией, не самыми простыми партнерами Исламской республики.

Таким образом, общий посыл таков: Ереван пытается осуществлять балансирование между разными центрами силы. Армения демонстрирует, что ее западный разворот не означает разрыва с Ираном. Это особенно чувствительно, потому что Тегеран опасается усиления внешнего, прежде всего американо-израильского и турецко-азербайджанского влияния на Южном Кавказе через транспортные коридоры и политическое влияние.

Сергей Маркедонов

О границах могущества Дональда Трампа.

Трамп в очередной раз показал свою власть в современном мире. На сей раз в футболе, когда вначале позвонил президенту ФИФА Джанни Инфантино, заступившись за лидера футбольной сборной США Фоларина Балогуна. А затем подтвердив факт звонка и заступничества за форварда, который получил красную карточку в матче с Боснией и Герцеговиной и должен был пропустить следующий матч – с Бельгией. Трамп прямо заявил, что раз никакого фола там не было, а футболисты просто столкнулись на скорости, то он «просто попросил пересмотреть решение».

И решение тут же было пересмотрено дисциплинарным комитетом ФИФА. А затем еще один орган – апелляционный комитет - отклонил жалобу сборной Бельгии на участие Балогуна в предстоявшей игре.

Более того, Трамп заявил, что если бельгийцы обыграют американцев, то «мы скажем, что всё было подстроено. Я скажу, что всё было подстроено, как и выборы 2020 года». Конечно, эти слова расценили как шутку, но она оказалась весьма двусмысленной. Верит ли Трамп всерьез в то, что он выиграл выборы 2020 года – для трампистов это аксиома – или же тоже шутит?

В истории футбольных чемпионатов были громкие случаи политического вмешательства в спортивные дела, связанные с решениями арбитров. В 1962 году Латинская Америка объединилась вокруг Бразилии, чтобы бразилец Гарринча играл в финале чемпионата против Чехословакии. Гарринча был удален в матче с чилийцами – хозяевами чемпионата, но даже президент Чили просил руководство ФИФА позволить ему играть. ФИФА решила допустить Гарринчу к матчу, и бразильцы стали во второй раз чемпионами. Впрочем, тогда пропуск матча был необязательным, санкцию определяли органы ФИФА – так что ситуация была «помягче».

В 1982 году на чемпионате в Испании история была более скандальной – кувейтский шейх Фахид аль-Ахмад Ас-Сабах, возглавлявший футбольную федерацию страны, в конце матча Франция-Кувейт лично вышел на поле, дабы добиться отмены гола в кувейтские ворота, забитого при счете 3:1 в пользу Франции. И добился своего – советский арбитр Мирослав Ступар уступил, чтобы избежать ухода кувейтской сборной с поля. Кувейтцы уверяли, что приняли свист кого-то из болельщиков за свисток арбитра и прекратили игру, чем воспользовались французы. Но в любом случае вмешательство шейха было грубейшим нарушением. Впрочем, вмешательство не помогло; французы успели забить еще один гол вместо отмененного, матч закончился со счетом 4:1. А Ступар больше никогда не судил матчи чемпионатов мира.

Но никогда еще не было, чтобы лидер «сверхдержавы» вмешивался в вопрос о допуске игрока на матч и не скрывал этого. Это в мировой политике это не то же самое, что президент Чили и один из кувейтских шейхов. Быстро выяснился и механизм влияния на Трампа, который вряд ли разбирается в тонкостях некоей игры под названием soccer – это же не бейсбол и не американский футбол. Оказывается, с Трампом связались министр торговли Говард Латник и исполнительный директор рабочей группы Белого дома по чемпионату мира Эндрю Джулиани, сын бывшего адвоката Трампа и экс-мэра Нью-Йорка Руди Джулиани. И убедили его, что Балогун должен играть в матче с бельгийцами – иначе шансы США на победу сильно уменьшатся. После этого Трамп и позвонил Инфантино.

Могущество Трампа позволило Балогуну сыграть в матче. Но чисто политические прецеденты показывают границы этого могущества. Получается у него в основном в Латинской Америке, где США фактически установили патронаж над Венесуэлой. Но за ее пределами все куда сложнее - Совет мира так (пока) и не заработал, Иран отбился от США. И в футболе – хотя и по другим, неполитическим, причинам – Трамп не всемогущ. Он же не может добавить своей команде пару-тройку (а лучше десяток) дополнительных игроков.

Так что бельгийцы к удовольствию абсолютного большинства болельщиков победили сборную США 4:1 – как Франция Кувейт на испанском чемпионате 1982 года. Балогун не забил ни одного гола. Теперь ФИФА придется разбираться с сильнейшим имиджевым ущербом от этой истории. А Трампу, похоже, все равно – это же soccer, а не бейсбол.

Алексей Макаркин

«В момент, когда я понял, что больше не могу исполнять свой мандат в соответствии с принципами и убеждениями, которых я придерживаюсь, я решил уйти». С таким обращением 3 июля выступил Александр Мунтяну. Теперь уже экс-премьер-министр правительства Молдовы. Его заявление автоматически повлекло отставку всего правительства, хотя кабинет продолжает работать в режиме исполняющего обязанности до формирования нового. Впрочем, на стратегический курс правящей партии это не окажет значительного влияния.

На своем посту Мунтяну проработал восемь месяцев. Даже до одного полного года не дотянул. Назвать его новичком в момент утверждения на посту главы молдавского кабмина не представлялось возможным. Однако бросалась в глаза разность имиджей его и предшественника. Дорин Речан был премьером-трибуном, продвигающим «европейские ценности», тогда как Мунтяну, безусловно разделявший идеологический набор правящей партии, выглядел как технократ. Долгие годы он занимался бизнесом и консалтингом за рубежами Молдовы.

Но политика все-таки достала и Мунтяну. Его уход с поста премьера произошел на фоне серии скандалов вокруг госкомпаний, прежде всего «MoldATSA», связанной с управлением воздушным пространством. В молдавских и международных публикациях речь шла о завышенных зарплатах, спорных назначениях и подозрениях в коррупции. Второй фактор - накопившееся недовольство реформами и управлением. Ряд СМИ и блоггеров связывает правительственный кризис также с непопулярными фискальными мерами и протестами, а президент Майя Санду после отставки подчеркнула, что ожидала от премьера большей вовлеченности в сложные решения и большей открытости к людям. То есть, переводя на обычный язык, поспешила отмежеваться от своего недавнего соратника.

Таким образом, формально Мунтяну ушел по мотиву личных принципов и невозможности дальше исполнять мандат так, как он считал правильным. Но политически отставка выглядит как результат давления из-за коррупционно-управленческого скандала, недовольства госкомпаниями и напряжения вокруг реформ.

Тем не менее у правящей (и пропрезидентской) партии «Действие и солидарность» /PAS по-прежнему сохраняется большинство в парламенте. Отставка Мунтяну вряд ли вызовет существенный раскол в ней, а значит проблематична и партийно-политическая реконфигурация.

Сергей Маркедонов

Почти два десятилетия назад папа Бенедикт XVI попытался найти компромисс с отделившимися от Ватикана католиками-интегристами. 1 июля нынешнего года эта политика завершена.

Священническое братство Святого Пия X (Fraternitas Sacerdotalis Sancti Pii X - FSSPX), не подчиняющееся Ватикану, хотя формально признающий главенство папы Римского, провело в своем духовном центре – семинарии в швейцарском Эконе – церемонию рукоположения четверых епископов. Произошло это без разрешения Ватикана. Папа Лев XIV 29 июня направил FSSPX письмо с просьбой отказаться от «раскольнического акта». В ответ 30 июня генеральный настоятель братства выразил сожаление, что ему так и не удалось встретиться с папой, и со всей вежливостью отказал в его просьбе.

Это неудивительно – к тому времени в Эконе все было готово к церемонии, в небольшую швейцарскую деревушку съезжались до 15 тысяч паломников, будущие епископы уже одобрили свои гербы и девизы. Возврата назад уже не было – это понимал и папа. Неслучайно он направил свое письмо в последний момент, а до этого воздержался от личного общения с генеральным настоятелем, которое все равно ни к чему бы не привело.

FSSPX разорвало отношения с Ватиканом в 1988 году, когда его основатель, непреклонный противник либеральных решений Второго Ватиканского собора архиепископ Марсель Лефевр, чувствуя приближение кончины, рукоположил вместе с пожилым бразильским епископом Антониу ди Каштру Майером четверых молодых епископов также без разрешения Ватикана. Он понимал, что Святой престол не санкционирует рукоположение его преемников, а без епископов FSSPX было обречено. Все четверо были немедленно отлучены Ватиканом. Теперь возникла сходная ситуация – двое оставшихся епископов рукоположили четверых преемников. Их всех тоже отлучили.

Но между этими событиями были решения Бенедикта XVI, который в 2007 году пошел навстречу FSSPX по ключевому вопросу, разрешив служить мессу на латинском языке по дособорному чину для желающих во всех епархиях. А в 2009 году снял отлучение с епископов, рукоположенных в 1988 году. Взамен Ватикан рассчитывал на то, что братство согласится признать главенство папы не формально, а реально, став обычным священническим братством в юрисдикции Ватикана.

Однако этого не произошло. Главной проблемой стало противоречие между либеральным и интегристским мышлением – двумя абсолютно разными логиками. Бенедикт XVI считался консерватором, но он был консерватором послевоенного мира, когда консерватизм в Европе сблизился с либерализмом на основе признания демократических ценностей, свобод и прав человека. Бенедикт был участником Второго Ватиканского собора и, отвергая слишком радикальные выводы из соборных решений, был сторонником курса, выработанного на нем. И исходил из возможности компромиссов, при которых FSSPX пойдет на ответные шаги, хотя бы формально признав соборные решения.

Но для интегристского мышления любые компромиссы по принципиальным вопросам невозможны. Само понятие интегризма восходит к латинскому integer - целостный, неизменный. А раз так, то стоит подвергнуть ревизии хотя бы одно положение, как рассыпется все здание. А такие решения собора как поощрение экуменизма и признание религиозной свободы неприемлемы для FSSPX не меньше, чем месса на национальных языках и по новому чину.

Так что диалог зашел в тупик еще при Бенедикте и был свернут при Франциске еще до того, как в 2021-м он существенно ограничил право служения латинской мессы. Лев продолжает курс Франциска. А FSSPX будет жить своей жизнью – тем более, что одной из реакций на глобализацию стал рост интереса молодежи к интегризму. Этот процесс можно встроить в правопопулистский тренд, распространенный в современном мире.

Сейчас в FSSPX служат 675 священников, 137 монахов и 200 монахинь, у братства 810 церквей и часовен в 72 странах, шесть духовных семинарий. Есть спонсоры, готовые оплачивать его деятельность, в том числе масштабную церемонию 1 июля. И у Ватикана в наши дни – в отличие от столь любимых интегристами средних веков - нет рычагов для прекращения деятельности непослушного братства.

Алексей Макаркин

Верховный суд США принял серию политически значимых решений. Выиграл ли Дональд Трамп, или проиграл?

Главная победа Трампа – суд согласился с правом президента увольнять должностных лиц независимых агентств, которые в результате лишаются значительной части своей независимости. Это Федеральная торговая комиссия, Федеральная комиссия по регулированию энергетики, Комиссия по ядерному регулированию и др. Пересмотрено решение Верховного суда, принятое еще в 1935 году, которое ограничивало такое право, требуя от президента серьезных оснований (злоупотребления, неэффективность и др.). Трамп уже назвал это решение «величайшим расширением президентской власти за последние 100 лет».

Но победа Трампа имеет оборотную сторону. В 1935 году консервативные судьи защищали независимость агентств от либерального президента Франклина Рузвельта. По состоянию на 2024 год руководящие сотрудники агентств были более либеральны, чем Трамп (даже немалая часть его назначенцев времен первого срока). Но расширена власть не только Трампа, но и любого следующего президента – и возможный «левый радикальный демократ» в Белом доме сможет без объяснений уволить трамповских назначенцев.

Еще один успех Трампа – суд признал, что запреты штатов на участие трансгендерных девушек (движение ЛГБТ признано в РФ экстремистским и запрещено) в женских школьных спортивных командах не нарушают Конституцию и федеральный закон о запрете дискриминации по признаку пола в образовании. Здесь действует та же логика, что в наиболее важном решении суда нынешнего состава – о праве на аборт: решения должны принимать штаты. Так что в «красных» штатах правила консервативные, а в «синих» - либеральные.

Наконец, суд встал на сторону республиканцев в споре о финансировании избирательных кампаний политическими комитетами, сняв ограничения в этой сфере. Истцом выступил Джей Ди Вэнс, еще будучи сенатором от Огайо. Республиканские комитеты собирают больше денег, чем демократические – понятно, кому выгодно это решение.

Все три решения приняты в соотношении 6 к 3: в условиях консолидации судей-республиканцев и оппозиции судей-демократов.

Теперь о поражениях Трампа, обусловленных расколом среди судей-республиканцев. Верховный суд признал неконституционными ограничения на получение гражданства по праву рождения. Такая позиция наносит сильный удар по миграционной политике президента: дети нелегальных мигрантов сохранят право на американское гражданство по «праву почвы» (то есть как родившиеся на территории США). Это решение ожидалось, интрига была лишь в соотношении сил в суде. В результате за позицию большинства, кроме демократов, проголосовали председатель суда Джон Робертс и судья Эми Кони Барретт. К ним присоединился (хотя и с другой мотивировкой) судья Бретт Кавано. Против проголосовали судьи Кларенс Томас, Сэмюэл Алито и Нил Горсач.

В остальных случаях решения приняты в соотношении 5 к 4. Суд постановил, что штаты могут учитывать бюллетени, отправленные по почте до дня выборов, но поступившие позже (Трамп – убежденный сторонник сокращения права на почтовое голосование). За голосовали Робертс и Барретт.

Также судьи запретили президенту увольнять без объяснения причин членов совета управляющих Федеральной резервной системы (он ранее уволил Лизу Кук, но решение не вступило в силу). Таким образом суд отделил ФРС от независимых агентств, сохранив в ее отношении прежние нормы. ФРС остается самостоятельной структурой, что не нравится ни Трампу, ни радикальной части консерваторов (кстати, их аргументы заимствовали российские противники независимости Центробанка). За голосовали Робертс и Кавано – последний написал, что «даже временная неопределенность в отношении статуса ФРС может спровоцировать политические потрясения <…>, а также потрясения в экономике США и мире».

И еще одна неприятная для Трампа новость. Суд отклонил ходатайство президента об отмене вердикта присяжных о выплате 5 млн долларов – он признан виновным в сексуальном насилии и клевете в отношении писательницы Э. Джин Кэрролл, которая обвинила Трампа в нападении на нее в середине 1990-х годов.

Алексей Макаркин

Парламентские выборы в Армении уже стали достоянием истории. Но властная конфигурация по их итогам еще складывается. Правящая партия, бенефициар завершившейся кампании «Гражданский договор» выдвинул Рубена Рубиняна на пост спикера парламента. Об этом сообщил журналистам премьер и лидер партии Никол Пашинян после заседания правления своего объединения. Почему так важна его кандидатура?

Прежде всего потому, что Рубен Рубинян - не просто партийный функционер, а главный армянский переговорщик (с конца 2021 года) с Турцией. Его выдвижение на пост спикера превращает турецкое направление из «спецканала» в четкий государственный приоритет. «Реальная Армения» перестает быть просто идеологемой. Формально он пока только кандидат правящей партии «Гражданский договор». Но поскольку партия Пашиняна получила парламентское большинство, это почти наверняка означает его избрание спикером новым составом парламента.

Впрочем, дело не только во внешней политике. Идет перекройка верхушки «Гражданского договора». Рубинян фактически обошел Алена Симоняна, который хотел сохранить должность. Симонян был политически токсичен из-за серии скандалов и грубых публичных инцидентов; замена на Рубиняна выглядит как попытка обновить лицо парламента после выборов. Пашинян двигает молодых лояльных ему политиков, во многом обязанных лично премьеру своим продвижением. Рубиняну 36 лет! Он один из тех, кто пришел во власть уже в реалиях государственной независимости без советского бэкграунда. В то же время и в парламенте Рубинян- не новичок. В августе 2021 года его избрали вице-спикером Национального собрания. Он уже имел опыт и ведения заседаний, и парламентских дискуссий.

Таким образом, продвижение Рубиняна важно, как двойной сигнал - вовне, что Ереван продолжит нормализацию с Турцией и т.н. «мирную повестку»; внутрь страны, что Пашинян ставит во главе парламента не старого публичного тяжеловеса Симоняна, а более молодого и управляемого переговорщика, который будет нужен для самых спорных решений нового политического цикла.

Сергей Маркедонов

Политические успехи правого популизма имеют культурную составляющую.

В сентябре на земельных выборах в Саксонии-Анхальт ожидается победа «Альтернативы для Германии» (АдГ), которая может позволить ей сформировать земельное правительство. А в его компетенции, помимо прочего, развитие культуры. А культурные войны в принципе свойственны нынешней консервативной волне. Достаточно вспомнить споры о реконструкции центра Будапешта при Викторе Орбане. И – куда более шумные и менее систематичные – архитектурно-исторические импровизации Дональда Трампа (Бальный зал Белого дома, арка в Вашингтоне, проект Национального сада американских героев).

Reuters пишет, что АдГ пообещала проводить «новую патриотическую культурную политику» и назвала в качестве одной из своих объектов для критики Баухаус. «Баухаус олицетворяет собой отрыв от корней. Баухаус олицетворяет собой дезориентацию архитектуры», — заявил Reuters представитель АдГ по вопросам культуры Ханс-Томас Тильшнайдер. По его мнению, Баухаус — это архитектура глобализации. А с глобализацией АдГ всемерно борется.

Баухаус давно стал классикой немецкой архитектуры (хотя «давно» - это меньше столетия). Это и знаменитая немецкая школа искусства, архитектуры и дизайна, закрытая нацистами в 1933 году, и одновременно стиль, который она сформировала. Баухаус оказал огромное влияние на послевоенную европейскую архитектуру, которая отказывалась от подражания классическим формам в пользу функциональности. В СССР этот процесс начался после смерти Сталина в виде борьбы с «архитектурными излишествами».

Книга основателя Баухауса Вальтера Гропиуса «Круг тотальной архитектуры» была опубликована в СССР с большим запозданием, в 1971 году, под названием «Границы архитектуры» с неизбежным подцензурным комментарием, что он не смог выйти за рамки буржуазного общества (впрочем, его современников Шарля Ле Корбюзье и Фрэнка Ллойда Райта переводили существенно раньше). Для архитекторов-«шестидесятников» и их учеников эти авторы стали образцами. Но уже тогда их оппоненты критиковали «модернизм и абстракционизм», апеллируя к классике и ее наследникам (таким как Алексей Щусев).

Но если в советском изобразительном искусстве «модернистов» зажимали, то в архитектуре уверенно побеждали сторонники функциональности, апеллировавшие к дешевизне и быстроте строительства. Но многие советские граждане (как и немалое число современных россиян) в качестве образца прекрасного продолжали воспринимать не Новый Арбат (который ехидно называли «вставной челюстью»), а «сталинки» с их излишествами в виде колонн, шпилей, скульптур и т.д. И надо сказать, что они не одиноки – избиратели АдГ в бывшей ГДР придерживаются сходных взглядов.

«Культурные войны» ведут политики, но начинают интеллектуалы – и на «Баухаус» ополчился один из немногих интеллектуалов в АдГ, специалист по классическому и современному исламу (и убежденный противник миграции) доктор Тильшнайдер. В начале своей политической карьеры, в 2017 году, он, будучи депутатом в Саксонии-Анхальт, выступил за увольнение художественного руководителем оперного театра в Галле Флориана Лутца и в защиту «изысканных, гордых и интеллектуальных интерпретаций произведений» вместо «пустых экспериментов». Лутц получал высокие оценки критиков за свои «эксперименты», театру присуждались премии. Но восточногерманские зрители, привыкшие к классическим постановкам, оказались на стороне Тильшнайдера – посещаемость театра резко снизилась и Лутца, хотя и через несколько лет, но уволили. Он уехал на запад Германии и работает в гессенском Касселе.

В качестве альтернативы Лутцу Тильшнайдер предлагал традиционалиста Аттилу Виднянски, которого в 2013 году Орбан пригласил в Национальный театр в Будапешт. Еще сто лет назад с традиционализмом в искусстве связывался политический консерватизм и национализм, тогда как среди экспериментаторов преобладали левые, доминировавшие и в Баухаусе. Теперь культурные войны вновь сопутствуют политическому противостоянию. И в глобальном мире (столь нелюбимом правыми популистами) такие процессы неизбежно быстро глобализируются.

Алексей Макаркин

Министр иностранных дел Израиля Гидеон Моше Саар (занимает этот пост с ноября 2024 года) внес на заседание правительства проект решения об официальном признании геноцида армян в Османской империи. Его инициатива подается как «моральный и исторический долг» Еврейского государства. В последнее воскресенье июня израильский кабмин поддержал представленный драфт резолюции!

Вопрос об официальном признании геноцида армян в начале ХХ века обсуждается в Израиле уже не один год. Но в последнее время дискуссия заметно актуализировалась. В сентябре прошлого года премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху во время интервью с известным американским бизнесменом и подкастером Патриком Бет-Дэвидом на вопрос интервьюера о том, почему ранее ни один глава кабмина Еврейского государства не признавал массовую гибель армян, греков и ассирийцев в Османской империи геноцидом, он решительно ответил: «Да, я только что это сделал. Точка!»

Но одно дело интервью и пиаровская работа, и совсем другое - формализация признания. Долгие годы Еврейское государство не шло на признание геноцида армян, хотя в израильском академическом обществе и среди депутатов, влиятельных медиаперсон, религиозных авторитетов были мнения в поддержку осуждения политики Османской империи. Например, в 2000 году Йоси Сарид (журналист, депутат многих созывов Кнессета, а на тот момент министр образования) публично назвал события 1915 года в Османской империи геноцидом. В 2015 году Израиль впервые отправил парламентскую делегацию в Ереван, но с инструкцией говорить о «национальной трагедии», а не о «геноциде».

Но количество не переходило в качество по двум, как минимум, причинам. Во-первых, Израиль считался стратегическим союзником Турции, а после 1991 года и Азербайджана. Во-вторых, Еврейское государство рассматривает Холокост как уникальную историческую катастрофу. Как следствие, крайне осторожное отношение к трактовкам других геноцидальных практик.

Однако сегодня турецко-израильские отношения свалились в крутое пике. После 7 октября 2023 года Анкара стала одним из самых жестких и последовательных критиков Израиля по Газе: Эрдоган называл действия Еврейского государства против палестинцев «геноцидом», Турция прекратила торговлю с Израилем и подала запрос на участие в деле ЮАР против Израиля в Международном суде ООН. Турецкий барьер ослаб, но азербайджанский остается. Но для Баку тема геноцида армян вторична по сравнению с Карабахом, а этот вопрос официальный Азербайджан считает закрытым.

Впрочем, дело не только в Турции. Израиль отправляет сигнал своему стратегическому союзнику (и в каком-то смысле патрону Вашингтону). Более, чем прозрачный намек по поводу нежелательности углубления военно-технического сотрудничества Штатов и Турецкой республики.

В то же время, какими бы сильными ни были резоны Realpolitik, моральную аргументацию нельзя отрицать. В Израиле многие авторитетные персоны много лет повторяли: государство, созданное после Холокоста, не должно уклоняться от признания другого геноцида.

Сергей Маркедонов

В США объявлена забастовка. Объявил ее президент Дональд Трамп.

В среду Трамп отменил церемонию подписания двухпартийного законопроекта о жилищном строительстве («Дорога к жилью XXI века» - 21st Century ROAD to Housing Act), заявив, что не подпишет его до тех пор, пока Сенат не примет закон о защите права голоса американских избирателей (SAVE America Act – «Спасите Америку», как его называет президент). Законопроект был принят подавляющим большинством голосов: в Палате представителей — 358 против 32, в Сенате — 85 против 5. Этот популярный документ, стимулирующий строительство муниципального дешевого жилья, внесли сенаторы, демократка Элизабет Уоррен (от штата Массачусетс) и республиканец Тим Скотт (от Южной Каролины).

Для Трампа понятие двухпартийности в законотворческом процессе носит негативный характер - по мнению трампистов, это объединение «радикальных левых» демократов и «республиканцев только по имени» (Republican In Name Only, RINO). Но важная часть электората Трампа (как и немалого числа сенаторов-республиканцев) – это «синие воротники», заинтересованные в дешевом жилье. Так что Трамп не возражал против этого законопроекта.

Отказ подписать законопроект – это еще не вето. Если Трамп официально не наложит на законопроект вето в течение 10 дней, то он автоматически вступает в силу без президентской подписи. Сенаторы-республиканцы рассчитывают на такой исход (преодолевать вето – идти на конфликт с президентом – они явно не хотят), но все равно шокированы. Они ожидали эффектной церемонии, демонстрирующей, что президент, представляющий их партию, заботится о народных интересах. Такая церемония была бы полезна перед промежуточными выборами в ноябре. А теперь пиаровский эффект будет смазан.

История с отказом подписать популярный законопроект – не единственный пример президентской забастовки. За неделю до этого он приказал своему кандидату на пост директора Национальной разведки Джею Клейтону не являться на слушания в Сенате по утверждению его кандидатуры. Клейтон должен сменить и.о. шефа разведки Билла Пулте, который совмещает эту должность с постом главы Федерального агентства по финансированию жилищного строительства. Как демократы, так и многие республиканцы считают Пулте некомпетентным для этой должности.

Выдвижение кандидатуры Клейтона – федерального прокурора по Южному округу Нью-Йорка – понравилось сенаторам-республиканцам, и ее прохождение было гарантированным. Но в последнюю минуту Трамп приостановил процесс, потребовав гарантированного утверждения преемника Клейтона, Джеймса Макдональда (своего бывшего адвоката). У сенаторов от соответствующего штата есть право блокировки кандидатуры, и демократы могут им воспользоваться.

Но, похоже, что и здесь свою роль сыграло недовольство Трампа тем, что SAVE America Act завяз в Конгрессе. А также Трамп хочет дать время Пулте провести очередную «чистку» в Нацразведке. Талси Габбард уволила 500 человек - или около 30% сотрудников, что с точки зрения Трампа, недостаточно. Пулте уже продолжил увольнения – так что когда (и если) Клейтона утвердят, ему может быть нечем руководить.

Трампу политически важно принять SAVE America Act как можно скорее, до ноябрьских выборов – этот законопроект требует от граждан предъявлять документальное подтверждение гражданства при регистрации для голосования и удостоверение личности с фотографией при голосовании. Часть демократического электората с его помощью может быть «отсечена» от участия в выборах. Но законопроект не пользуется единодушной поддержкой внутри республиканской фракции Сената и ему явно не хватает 60 голосов сенаторов, необходимых для преодоления обструкции со стороны демократов.

Сейчас у спикера Палаты представителей Майка Джонсона есть идея включить положения SAVE America Act в новый бюджетный законопроект, для которого в Сенате не действует правило 60 голосов. Но не факт, что все республиканцы поддержат такую «обходную» процедуру, понимая, что она в будущем, когда большинство перейдет к демократам, может быть использована против них. А без консолидации партии она невозможна.

Алексей Макаркин

Возможное вхождение Южной Осетии в состав России- тема не новая. Но в июне 2026 года вопрос об объединении Южной Осетии и РФ (а в Грузии говорят о поглощении «бывшей Юго-Осетинской автономной области») снова встал в актуальную информационную повестку. Триггером для этих дискуссий стали кадровые перемены на политическом Олимпе частично признанной республики.

Алан Гаглоев, президент Южной Осетии, победивший на выборах 2022 года, заявил о досрочном сложении своих полномочий и переходе на работу в администрацию президента России. Временно исполнять его обязанности будет недавно утвержденный в республиканском парламенте премьер Мурат Камболов. Мы уже писали ранее о том, что свою карьеру он выстраивал не в Южной Осетии, а в России. И многими воспринимается, как «варяг». Тактика, к слову сказать, не новая. В Цхинвале и прежде работали выходцы не из местного политикума, этнические осетины, выросшие за пределами своей исторической родины или даже русские, воспринимавшиеся, как приглашенные «технократы».

Но с Камболовым другая история. Скорее всего, он пойдет на досрочные президентские выборы. И на сегодня его шансы на избрание выглядят предпочтительнее. Здесь стоит обратить внимание на то, что недавно подписанный Договор об углублении союзнического взаимодействия между Россией и Южной Осетией снимает десятилетний ценз оседлости для работы на государственной и муниципальной службе для граждан обеих стран. Впрочем, это далеко не первый шаг на пути к глубокой интеграции. Взять хотя бы Соглашение о порядке вхождения отдельных подразделений югоосетинских вооруженных сил в состав российской армии от 31 марта 2017 года. Вообще по сравнению с Абхазией Южная Осетия намного глубже завязана на российскую управленческую и оборонную систему. Цхинвал в гораздо большей степени готов к углублению интеграционных связей с Москвой вплоть до вхождения в состав Российской Федерации. И это мы еще не разбирали два «статусных референдума» 1992 и 2006 гг. Между тем, готовились и другие. И объединение казалось близким, буквально на расстоянии вытянутой руки.

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков на XII Международном научно-экспертном форуме «Примаковские чтения», отвечая на вопрос о перспективах объединения Южной Осетии и России, заявил, что кадровые перемены в Цхинвале с этим процессом не связаны. И действительно, на этом пути имеются ограничения. И связаны они не с желаниями югоосетинского общества. Вряд ли Москве интересно накалять отношения с Грузией. Между тем, гипнотические объединение могло бы усилить позиции противников «Грузинской мечты». Да, нынешние грузинские власти не пророссийские. Но они, по крайней мере, занимают взвешенную и прагматичную позицию, чего не скажешь о «коллективном Саакашвили».

Таким образом, выбор на самом деле не двухцветный – полное объединение или отказ от поддержки Москвой Цхинвала. Интеграционные РФ и Южной Осетии связи можно углублять, а качество управления частично признанной республикой, как и контроля над «освоением» финансовым средств – повышать. Не принимая некое «финальное» статусное решение.

Сергей Маркедонов

Сэр Кир Стармер стал пятым подряд премьер-министром Великобритании, который не смог пробыть на своем посту даже одного полного срока.

До него были четыре консервативных недолговременных премьера - Тереза Мэй, Борис Джонсон, Лиз Трасс и Риши Сунак. Теперь и лейбористское правительство продемонстрировало свою неустойчивость – причем об отставке Стармера заговорили еще в прошлом году, но «добило» премьера поражение на местных выборах в нынешнем. Впереди кабинет только что избранного депутатом бывшего мэра Большого Манчестера Энди Бернема – но и ему успех совершенно не гарантирован.

Бернем только что разгромил в округе кандидата от партии Reform UK, что придало лейбористам оптимизм. Но одно дело электоральная победа (причем локальная), а совсем другое – премьерство. У Джонсона был еще более масштабный успех, когда он привел консерваторов к победе на выборах 2019 года, когда на их сторону перешли «синие воротнички» с промышленного севера. А затем наступило сильное разочарование.

В чем дело? Только ли в личностях сменяющих друг друга глав правительств? На самом деле, проблема существенно глубже и носит системный характер.

В послевоенной Британии было два мощных ответа на политико-экономические вызовы. Первый – строительство социального государства первым послевоенным правительством Клемента Эттли. Общественный запрос на создание такого государства был столь велик, что британцы провалили на выборах 1945 года Уинстона Черчилля, который был уверен в своем успехе, назначив голосование сразу после капитуляции нацистской Германии. Но избиратели не верили, что консерваторы способны на масштабные социальные реформы – и отказали на тот момент в доверии премьеру – военному лидеру.

При Эттли прошла национализация угольной, металлургической, газовой отраслей, энергетики, железных дорог, а также Банка Англии. Создана Национальная служба здравоохранения (помните популярный в СССР роман Арчибальда Кронина «Цитадель» - о печальном состоянии медицины в британской провинции – он сыграл немалую роль в агитации за создание доступной для широких слоев населения системы здравоохранения). Введено бесплатное среднее образование. Принят масштабный пенсионный закон. Реализован проект массового жилищного строительства.

Когда в 1951 году к власти вернулись тори, они уже не могли демонтировать социальное государство. Более того, в Консервативной партии вскоре возобладал социальный либерализм – так что она адаптировалась к новым реалиям. Кризис 1970-х годов привел к необходимости перемен - и Маргарет Тэтчер предложила альтернативный курс. Частичная приватизация, снижение налогов, всемерное поощрение частной инициативы, создание широких возможностей для рабочих зарабатывать и пополнять ряды среднего класса. Тэтчеризм дал сильный импульс «застоявшейся» британской экономике, но в то же время усилил расслоение в обществе, которое смягчал уже социал-либеральный курс лейбориста Тони Блэра.

И вот сейчас новые вызовы. Последствия финансово-экономического кризиса 2008 года, которые ударили по среднему классу. Экономический застой – Лиз Трасс для борьбы с ним пыталась ввести новую версию тэтчеризма, но провалилась в считанные дни. Проблема миграции и связанные с ней темы безопасности и идентичности. «Брэксит» стал эмоциональной реакцией на эти вызовы, но, в конечном счете, паллиативом, который не смог решить ни одной проблемы, а некоторые и усугубил.

Удастся ли найти эффективный ответ на эти вызовы Бернему с его «манчестерским» опытом – попыткой совместить запрос на справедливость (он в современной Британии не только левый, но и свойственен немалой части сторонников Reform UK) с рыночной экономикой. На уровне мегаполиса он добился некоторых успехов, но управление городом (даже крупным) и страной – это две большие разницы. Но пока ответ не будет найден, чехарда премьеров может продолжаться. А после следующих выборов Британию, как один из вариантов, может ждать неустойчивая правительственная коалиция в условиях эрозии двухпартийной системы. А таким коалициям проводить любые реформы куда сложнее.

Алексей Макаркин

Президент Туркменистана Сердар Бердымухамедов 22 июня посетил Азербайджан с государственным визитом. Поездка была чрезвычайно насыщенной. Встречи, переговоры в узком и в широком составе. Состоялась официальная церемония передачи Туркменистану нефтяного танкера «Достлуг», построенного азербайджанскими специалистами на Бакинском судостроительном заводе.

Впрочем, не следует сводить важный госвизит к подаркам и церемониям. В западных медиа и оппозиционных социальных сетях отношения Баку и Ашхабада подаются, как некие связи «родственных режимов». Но такая оценка выглядит заведомым упрощенчеством. После распада СССР Азербайджан и Туркменистан прошли через непростую историю двусторонних отношений. Она включала и споры вокруг месторождений (Кяпаз/Сердар, Азери-Чираг-Гюнешли), и «заморозки» дипломатических контактов.

Перелом начался постепенно: в 2017 году стороны подписали декларацию о стратегическом партнерстве, а в 2021 году договорились о совместной разработке спорного месторождения, переименованного в «Достлуг» / «Дружба». Это фактически превратило главный символ конфликта в символ компромисса.

Сегодня Баку и Ашхабад пытаются закрепить связку Туркменистан - Азербайджан как каспийский мост между Центральной Азией, Южным Кавказом, Турцией и Европой. В заявлениях лидеров двух стран энергетика названа среди приоритетов, Значение визита и «в политической экономии»: Туркменистан ищет диверсификацию газового экспорта, а маршрут через Каспий, Азербайджан и Турцию остается одним из потенциальных вариантов.

Ильхам Алиев назвал «историческим» шагом поддержку Туркменистана в вопросе полноправного участия Азербайджана в консультативном формате глав государств Центральной Азии. Туркменистан в 2026 году принимает председательство в этом формате. Поэтому визит важен не только для Баку и Ашхабада, но и для новой региональной архитектуры, где Южный Кавказ все теснее связывается с Центральной Азией. Тем более и официальный Тбилиси наращивает контакты со «среднеазиатской пятеркой».

Сергей Маркедонов