О внешнеполитическом развороте Армении на Запад пишут много и охотно. Кризис в отношениях между Москвой и Ереваном- ключевая тема в дискуссиях о ситуации на Южном Кавказе и о перспективах безопасности в этом регионе.

Недавние события дают дополнительные импульсы для гипотезы о «вестернизации» Армении. 2 июля Ереван посетила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. В отличие от азербайджанской части ее турне в Армении она делала ставку не столько на геополитику, инфраструктуру и безопасность, сколько на «ценностный выбор армянского народа». Очень неоднозначные итоги недавних парламентских выборов трактовались Госпожой Председателем четко и недвусмысленно. Они подавались, как едва ли не экзистенциальное голосование за «европейский путь». Хотя заметим при этом, что само армянское руководство не спешит к «окончательному разводу» с ЕАЭС и с ОДКБ.

На первый взгляд, нет основы для сложных трактовок. Однако более глубокий анализ показывает: все не так просто! Буквально на следующий день после визита Урсулы фон дер Ляйен делегация Армении во главе с премьер-министром Николом Пашиняном отправилась в Тегеран. Исламская республика прощалась с рахбаром Али Хаменеи. Армянские политики самого высокого ранга выразили соболезнования иранскому президенту Масуду Пезешкиану, первому вице-президенту Мохаммаду Резе Арефу и семье Хаменеи.

Для сравнения Грузию в Тегеране представлял президент Михаил Кавелашвили (формально глава государства, но де-факто отнюдь не ключевой игрок в грузинской политике), а азербайджанскую делегацию возглавлял спикер Милли Меджлиса (национального парламента) Сахиба Гафарова. Очевидно, что армянская сторона была представлена на более высоком уровне, чем другие соседи.

Таким образом, Пашинян попытался подтвердить особую роль Ирана в армянской внешней политике. Разве можно представить себе Владимира Зеленского или Майю Санду в Тегеране на прощании с погибшим рахбаром? Даже в фантастических сюжетах это проблематично! На встрече с Масудом Пезешкианом Пашинян заявил, что Армения не будет участвовать в инициативах, противоречащих безопасности или национальным интересам Ирана. Армянская сторона также подчеркнула, что отношения находятся на самом высоком уровне с момента независимости Армении. Это важно на фоне того, что Ереван одновременно сближается с Западом (стратегическим противником Тегерана) и пытается продвигать мирную повестку с Азербайджаном и «нормализацию» с Турцией, не самыми простыми партнерами Исламской республики.

Таким образом, общий посыл таков: Ереван пытается осуществлять балансирование между разными центрами силы. Армения демонстрирует, что ее западный разворот не означает разрыва с Ираном. Это особенно чувствительно, потому что Тегеран опасается усиления внешнего, прежде всего американо-израильского и турецко-азербайджанского влияния на Южном Кавказе через транспортные коридоры и политическое влияние.

Сергей Маркедонов