Правительство Грузии радикально меняет подходы к взаимодействию властей и неправительственных структур. Глава грузинского кабмина Ираклий Кобахидзе заявил, что Государственное агентство по управлению грантами уже находится в режиме сворачивания деятельности. И будет закрыто до конца 2026 года. Одновременно он заявил, что считает НПО «искусственным феноменом», созданным для иностранного политического вмешательства, и поэтому государству, по его логике, нет смысла создавать и финансировать такие организации.
 
Между тем, это заявление премьера Грузии имеет намного большее значение, чем просто ликвидация отдельно взятого госучреждения. По сути, речь идет о следующем этапе изменения модели отношений грузинского государства с неправительственным сектором.
 
Это особенно важно из-за истории самого агентства. Оно было создано правительством лишь 15 апреля 2025 года, после введения ограничений на иностранное финансирование НПО. Тогда государственное финансирование преподносилось как альтернатива зарубежным грантам: если иностранные деньги ограничиваются, общественные организации смогут получать средства из бюджета Грузии. Таким образом, внешнее влияние минимизировалось. Но теперь и государственный источник поддержки «третьего сектора» тоже ликвидируется. Именно поэтому закрытие агентства можно интерпретировать не просто как административную оптимизацию, а как изменение самой государственной концепции НПО. Первоначальная модель «иностранные деньги ограничиваем, но общественно полезные организации финансируем сами» уступает модели, при которой правительство ставит под сомнение необходимость самого НПО-сектора.
 
Прямое последствие такого решения - сужение доступных источников финансирования для организаций, которые не имеют коммерческих доходов. Эффект самого агентства, судя по имеющимся данным, был сравнительно небольшим. Бывшая председатель Грузинской Ассоциации молодых юристов Нона Курдованидзе приводит данные, согласно которым в рамках конкурса 2025 года агентство профинансировало 17 проектов примерно на 1,66 млн лари (638 546 долларов США). Она характеризует создание агентства как преимущественно демонстрационный шаг. Поэтому прямой финансовый удар от исчезновения именно этого агентства может оказаться ограниченным. Гораздо важнее сигнал для всей системы: государство больше не предлагает государственное грантовое финансирование как общую замену иностранной поддержке.
 
Для крупных НПО это может означать поиск иных законных схем финансирования, сокращение программ или перенос части деятельности. Для небольших региональных организаций последствия потенциально чувствительнее, поскольку у них обычно меньше альтернативных источников средств.
 
Сергей Маркедонов