В Южной Осетии 17 сентября начался «день тишины» перед досрочными выборами президента республики. Голосование пройдет в последний день нынешней трудовой недели, синхронно с началом волеизъявления в России по выборам депутатов Государственной думы.
 
Между тем, некоторые предварительные выводы, имеющие принципиальную важность, уже можно подвести. Нынешнюю кампанию многие комментаторы называют необычной и даже уникальной. Попробуем найти аргументы для доказательства данного тезиса. Во-первых, ранее никогда выборы главы республики не были досрочными. Как бы ни боролись друг с другом претенденты на президентское кресло, ранее все «шло по плану». Кампания-2026 проходит после того, как избранный в 2022 голу Алан Гаглоев сложил с себя полномочия и перешел на работу в Администрацию президента РФ.
 
Во-вторых, нынешние выборы имеют все черты т.н. «референдумного голосования». В гонке участвуют четыре претендента: Марат Камболов, Зураб Кокоев, Мурат Валиев и Казбек Кордоев. Единственным кандидатом, который получил отказ от ЦИК, стал Хох Чочиев. При этом лейтмотивом всех медиа-материалов, посвященных выборам в Южной Осетии, является тезис о Марате Камболове, как заведомом фаворите. И для этого есть веские основания.
 
Отсюда следует, в-третьих. Камболов– политик и управленец, который двигался вверх по карьерной лестнице не в Южной Осетии, а в большой России. С российскими траекториями связаны все его главные успехи и достижения. И сегодня многими его фигура воспринимается как кадровое усилие югоосетинской политической элиты. «Десанты» в республику встречались и ранее. Но одно дело премьеры и министры. Другое– первое лицо. С приходом Камболова многие связывают и укрепление интеграционных связей маленькой республики и большой России, и повышение качества принимаемых решений, и наведение «порядка» в области финансов и в правоохранительной сфере.
 
В западном нарративе весьма популярно представление, что Камболов является едва ли не символом объединения Южной Осетии с РФ. Но сегодня такой сценарий не выглядит как «руководство к действию». На наших глазах внешне-и-внутриполитическая ситуация в Грузии меняется. Рассчитывать на быстрый переход Тбилиси в «евразийский лагерь» не представляется возможным. Однако тренд на прагматизацию отношений с Москвой очевиден. В этом смысле любые инициативы по изменению статуса Южной Осетии могут осложнить возможный российско-грузинский диалог. Москва всячески дает понять, что не собирается вести разговор с Тбилиси через голову югоосетинских и абхазских союзников. Но общая прагматизация особенно на фоне негативных трендов в отношениях между РФ и Арменией не была бы лишней!
 
Сам же Марат Камболов за все то время, что он провел в подготовке к кампании, всячески пытался донести до избирателя простые мысли: его появление в республике не случайно, у него есть свое видение перспектив и опыт для того, чтобы достичь позитивных результатов.
 
Сергей Маркедонов