​​Гости ArmWine не раз спрашивали нас, что означает слово [кенац] (կենաց), с которым виноделы поднимают чаши во время открытия каждой из выставок. Давайте же поговорим сегодня о происхождении армянских тостов.

В древнем армянском [кенац] означало саму «жизнь». Позже это слово обрело значение тоста — а именно, пожелания благополучия и долгой жизни перед опустошением винной чаши. Интересно, что от него оказался образован целый ряд понятий, связанных с культурой застолья: [кенацачар] (կենացաճառ) — тостовая речь; [кенацанваг] (կենացանվագ) — музыка после тоста; [кенацапар] (կենացապար] — танец после тоста.

По народной легенде, первый тост произнес наш с вами старинный знакомец Ной. Впервые получив сок из посаженного им винограда, он не позволил собственным сыновьям попробовать получившийся напиток, пока сам не убедился в его безопасности. Когда Ной сделал первый глоток, его дети воскликнули: «[Ануж лини] (անուժ լինի)!» — «Да будет безвредно (буквально: бессильно)!». Вскоре [ануж] превратилось в [ануш] (անուշ), то есть «сладко» — теперь классический тост звучит как «Да будет сладко!». Позднее возник и традиционный застольный диалог, в котором предлагающий тост произносит: «[Кентанутюн] (կենդանություն)!» — «Жизнь!», а остальные отвечают: «[Ануш анмаутюн] (անուշ անմահություն)!» — «Сладкое бессмертие!».

Кстати, одним из самых древних тостов считаются слова из эпоса «Сасунские храбрецы» (Սասնա Ծռեր), которому был посвящен III ArmWine: это произносимая перед боем фраза «[Хацн у гинин, Тер кентанин] (Հացն ու գինին, Տեր կենդանին)!» — «Хлеб, вино и сущий Господь!».

В любом обществе с развитой винной культурой функция тоста выходит за рамки застольного пожелания — но в Армении [кенац] играет бессчетное число ролей. Сопровождая человека от рождения до смерти, он становится то воззванием, то клятвой; то актом примирения, то обещанием возмездия; то символом любви, то знаком объявления битвы; то началом истории, то ее финалом. Словом — проявлением самой жизни.

#слово_и_дело@ArmWinePro