Часть 2/3
Несмотря на такую возможность, Генеральная прокуратура решила не использовать предложенный путь и обратилась с жалобой в Верховный Суд.
Определением от 28 марта 2025 года судья Попов В. В. отказал в передаче представления ГП в коллегию. В мае и июне 2025 года Генпрокуратура обжаловала это отказное определение, однако безрезультатно. И вот спустя 7 (!!!) месяцев, а именно 23 сентября 2025 года (дисклеймер: все совпадения случайны!) они обращаются с третьей жалобой, и (о, чудо!) материалы этого дела через четыре рабочих дня были истребованы, а 1 ноября определением зампреда ВС Иваненко дело передано на рассмотрение коллегии.
Какие же доводы мы там обнаруживаем?
1. «…допущены фундаментальные нарушения, приведшие к необоснованному отказу прокурору в судебной защите публичных интересов, фактическому узакониванию противоправного вывода лесного фонда из федеральной собственности на территории Самарской области, формированию негативной судебной практики, поощряющей обход требований закона».
Чтобы какие-то нарушения носили фундаментальный характер, они должны существовать в принципе, а таковые прокурорами не приводятся. Вместо этого излагаются лозунги и «жупелы»: «публичные интересы», «узаконивание противоправного вывода лесного фонда», «поощрение обхода закона». Звучит грозно, но содержательного наполнения не имеет. Сколько раз и в какой тональности и модальности их ни произноси, по существу они ничего не добавляют.
2. «Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал требование о взвешенном и дифференцированном подходе к вопросу применения процессуальных сроков, указывая на необходимость учета правовой природы конкретных правоотношений и достижения баланса, охраняемых Конституцией Российской Федерации частных и публичных интересов. Произвольное же применение сроков несовместимо с требованиями Конституции Российской Федерации (постановления от 20 мая 1997 г. № 8-П, от 16 июля 2008 г. № 9-П, от 25 апреля 2011 г. № 6-П, от 4 июля 2022 г. №27-П и др.)».
КС действительно много говорил и требовал от судов недопустимости произвольного применения сроков и, прежде всего, их произвольного восстановления. Как метко и точно подметил всемирно знаменитый правовед У. Бентам: «после вступления судебного акта в законную силу одна из сторон должна лишаться всякой надежды, а противоположная – всяких опасений». Это одна из форм выражения базового принципа процесса res judicata. Таким образом, и КС, и ВС (а ранее ВАС) постоянно и последовательно требовали от судов не допускать необоснованного восстановления срока и предоставления любым лицам т. н. «второго шанса». Судьи окружного суда убедительно доказали, что прокуратура (как орган, а не конкретный её представитель, который в 2008 году мог ещё в школу ходить) знала об обжалуемых судебных актах ещё в 2009 году; более того, ссылалась на них в других судебных разбирательствах, не говоря уже о том, что сведения хранились в публичных системах: как «КАД арбитр», так и ЕГРПН.
#пропущенныйсрок #процессуальноеправо #судебнаяпрактика