𝑴𝑬: @morrasnws_bot
𝑴𝒀 𝑳𝑶𝑽𝑬: @n0ttN0w
𝑰𝑵𝑭𝑶/𝑨𝑹𝑪𝑯𝑰𝑽𝑬: @infopnss
𝑫𝑬𝑩𝑼𝑻: 𝟏𝟗.𝟎𝟖.𝟐𝟎𝟐𝟔.
𝑭𝑰𝑵: never
#lámia (лáмия)
love davina
Post #307
52
я вслед за Арлекином любимым
Channel Public Channel
𝑾 𝑾𝑯𝑨𝑻’𝑺 𝑾𝑹𝑶𝑵𝑮, 𝑺𝑷𝑰𝑵𝑵𝑬𝑻?| ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕН
@wwmor1
- Subscribers
- 54
- Photos
- 9
- Videos
- 0
- Links
- 4
Recent Posts 16 shown
Channel name was changed to «𝑾𝑯𝑨𝑻’𝑺 𝑾𝑹𝑶𝑵𝑮, 𝑺𝑷𝑰𝑵𝑵𝑬𝑻?| ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕН»
Post #286
161
𝑯𝑬’𝑺 𝑴𝒀 𝑴𝑨𝑵𝑳𝒖𝒗𝒄𝒂𝒕
#𝑴𝑼𝑺𝑰𝑪
Post #284
148
Запах, который ударил ему в нос, был таким концентрированным и гнилым, что он согнулся пополам, зажав рот ладонью. Вонь разложения, сладкая, тошнотворная, смешанная с запахом освежителей, засохших цветов, тухлой воды, плесени, горелой еды. Кровь и странные травы, тоже горелые. Словно самые мерзкие запахи мира смешались здесь, в этом ебаном, как ему казалось, самом адском уголке на земле. Его вырвало около пяти раз, прежде чем он двинулся на кухню, перебарывая один за другим рвотные позывы, и замер на пороге.
Картина, которая предстала перед ним, врезалась в его память огненным тавром. В центре кухни стоял стол, на нём куча сгнившей еды, полчища самых разных насекомых, абсолютный хаос, а посреди стола засохший и почерневший букет роз, абсурдный и настолько не вязавшийся с хаосом вокруг. Любому, кто знает Алисию становится ясно: это игривое напоминание мужу, чтобы обновил букет. Настолько много мерзостей было вокруг, что не сразу Артур замети стул, на котором сидел Теодор Нотт. Но когда заметил — заблевал пол в шестой раз. Его тело было в разной стадии разложения: кожа на лице обвисла, губы почернели и растрескались, из-под рубашки вылезали сине-зелёные пятна гнили. Он был одет в чистую белую рубашку с галстуком и тёмные брюки — явно переодет недавно, — но на воротнике уже виднелись следы сукровицы, а на руках запеклась грязь. А рядом — сама Алисия Спиннет, идеально здоровая, с сияющими карими глазами и миловидной улыбкой, держала ложку и подносила её к раскрытому рту мертвеца.
«Здравствуйте! Решили зайти за Тео? Он ещё болен. Не могли бы вы зайти позже? Пока нужно уговорить его поесть.. Представляете, милый просто не хочет есть!» — сказала она, не поворачиваясь к Флетчеру, и голос её звучал ровно и успокаивающе, она в хорошем настроении. — «Я так стараюсь, но он капризничает, всегда был избирателен..». Она провела ложкой по его губам, размазывая зелёную слизь, и Флетчер не выдержал — его вырвало снова прямо на пороге. Он выхватил палочку, нацелился на Алисию, но она не обратила на него внимания. Она гладила руку трупа, щебетала, как птичка, и поправляла прядь волос на его лбу, приговаривая: «Ты устал, любимый, но я здесь, я всегда здесь, я никуда не уйду. Помнишь, ты обещал, что больше никогда не будешь смотреть на других? И ты сдержал слово, видишь, какой ты молодец, ты теперь чистый, как белый лист…»
Флетчер убежал с криками и паникой. Со слезами от этой вони. Он вызвал подкрепление. Авроры прибыли через пять минут, но им потребовалось ещё десять, чтобы оторвать Алисию от мужа. Она билась, кричала, царапалась, вопила, что они забирают её любовь, что они разлучают её с её мальчиком, что она не даст им испортить его чистоту. Её насильно скрутили, наложили смирительные чары и увезли в клинику Святого Мунго, прямиком в психиатрическое отделение — в палату с мягкими стенами и заклинаниями, блокирующими магию.
Теодора Нотта похоронили. Кремировали, чтобы Алисия потом не откопала его труп. А она сама привязана к койке, с прямой спиной, в больничной смирительной рубашке, без своей любимой домашней одежды, с растрёпанной чёлкой и вечно мокрыми, воспалёнными глазами. Она смотрит в белую стену и плачет. Плачет, как плачут дети, потерявшие любимую вещь.
Её губы трясутся, и она шепчет: «За что? За что вы забрали его у меня? Он был таким красивым, таким нежным, я только начала его отмывать, он был чистым, я почти закончила. А теперь я не могу его покормить, я не могу его обнять, он там один, без меня, разве вы не понимаете, что без меня он пропадёт?». Стабильно раз в день истерики. Она срывается на крик, бьёт кулаками по матрасу, раздирает себе руки до крови. Целители вводят ей успокоительное, и она затихает, обмякая, но глаза её всё ещё мокрые, такие раздирающие душу любому, кто заглянет, полные бесконечной, всепоглощающей любви и ревности, которой больше некуда выплеснуться. Ей не смотрят в глаза, потому что у любого от вида такой отчаянной и разбитой девочки навернутся слёзы.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
𝑴𝒀 𝑷𝑹𝑬𝑻𝑻𝒀 𝑩𝑶𝒀 — @n0ttN0w
Картина, которая предстала перед ним, врезалась в его память огненным тавром. В центре кухни стоял стол, на нём куча сгнившей еды, полчища самых разных насекомых, абсолютный хаос, а посреди стола засохший и почерневший букет роз, абсурдный и настолько не вязавшийся с хаосом вокруг. Любому, кто знает Алисию становится ясно: это игривое напоминание мужу, чтобы обновил букет. Настолько много мерзостей было вокруг, что не сразу Артур замети стул, на котором сидел Теодор Нотт. Но когда заметил — заблевал пол в шестой раз. Его тело было в разной стадии разложения: кожа на лице обвисла, губы почернели и растрескались, из-под рубашки вылезали сине-зелёные пятна гнили. Он был одет в чистую белую рубашку с галстуком и тёмные брюки — явно переодет недавно, — но на воротнике уже виднелись следы сукровицы, а на руках запеклась грязь. А рядом — сама Алисия Спиннет, идеально здоровая, с сияющими карими глазами и миловидной улыбкой, держала ложку и подносила её к раскрытому рту мертвеца.
«Здравствуйте! Решили зайти за Тео? Он ещё болен. Не могли бы вы зайти позже? Пока нужно уговорить его поесть.. Представляете, милый просто не хочет есть!» — сказала она, не поворачиваясь к Флетчеру, и голос её звучал ровно и успокаивающе, она в хорошем настроении. — «Я так стараюсь, но он капризничает, всегда был избирателен..». Она провела ложкой по его губам, размазывая зелёную слизь, и Флетчер не выдержал — его вырвало снова прямо на пороге. Он выхватил палочку, нацелился на Алисию, но она не обратила на него внимания. Она гладила руку трупа, щебетала, как птичка, и поправляла прядь волос на его лбу, приговаривая: «Ты устал, любимый, но я здесь, я всегда здесь, я никуда не уйду. Помнишь, ты обещал, что больше никогда не будешь смотреть на других? И ты сдержал слово, видишь, какой ты молодец, ты теперь чистый, как белый лист…»
Флетчер убежал с криками и паникой. Со слезами от этой вони. Он вызвал подкрепление. Авроры прибыли через пять минут, но им потребовалось ещё десять, чтобы оторвать Алисию от мужа. Она билась, кричала, царапалась, вопила, что они забирают её любовь, что они разлучают её с её мальчиком, что она не даст им испортить его чистоту. Её насильно скрутили, наложили смирительные чары и увезли в клинику Святого Мунго, прямиком в психиатрическое отделение — в палату с мягкими стенами и заклинаниями, блокирующими магию.
Теодора Нотта похоронили. Кремировали, чтобы Алисия потом не откопала его труп. А она сама привязана к койке, с прямой спиной, в больничной смирительной рубашке, без своей любимой домашней одежды, с растрёпанной чёлкой и вечно мокрыми, воспалёнными глазами. Она смотрит в белую стену и плачет. Плачет, как плачут дети, потерявшие любимую вещь.
Её губы трясутся, и она шепчет: «За что? За что вы забрали его у меня? Он был таким красивым, таким нежным, я только начала его отмывать, он был чистым, я почти закончила. А теперь я не могу его покормить, я не могу его обнять, он там один, без меня, разве вы не понимаете, что без меня он пропадёт?». Стабильно раз в день истерики. Она срывается на крик, бьёт кулаками по матрасу, раздирает себе руки до крови. Целители вводят ей успокоительное, и она затихает, обмякая, но глаза её всё ещё мокрые, такие раздирающие душу любому, кто заглянет, полные бесконечной, всепоглощающей любви и ревности, которой больше некуда выплеснуться. Ей не смотрят в глаза, потому что у любого от вида такой отчаянной и разбитой девочки навернутся слёзы.
Её мальчик отделён от неё. Он где-то там, в пустоте, он ждёт её ложку с едой и слова о том, что он самый любимый.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
𝑴𝒀 𝑷𝑹𝑬𝑻𝑻𝒀 𝑩𝑶𝒀 — @n0ttN0w
Post #283
68
🤩аконец их семья стала идеальной.
Он умер две недели назад, но Алисия не заметила.Да и разве это имеет значение, если он наконец её целиком? Она просто продолжала делать то, что делала каждый день: нарезала мясо маленькими кусочками, заваривала черный чай, подносила ложку к его рту. Её глаза ласковые и всегда на влажном месте от нежности, на губах играла нежная улыбка. Она шептала: «Съешь ещё, милый, ты совсем ослаб, тебе нужно поправиться и окрепнуть..». И Тео сидел в кресле, с открытым ртом, с застывшими запавшими и засохшими глазами, крупные мясные мухи ползали по его щекам, по его губам, с уголка рта свисала трупная жижа, а она смахивала их рукой, протирала любимому рот. И продолжала кормить. Так прошёл день, второй, третий. Она не замечала запах. Ей казалось, что он жив, что он устал и скоро проснётся, и тогда она скажет ему, как сильно его любит. А её милый посмотрит с любовью и снова подарит ей розы. Потому что прошлые уже стали черными в вазе с протухшей водой. Чёрными, прямо как пальцы на ногах милого и язвы по всему телу, из которых вытекала та самая грязь его души!
«Именно такое это искупление, котёнок. Ты окрепнешь и мы справимся, у нас родится ребёнок. Ты хотел мальчика, помнишь.? Я люблю тебя.» — шептала Алисия, протирая тряпочкой язвы по телу и целуя каждую из них, кладя его полусгнившую руку себе на щеку и с нежностью заглядывая в уже пустые глазницы, из которых каждое утро выковыривала опарышей.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
Тем временем в министерстве забили тревогу. Лучший сотрудник отдела магического правопорядка, молодой и перспективный, успешный парень Теодор Нотт, не появлялся на работе уже около двух месяцев.
Его коллеги звонили, стучали в дверь, но никто не отвечал.
***
Áртур Бруксвер. Именно так звали того сотрудника, который вызвался проверить лично, — он был высоким, широкоплечим аврором с грубым лицом и привычкой решать всё физической силой. Он выломал дверь ударом ноги и вошёл в прихожую.
Он умер две недели назад, но Алисия не заметила.
«Именно такое это искупление, котёнок. Ты окрепнешь и мы справимся, у нас родится ребёнок. Ты хотел мальчика, помнишь.? Я люблю тебя.» — шептала Алисия, протирая тряпочкой язвы по телу и целуя каждую из них, кладя его полусгнившую руку себе на щеку и с нежностью заглядывая в уже пустые глазницы, из которых каждое утро выковыривала опарышей.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
Тем временем в министерстве забили тревогу. Лучший сотрудник отдела магического правопорядка, молодой и перспективный, успешный парень Теодор Нотт, не появлялся на работе уже около двух месяцев.
Его коллеги звонили, стучали в дверь, но никто не отвечал.
***
Áртур Бруксвер. Именно так звали того сотрудника, который вызвался проверить лично, — он был высоким, широкоплечим аврором с грубым лицом и привычкой решать всё физической силой. Он выломал дверь ударом ноги и вошёл в прихожую.
Post #282
41
Но в очередной день она застала его с Милисентой Булстроуд. В их собственной спальне. На их собственной кровати, которую она застелила утром свежими простынями и побрызгала духами, которые он всегда вдыхал с особым удовольствием. Милисента лежала на спине, запрокинув голову, а Теодор, обнажённый, с влажными кудрями, припал к её шее, и они даже не заметили, как Алисия открыла дверь.
Она стояла — и смотрела. Смотрела, как её мир рушится в очередной раз. Милисента заметила её первой, вскрикнула, и Теодор обернулся. В его глазах не было ни стыда, ни извинения — только злость.
«Какого чёрта ты не стучишь?» — прорычал он, и Алисия почувствовала, как внутри неё что-то оборвалось. Что-то тонкое, что держало её на плаву все эти месяцы, лопнуло, как перетянутая струна. Она тихо закрыла дверь, и ушла на кухню, где простояла у раковины час, глядя на капли воды, стекающие с крана.
«Грязь, сколько же грязи в его душе.. Чужие духи, чужие женщины, чужой пот, чужая любовь.. Мой мальчик больше никогда не станет чистым.. Никогда, если я не помогу.. Тео нужно помочь, иначе он совсем потеряет себя в этой грязи.. Что же нужно делать, чтобы он стал таким же чистым, как раньше.?» — Кто, как не она обязана его отмыть. Это былаеё миссия. Её крест.
Этой ночью его жена не спала. Сначала смотрела на алые розы, которые он подарил ей с новыми обещаниями. Алисия простила. Теперь то она ему поможет. Незаметно, как лучшая жена! Он не знает, что он грязный. Не знает, что с ним. Бедный её мальчик, совсем запутался.
Нотт изучила за ночь все старые кулинарные книги, доставшиеся ей от бабушки, и всё чаще натыкалась на странные рецепты, где упоминались травы, которых не было в обычных лавках. Беладонна. Прекрасное название, почти как цветок. Она нашла её на чёрном рынке, купила высушенные ягоды и листья, истолкла в мелкий порошок, смешала с мукой и специями, для блюд, которые он обожал.
Первый раз она положила совсем чуть-чуть — только чтобы проверить. Теодор съел ужин, даже не заметив, но сказал, что голова слегка кружится. Она улыбнулась, погладила его по руке: «Это от усталости, сладкий».
И добавила ещё.
Он начал «лечиться». Исхудал ещё больше, чем был, — скулы стали ещё острее, глаза ввалились, кожа приобрела землистый оттенок. Он перестал ходить на работу, ссылаясь на слабость, но Алисия знала, что это не просто слабость. Это очищение. Она добавляла в чай амортенцию — сильное зелье приворота, чтобы он никуда не хотел уходить от неё, чтобы его желания направлялись только к ней одной. И это сработало. Теодор стал её щеночком. Он лежал у её ног на диване, глядя на неё преданными, сонными глазами, бормотал, что она — его солнце, его свет, его единственная.
Он больше не уходил. Она с нежной улыбкой прижимала его к груди и гладила, почти плача от распирающего изнутри чувства любви. Снова как в первый месяц их отношений он стал её наркотиком. Снова она таяла от каждого слова. Не видя, что силы его уходили с каждым куском еды, с каждым глотком чая. Она кормила его с ложечки, гладила по голове, целовала в щеки и губы, и в её душе царил покой.
Прошло две недели, и Теодор уже не вставал с кресла. Он превратился в скелет, обтянутый кожей — рёбра проступали через рубашку, пальцы стали тонкими, как спички, а кудри потеряли блеск, стали тусклыми и ломкими. Алисия не видела этого. Она видела только его глаза — чёрные, глубокие, которые по-прежнему смотрели на неё с обожанием. Она кормила его, поила, меняла одежду, причёсывала. Вокруг уже начали кружиться мухи — сначала одна, потом две, потом рой. Она не поняла, откуда они взялись, и закупала освежители воздуха, раздражённо распыляла их по комнате, но сладковатый, тяжёлый запах разложения становился всё сильнее.
И вот, очередной раз когда она проявила инициативу. Теодор был словно бревно, а его половой орган был таким холодным и вялым, что посреди процесса ей стало просто больно! Она, тактично промолчав, поцеловала его в губы и укрыла пледом, обняв со спины. А на следующий день купила лекарство от импотенции — аптечные склянки с яркими этикетками. Правда они не помогали.
Она стояла — и смотрела. Смотрела, как её мир рушится в очередной раз. Милисента заметила её первой, вскрикнула, и Теодор обернулся. В его глазах не было ни стыда, ни извинения — только злость.
«Какого чёрта ты не стучишь?» — прорычал он, и Алисия почувствовала, как внутри неё что-то оборвалось. Что-то тонкое, что держало её на плаву все эти месяцы, лопнуло, как перетянутая струна. Она тихо закрыла дверь, и ушла на кухню, где простояла у раковины час, глядя на капли воды, стекающие с крана.
«Грязь, сколько же грязи в его душе.. Чужие духи, чужие женщины, чужой пот, чужая любовь.. Мой мальчик больше никогда не станет чистым.. Никогда, если я не помогу.. Тео нужно помочь, иначе он совсем потеряет себя в этой грязи.. Что же нужно делать, чтобы он стал таким же чистым, как раньше.?» — Кто, как не она обязана его отмыть. Это была
Этой ночью его жена не спала. Сначала смотрела на алые розы, которые он подарил ей с новыми обещаниями. Алисия простила. Теперь то она ему поможет. Незаметно, как лучшая жена! Он не знает, что он грязный. Не знает, что с ним. Бедный её мальчик, совсем запутался.
Нотт изучила за ночь все старые кулинарные книги, доставшиеся ей от бабушки, и всё чаще натыкалась на странные рецепты, где упоминались травы, которых не было в обычных лавках. Беладонна. Прекрасное название, почти как цветок. Она нашла её на чёрном рынке, купила высушенные ягоды и листья, истолкла в мелкий порошок, смешала с мукой и специями, для блюд, которые он обожал.
Первый раз она положила совсем чуть-чуть — только чтобы проверить. Теодор съел ужин, даже не заметив, но сказал, что голова слегка кружится. Она улыбнулась, погладила его по руке: «Это от усталости, сладкий».
И добавила ещё.
Он начал «лечиться». Исхудал ещё больше, чем был, — скулы стали ещё острее, глаза ввалились, кожа приобрела землистый оттенок. Он перестал ходить на работу, ссылаясь на слабость, но Алисия знала, что это не просто слабость. Это очищение. Она добавляла в чай амортенцию — сильное зелье приворота, чтобы он никуда не хотел уходить от неё, чтобы его желания направлялись только к ней одной. И это сработало. Теодор стал её щеночком. Он лежал у её ног на диване, глядя на неё преданными, сонными глазами, бормотал, что она — его солнце, его свет, его единственная.
Он больше не уходил. Она с нежной улыбкой прижимала его к груди и гладила, почти плача от распирающего изнутри чувства любви. Снова как в первый месяц их отношений он стал её наркотиком. Снова она таяла от каждого слова. Не видя, что силы его уходили с каждым куском еды, с каждым глотком чая. Она кормила его с ложечки, гладила по голове, целовала в щеки и губы, и в её душе царил покой.
Прошло две недели, и Теодор уже не вставал с кресла. Он превратился в скелет, обтянутый кожей — рёбра проступали через рубашку, пальцы стали тонкими, как спички, а кудри потеряли блеск, стали тусклыми и ломкими. Алисия не видела этого. Она видела только его глаза — чёрные, глубокие, которые по-прежнему смотрели на неё с обожанием. Она кормила его, поила, меняла одежду, причёсывала. Вокруг уже начали кружиться мухи — сначала одна, потом две, потом рой. Она не поняла, откуда они взялись, и закупала освежители воздуха, раздражённо распыляла их по комнате, но сладковатый, тяжёлый запах разложения становился всё сильнее.
И вот, очередной раз когда она проявила инициативу. Теодор был словно бревно, а его половой орган был таким холодным и вялым, что посреди процесса ей стало просто больно! Она, тактично промолчав, поцеловала его в губы и укрыла пледом, обняв со спины. А на следующий день купила лекарство от импотенции — аптечные склянки с яркими этикетками. Правда они не помогали.
Post #280
60
😀😀😀😀😀😀😀😀😀
☑️☑️🫶 🌟🌟🌟🌟
🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🌟
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🌟🌟🌟🌟😈 #𝑩𝑬𝑳𝑶𝑽𝑬𝑫
😘 𝑵𝑨𝑴𝑬 —#𝑺𝑲𝑬𝑻𝑪𝑯: He’s My Man.
‼️зарисовка никак не относится к сюжету и не влияет на него. СОДЕРЖИТ ШОКИРУЮЩИЕ ОПИСАНИЯ, В ТОМ ЧИСЛЕ:РАЗЛОЖЕНИЕ, ТРУПЫ, РВОТА И ПРОЧИЕ НЕПРИЯТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ.
Особо неприятные материалы заблюрены.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩 доме на окраине Лондона, где туман по утрам стелился по мостовой так густо, что фонари казались призраками, жила Алисия Джейн Нотт. Ей было девятнадцать. Каштановые кудрявые волосы средней длины падали на лоб с ровной чёлкой, закрывая чуть нахмуренные брови, а карие глаза — яркие, добрые, те, что называют «глазами лани», — смотрели на мир с той трогательной доверчивостью, которая с первого взгляда обезоруживала любого. Миловидное лицо с оливковым оттенком кожи, нежный овал, пухлые губы — она была красива той домашней, уютной красотой, которую хочется защищать.
Но никто не знал, что за этой красотой прячется бездна, которая только начинала расти.
Её семья была идеальной. Алисия с детства мечтала быть той, кто она сейчас. Молодой красавицей-женой, занимающаяся хозяйством в их доме. Её муж — Теодор Нотт. Тео, её родной и самый близкий человек — безумно красивый, как ангел, как произведение исскуства . Бледная кожа, почти прозрачная, худощавое телосложение, которое делало его высоким и статным, словно бог с самых старинных и прекрасных картин. Выразительное лицо с подчёркнутыми скулами, острыми, как лезвия, и нос с горбинкой — та самая горбинка, которая придавала ему хищную, мужественную стать, от которой разбивались сердца у ведьм всех возрастов. Очки в чёрной прямоугольной оправе сидели на нём так, будто были созданы специально для того, чтобы подчёркивать глубину его чёрных глаз — глаз, которые смотрели с ленивым превосходством и знанием собственной неотразимости. И на Алисию смотрели как на предмет мебели в доме, в котором она растила розы потому что он дарил ей эти цветы на любой праздник. Алые, словно кровь. Хотя Алисия любила белые пионы.. Но увидев его щенячьи глаза, просто не смогла ни разу сказать о том, что не любит розы.
Его чёрные кудрявые волосы вились крупными кольцами, падая на высокий лоб, а тёмные брови, густые и резкие, только добавляли ему той харизмы, от которой кружилась голова и за которую она его полюбила до дрожи в коленях.
Он был мечтой любой женщины — и он отлично это знал. Он пользовался этим без зазрения совести.
Алисия любила его до потери пульса. До того, что переставала дышать на мгновение, когда он входил в комнату. До того, что её сердце билось в унисон с каждым его шагом. Она не работала — он не позволял, говорил, что его жена должна блистать, а не прозябать в министерских коридорах. Она сидела дома, готовила, убирала, растила розы с любовью в сердце и смотрела как щеночек. Она ждала его с работы.. Пока он изменял ей направо и налево — с сотрудницами, с коллегами, с бывшими однокурсницами, с теми, кто попадался под руку. И Алисия, уже Нотт, ловила его на изменах. Первый раз — с секретаршей из отдела магического транспорта. Второй — с женой его начальника. Третий, четвёртый, пятый — она сбилась со считу. Каждый раз он протягивал шикарные букеты — роз, — засыпанные блёстками и дорогими флаконами духов, и клялся, что больше никогда, вообще никогда не посмотрит на других женщин. Что она — единственная. Что она любимая. Что он всех забыл, всех вычеркнул, что теперь будет только её, как до этого. Он обнимал её, прижимал к своей груди, и она верила.
«Это испытание моей любви, а я люблю. Наш брак, наша семья, никогда не распадется, ведь такую любовь не сломать физиологией. С ними только секс, а ко мне он вернётся, он мой мужчина. Он же никогда не уйдет, так.?»
☑️☑️🫶 🌟🌟🌟🌟
🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🌟
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🌟🌟🌟🌟😈 #𝑩𝑬𝑳𝑶𝑽𝑬𝑫
😘 𝑵𝑨𝑴𝑬 —#𝑺𝑲𝑬𝑻𝑪𝑯: He’s My Man.
‼️зарисовка никак не относится к сюжету и не влияет на него. СОДЕРЖИТ ШОКИРУЮЩИЕ ОПИСАНИЯ, В ТОМ ЧИСЛЕ:
Особо неприятные материалы заблюрены.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩 доме на окраине Лондона, где туман по утрам стелился по мостовой так густо, что фонари казались призраками, жила Алисия Джейн Нотт. Ей было девятнадцать. Каштановые кудрявые волосы средней длины падали на лоб с ровной чёлкой, закрывая чуть нахмуренные брови, а карие глаза — яркие, добрые, те, что называют «глазами лани», — смотрели на мир с той трогательной доверчивостью, которая с первого взгляда обезоруживала любого. Миловидное лицо с оливковым оттенком кожи, нежный овал, пухлые губы — она была красива той домашней, уютной красотой, которую хочется защищать.
Но никто не знал, что за этой красотой прячется бездна, которая только начинала расти.
Её семья была идеальной. Алисия с детства мечтала быть той, кто она сейчас. Молодой красавицей-женой, занимающаяся хозяйством в их доме. Её муж — Теодор Нотт. Тео, её родной и самый близкий человек — безумно красивый, как ангел, как произведение исскуства . Бледная кожа, почти прозрачная, худощавое телосложение, которое делало его высоким и статным, словно бог с самых старинных и прекрасных картин. Выразительное лицо с подчёркнутыми скулами, острыми, как лезвия, и нос с горбинкой — та самая горбинка, которая придавала ему хищную, мужественную стать, от которой разбивались сердца у ведьм всех возрастов. Очки в чёрной прямоугольной оправе сидели на нём так, будто были созданы специально для того, чтобы подчёркивать глубину его чёрных глаз — глаз, которые смотрели с ленивым превосходством и знанием собственной неотразимости. И на Алисию смотрели как на предмет мебели в доме, в котором она растила розы потому что он дарил ей эти цветы на любой праздник. Алые, словно кровь. Хотя Алисия любила белые пионы.. Но увидев его щенячьи глаза, просто не смогла ни разу сказать о том, что не любит розы.
Его чёрные кудрявые волосы вились крупными кольцами, падая на высокий лоб, а тёмные брови, густые и резкие, только добавляли ему той харизмы, от которой кружилась голова и за которую она его полюбила до дрожи в коленях.
Он был мечтой любой женщины — и он отлично это знал. Он пользовался этим без зазрения совести.
Алисия любила его до потери пульса. До того, что переставала дышать на мгновение, когда он входил в комнату. До того, что её сердце билось в унисон с каждым его шагом. Она не работала — он не позволял, говорил, что его жена должна блистать, а не прозябать в министерских коридорах. Она сидела дома, готовила, убирала, растила розы с любовью в сердце и смотрела как щеночек. Она ждала его с работы.. Пока он изменял ей направо и налево — с сотрудницами, с коллегами, с бывшими однокурсницами, с теми, кто попадался под руку. И Алисия, уже Нотт, ловила его на изменах. Первый раз — с секретаршей из отдела магического транспорта. Второй — с женой его начальника. Третий, четвёртый, пятый — она сбилась со считу. Каждый раз он протягивал шикарные букеты — роз, — засыпанные блёстками и дорогими флаконами духов, и клялся, что больше никогда, вообще никогда не посмотрит на других женщин. Что она — единственная. Что она любимая. Что он всех забыл, всех вычеркнул, что теперь будет только её, как до этого. Он обнимал её, прижимал к своей груди, и она верила.
«Это испытание моей любви, а я люблю. Наш брак, наша семья, никогда не распадется, ведь такую любовь не сломать физиологией. С ними только секс, а ко мне он вернётся, он мой мужчина. Он же никогда не уйдет, так.?»
Post #239
107
😀😀😀😀😀😀
🤩🤩🤩🤩 🤩🤩. . .
🌟🌟🌟🌟🌟🤩
☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️🐾
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☺️пиннет было 15 лет, когда она впервые встретила Риту Скитер и приглянулась ей.
Ей исполнилось 1️⃣6️⃣, когда она поняла, что желает для себя самой лучшей жизни в богатстве, а «рай в шалаше» — не её история. В то время пока другие девочки её возраста мечтали выйти замуж — эта Гриффиндорка ночами сидела над книгами, перебирая абсолютно всё, что может помочь в будущем.
🤩ё путь — это не сказка о дружбе и доблести, не тот угол волшебного мира, который показывает Министерство Магии.
Нет, Алисия – другая сторона медали. Но дойти до мечты — дело нелегкое,а потому идти приходится по головам, невзирая на грязь, интриги, разрушенные судьбы и карьеры, которые оставила за собой ☺️лисия ☺️пиннет.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩 🤩🤩. . .
🌟🌟🌟🌟🌟🤩
☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️🐾
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☺️пиннет было 15 лет, когда она впервые встретила Риту Скитер и приглянулась ей.
Ей исполнилось 1️⃣6️⃣, когда она поняла, что желает для себя самой лучшей жизни в богатстве, а «рай в шалаше» — не её история. В то время пока другие девочки её возраста мечтали выйти замуж — эта Гриффиндорка ночами сидела над книгами, перебирая абсолютно всё, что может помочь в будущем.
А в 18 она стоит у нового рабочего места, только после обучения экстерном. Девочка, которая больше всех предметов любила прорицание, была самой верной и преданной подругой была стёрта почти целиком, оставив стержень, сталь и амбиции.Алисия не меняла принципов. Они лишь подстроились под её новую жизнь сами.
🤩ё путь — это не сказка о дружбе и доблести, не тот угол волшебного мира, который показывает Министерство Магии.
Нет, Алисия – другая сторона медали. Но дойти до мечты — дело нелегкое,
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
оглавление в комментариях под постом.
лишнего прошу не писать
.
Post #232
78
😀😀😀😀😀😀
🌟🌟🌟🌟🌟🌟
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️😘
#𝑩𝑬𝑳𝑶𝑽𝑬𝑫 #𝑷𝑳𝑶𝑻
#𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻𝑺 #𝑴𝑬𝑴𝑶𝑹𝑰𝑬𝑺
#𝑯𝑬𝑨𝑫𝑪𝑨𝑵𝑵𝑶𝑵𝑺
#𝑺𝑲𝑬𝑻𝑪𝑯 #𝑴𝑼𝑺𝑰𝑪
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🌟🌟 пойдёт по головам ради собственного успеха, без раздумий воткнув нож в спину тому, кто встанет на её дороге. Ей руководят холод, амбиции и алчность. 🤩на никогда не посмотрит назад и не пожалеет о содеянном.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩 отдельно хочу добавить в дневник рубрику газеты, предназначенную для интриг и сплетен фандома, которые буду стараться разобрать. Рубрика будет под особым тегом
☑️#𝑷𝑨𝑷𝑬𝑹.
😈😈😈😈😈😈😈
🤩🤩🤩🤩🤩🩸
𝑨𝑵𝑶𝑵 𝑴𝑬𝑺𝑺𝑨𝑮𝑬
𝑩𝑶𝑶𝑺𝑻 𝑳𝑰𝑵𝑲
𝑷𝑳𝑶𝑻 𝑶𝑭 𝑫𝑰𝑨𝑹𝒀
𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻𝑰𝑶𝑵 𝑳𝑰𝑺𝑻
𝑷𝑨𝑻𝑬𝑵𝑻
pr3vат!¡ (приму не всех, котята.)
🌟🌟🌟🌟🌟🌟
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️☑️😘
#𝑩𝑬𝑳𝑶𝑽𝑬𝑫 #𝑷𝑳𝑶𝑻
#𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻𝑺 #𝑴𝑬𝑴𝑶𝑹𝑰𝑬𝑺
#𝑯𝑬𝑨𝑫𝑪𝑨𝑵𝑵𝑶𝑵𝑺
#𝑺𝑲𝑬𝑻𝑪𝑯 #𝑴𝑼𝑺𝑰𝑪
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🌟🌟 пойдёт по головам ради собственного успеха, без раздумий воткнув нож в спину тому, кто встанет на её дороге. Ей руководят холод, амбиции и алчность. 🤩на
Она — Алисия Спиннет.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩 отдельно хочу добавить в дневник рубрику газеты, предназначенную для интриг и сплетен фандома, которые буду стараться разобрать. Рубрика будет под особым тегом
☑️#𝑷𝑨𝑷𝑬𝑹.
😈😈😈😈😈😈😈
🤩🤩🤩🤩🤩🩸
𝑨𝑵𝑶𝑵 𝑴𝑬𝑺𝑺𝑨𝑮𝑬
𝑩𝑶𝑶𝑺𝑻 𝑳𝑰𝑵𝑲
𝑷𝑳𝑶𝑻 𝑶𝑭 𝑫𝑰𝑨𝑹𝒀
𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻𝑰𝑶𝑵 𝑳𝑰𝑺𝑻
𝑷𝑨𝑻𝑬𝑵𝑻
pr3vат!¡ (приму не всех, котята.)
Post #214
70
Post #213
89
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Post #141
93
Post #130
109
☑️☑️🫶 🫶☑️☑️☑️✅
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🌟🌟🌟🌟😈 #𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻𝑺; #𝑴𝑬𝑴𝑶𝑹𝑰𝑬𝑺
⭐ 𝑵𝑨𝑴𝑬 — ☺️оспоминания с ☺️эти ☺️елл: зависимости и страдания.
‼️ ЭТОТ ПОСТ ИМЕЕТ ПРЯМОЕ ОТНОШЕНИЕ К СЮЖЕТКЕ И ЯВЛЯЕТСЯ ДОПОЛНЕНИЕМ К ПЕРВОЙ ЧАСТИ!
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☺️лисии ☺️пиннет только вчера исполнилось 16 лет, а сегодня она вместе со всей школой стоит в большом зале, держа за руку Кэти, которую трясло мелкой дрожью. Её первая любовь, Кай Хьюз, умер вчера ночью от переизбытка ангельской пыли в организме. Подсев на иглу Каю хватило пары месяцев, чтобы из здорового крепкого парня превратиться в усопшего. Сейчас вся школа была в трауре. Кэти все два дня была настолько непривычно тихой, что Алисия не могла спать. Уже две ночи они с Кэти в полной тишине лежали в одной кровати с комом в горле, который всё не собирался уходить. Кэти не плакала. Вообще. Просто сил не было.
Но самым страшным для Алисии казалось то, что ей не было жалко Кая. И раньше девушка его недолюбливала, но с момента когда он подсел на ангельскую пыль — Кэти сама не своя. Она всё винила и корила за это себя, в то время как Спиннет начинала презирать и ненавидеть Хьюза. Она была рада его смерти. Ведь если больше нет Кая — Кэти оправится намного быстрее, чем если бы он и дальше мучал её в отношениях!
Однако сказать об этом Кэти, или кому-либо ещё означало просто показаться безразличной тварью. А потому она молчала. Алисия сама себя корила за то, что думала именно так. Но задавив внутрь собственные чувства, она до последнего пыталась вытащить Кэти Белл из депрессии, в которую та себя загнала после смерти возлюбленного. Но всему приходит конец.
Вот и терпение Алисии спустя семь месяцев накрылось медным тазом. Невыносимо было видеть то, как страдает её лучшая подруга из-за торчка, который сам был виноват в том, что сдох, а последние месяцы своей жалкой жизни тратил только на дозы и на трепку нервов Белл, будто её страдания были ещё одним видом кайфа для него. А Кэти, которую судьба пусть и жестоко, но избавила от ошибки всей жизни, уже больше полугода ест с ложечки из-под палки и предпочитает не вставать с постели. Алисия психанула 17 сентября. Она ненавидела слабых людей, а ещё больше ненавидела сломанность. В этот раз сломалась её родственная душа.. При взгляде на Кэти Алисия впервые почувствовала желание встряхнуть её. А потому сорвалась на крик.
«— больше полугода прошло, а ты всё ещё ноешь изо дня в день по наркоше, который измывался над тобой! Я устала каждый божий день поднимать тебя с кровати, я дрожу над тобой как проклятая, но ты живёшь в том мразотном периоде, где он всё ещё жив!» — Алисия была так зла, что резко оборвала слабое «он любил меня новым потоком криков. — Нет, идиотка, это не любовь! Он был торчком, любил только дозу и твои нервы, которые впитывал как топливо! Я была благодарна Мерлину за то, что он сдох, а он всё ещё продолжает измываться над тобой с того света!!»
Кэти посмотрела на подругу со слезами, но Спиннет только развернулась, хлопнув дверью. Она ушла потому что ей было стыдно. Потому что понимала, как сильно ранила лучшую подругу. И больнее всего: потому что после таких слов их дружбе конец, а Спиннет не выносила проигрышей и прощаний.
Весь седьмой курс они не общались. Обеим было тяжело — жить в одной спальне, всегда сидеть на уроках вдвоём, делать совместные проекты, но тепла, смеха и дружбы больше не было.
Просто с того дня между Кэти Белл и Алисией Спиннет повисла толстая, ледяная и непреодолимая стена. И виновата в этом была только Алисия.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤в посте учавствовали:
katie bell. — @katiessxl
kayan h. — @kaihesuxs
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🌟🌟🌟🌟😈 #𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻𝑺; #𝑴𝑬𝑴𝑶𝑹𝑰𝑬𝑺
⭐ 𝑵𝑨𝑴𝑬 — ☺️оспоминания с ☺️эти ☺️елл: зависимости и страдания.
‼️ ЭТОТ ПОСТ ИМЕЕТ ПРЯМОЕ ОТНОШЕНИЕ К СЮЖЕТКЕ И ЯВЛЯЕТСЯ ДОПОЛНЕНИЕМ К ПЕРВОЙ ЧАСТИ!
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
12 марта 1996 года.
☺️лисии ☺️пиннет только вчера исполнилось 16 лет, а сегодня она вместе со всей школой стоит в большом зале, держа за руку Кэти, которую трясло мелкой дрожью. Её первая любовь, Кай Хьюз, умер вчера ночью от переизбытка ангельской пыли в организме. Подсев на иглу Каю хватило пары месяцев, чтобы из здорового крепкого парня превратиться в усопшего. Сейчас вся школа была в трауре. Кэти все два дня была настолько непривычно тихой, что Алисия не могла спать. Уже две ночи они с Кэти в полной тишине лежали в одной кровати с комом в горле, который всё не собирался уходить. Кэти не плакала. Вообще. Просто сил не было.
Но самым страшным для Алисии казалось то, что ей не было жалко Кая. И раньше девушка его недолюбливала, но с момента когда он подсел на ангельскую пыль — Кэти сама не своя. Она всё винила и корила за это себя, в то время как Спиннет начинала презирать и ненавидеть Хьюза. Она была рада его смерти. Ведь если больше нет Кая — Кэти оправится намного быстрее, чем если бы он и дальше мучал её в отношениях!
Вот и терпение Алисии спустя семь месяцев накрылось медным тазом. Невыносимо было видеть то, как страдает её лучшая подруга из-за торчка, который сам был виноват в том, что сдох, а последние месяцы своей жалкой жизни тратил только на дозы и на трепку нервов Белл, будто её страдания были ещё одним видом кайфа для него. А Кэти, которую судьба пусть и жестоко, но избавила от ошибки всей жизни, уже больше полугода ест с ложечки из-под палки и предпочитает не вставать с постели. Алисия психанула 17 сентября. Она ненавидела слабых людей, а ещё больше ненавидела сломанность. В этот раз сломалась её родственная душа.. При взгляде на Кэти Алисия впервые почувствовала желание встряхнуть её. А потому сорвалась на крик.
«— больше полугода прошло, а ты всё ещё ноешь изо дня в день по наркоше, который измывался над тобой! Я устала каждый божий день поднимать тебя с кровати, я дрожу над тобой как проклятая, но ты живёшь в том мразотном периоде, где он всё ещё жив!» — Алисия была так зла, что резко оборвала слабое «он любил меня новым потоком криков. — Нет, идиотка, это не любовь! Он был торчком, любил только дозу и твои нервы, которые впитывал как топливо! Я была благодарна Мерлину за то, что он сдох, а он всё ещё продолжает измываться над тобой с того света!!»
Кэти посмотрела на подругу со слезами, но Спиннет только развернулась, хлопнув дверью. Она ушла потому что ей было стыдно. Потому что понимала, как сильно ранила лучшую подругу. И больнее всего: потому что после таких слов их дружбе конец, а Спиннет не выносила проигрышей и прощаний.
Весь седьмой курс они не общались. Обеим было тяжело — жить в одной спальне, всегда сидеть на уроках вдвоём, делать совместные проекты, но тепла, смеха и дружбы больше не было.
Просто с того дня между Кэти Белл и Алисией Спиннет повисла толстая, ледяная и непреодолимая стена. И виновата в этом была только Алисия.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤в посте учавствовали:
katie bell. — @katiessxl
kayan h. — @kaihesuxs
Post #57
134
Она не могла оправдать свою грязь никак. Потому что внутри неё жил тот самый голос, который она заставила подавить свои чувства. Голос, который твердил: «На работе нет подруг».
А Дафна ведь не была подругой. Она была просто бывшей однокурсницей, которая сидела на два ряда левее и никогда не улыбалась Алисии. Но от этого ком в горле не становился меньше — он рос, душил, застилал глаза слезами, которые Алисия не позволяла себе пролить.
Посмотрев заметки пера, Спиннет зачеркнула первую строчку «как ты?». Интервью вышло на следующее утро. Заголовок «Преступление и наказание: отвечают ли дети за грехи родителей?» разлетелся по магической Британии быстрее, чем по маггловским новостям известие о смерти Курта Кобэйна из группы «Nirvana». Озлобленный народ, ещё не отошедший после тёмных времён, расхватал выпуск в считанные часы. Продажи были огромными, рекордными, редакция «Ведьмин Досуг» гудела от восторга, а имя Алисии Спиннет вдруг оказалось у всех на устах. Её рейтинг взлетел так стремительно, что у неё закружилась голова, когда она смотрела на цифры в отчёте.
Она принесла журналу скандалы, популярность и деньги. Алисия сделала свою работу идеально. И она заставила себя отбросить тот ком в горле, словно его никогда не существовало.«Я просто сделала то, за что мне платят», — сказала она себе, но голос прозвучал глухо, как из-под земли.
И в ту же ночь, когда она лежала в съёмной комнате и смотрела в потолок, к ней вернулись воспоминания, нахлынувшие неприятным комом в горле.
Кэти Белл. Её лучшая подруга. Вернее, бывшая лучшая подруга. Её муза, стимул быть верной друзьям и сильной внутри. Это была дружба, которая как казалось Алисии, никогда не должна была закончиться.
Однако судьба решила иначе. После истории со смертью её возлюбленного между ними было слишком много боли, слишком холодная стена, выстроенная на седьмой курс и недосказанность. Они потеряли друг-друга. Кэти в пучине страданий и самобичевания, а Алисия в плену мании к славе.
Алисия была подобна кошке, которая мурлычет, ластится, заглядывает в глаза, а потом выпускает когти в самую душу, стоит получить желаемое. Она ломала людей, потому что так научили, потому что так требовали. Ей восемнадцать, а она держит в руках славу, купленную чужими слезами, и от этого слава казалась не золотом, а пеплом — черным, горьким, липким пеплом, который нельзя было стряхнуть с ладоней.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤в посте учавствовали:
daphne gr. — @ALTYNDAPHN3
rita sk. — @SK3T33R
katie bell (упоминание) — @katiessxl
А Дафна ведь не была подругой. Она была просто бывшей однокурсницей, которая сидела на два ряда левее и никогда не улыбалась Алисии. Но от этого ком в горле не становился меньше — он рос, душил, застилал глаза слезами, которые Алисия не позволяла себе пролить.
Посмотрев заметки пера, Спиннет зачеркнула первую строчку «как ты?». Интервью вышло на следующее утро. Заголовок «Преступление и наказание: отвечают ли дети за грехи родителей?» разлетелся по магической Британии быстрее, чем по маггловским новостям известие о смерти Курта Кобэйна из группы «Nirvana». Озлобленный народ, ещё не отошедший после тёмных времён, расхватал выпуск в считанные часы. Продажи были огромными, рекордными, редакция «Ведьмин Досуг» гудела от восторга, а имя Алисии Спиннет вдруг оказалось у всех на устах. Её рейтинг взлетел так стремительно, что у неё закружилась голова, когда она смотрела на цифры в отчёте.
Она принесла журналу скандалы, популярность и деньги. Алисия сделала свою работу идеально. И она заставила себя отбросить тот ком в горле, словно его никогда не существовало.
И в ту же ночь, когда она лежала в съёмной комнате и смотрела в потолок, к ней вернулись воспоминания, нахлынувшие неприятным комом в горле.
Кэти Белл. Её лучшая подруга. Вернее, бывшая лучшая подруга. Её муза, стимул быть верной друзьям и сильной внутри. Это была дружба, которая как казалось Алисии, никогда не должна была закончиться.
Однако судьба решила иначе. После истории со смертью её возлюбленного между ними было слишком много боли, слишком холодная стена, выстроенная на седьмой курс и недосказанность. Они потеряли друг-друга. Кэти в пучине страданий и самобичевания, а Алисия в плену мании к славе.
Алисия была подобна кошке, которая мурлычет, ластится, заглядывает в глаза, а потом выпускает когти в самую душу, стоит получить желаемое. Она ломала людей, потому что так научили, потому что так требовали. Ей восемнадцать, а она держит в руках славу, купленную чужими слезами, и от этого слава казалась не золотом, а пеплом — черным, горьким, липким пеплом, который нельзя было стряхнуть с ладоней.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🖤в посте учавствовали:
daphne gr. — @ALTYNDAPHN3
rita sk. — @SK3T33R
katie bell (упоминание) — @katiessxl
Post #55
94
И вот, спустя пару дней унылой возни с документами она наконец получила первое задание! Оно лежало на столе у Скитер, как приглашение на свадьбу, но ровно до тех пор, пока Спиннет не начала его читать: взять интервью у Дафны Гринграсс.
Дафны — её бывшей однокурсницы, той самой, что сидела на два ряда левее на занятиях по зельям, всегда идеально причесанная, всегда гордая, пример для подражания.
Отец Дафны, старый аристократ из рода Гринграсс, оказался пожирателем смерти.
Его посадили в Азкабан, как и всех оставшихся в живых пожирателей. Он был отловлен и принудительно доставлен в Азкабан, а после отправлен на Поцелуй Дементора. В мире магии это значило смерть. Нет, хуже. Высасывание души. Смерть — это милосердный покой, а после поцелуя дементора ждёт одна лишь пустота. Не будет больше радости, слез, надежд и даже злости быть не может. Оболочка, бездушная пустышка. И теперь Дафна осталась одна — с разбитой фамильной гордостью, с пустым сейфом, абсолютной сиротой, на хрупкие плечи которой теперь взвалена младшая сестра Астория, которой ещё учиться в Хогвартсе и терпеть всеобщую ненависть после статьи Алисии, она сама и тяжелый груз осуждения. Алисия знала это. Она знала, что Дафна едва держится, что она спит по четыре часа, что каждое утро ей приходится вытаскивать себя из постели с мыслью «я жива» и тут же нырять в мысль «но зачем».
Она знала это, но не отказалась.
Алисия пришла на интервью с невозмутимым видом. Она села напротив Дафны в маленьком кафе, где пахло черным кофе и отчаянием, и волшебное перо фламинго, парящее в воздухе неподалеку, ожидающе навострилось и застыло над блокнотом.
Она не смогла не спросить «как ты?». Этот вопрос был задан полушёпотом, но перо всё записало, вернув Алисию к делу. Она начала интервью.
— Дафна, когда ты в последний раз видела отца на свободе? Как проходило его задержание? Он, по полученной мной информации, пытался сбежать из страны? — Дафна нехотя, но ответила. Ответ Алисии не понравился. И пользуясь правилом трёх, она спросила второй раз: запутанно, обтекаемо, словно рисовала круги на воде. — Расскажи мне о том дне, когда ты поняла, что всё, чему учили, перестало быть правдой. О дне, когда ты впервые усомнилась в том, что семья — это крепость, а не ловушка.
И Дафна сломалась. Она заговорила о детстве, о высоких сводах поместья, о серебряных сервизах и о том, как отец шептал ей на ухо сказки о чистоте крови, пока она засыпала. Она говорила, запинаясь, плача, дрожа, но Алисия не моргнула. Не позволила. Она задала один и тот же вопрос трижды.
— Ты знала, или возможно догадывалась о том, чем он занимался? — разными словами, в разном порядке, и на третий раз Дафна выдала правду, которую не хотела выдавать даже самой себе. — Да, я догадывалась. Но я не хотела знать, потому что он был моим папой.
Интервью получилось жестоким. Алисия выжала из Дафны все подробности: унижения, которые терпела семья, звонки в Министерство, угрозы, потеря состояния, отказ родственников от них, бессонные ночи, когда Дафна пересчитывала свои будущие дни, как редкие монеты, смерть мамы и высосанная душа отца, воспоминания о том как он забирал её маленькую с качелей и хранил все их с Асторией письма и открытки.
Она спросила о самом больном — о том, жалеет ли Дафна о том, что её отец в Азкабане или хотела бы, чтобы его освободили, и Дафна заплакала, а потом упала в молчание, глядя в пустоту. Алисия не убрала перо. Она слушала тишину.
Когда интервью закончилось, она поднялась, оставила на столе несколько галлеонов за кофе, который никто не пил, и ушла, не обернувшись, пусть и оставила лишние галлеоны. Видимо не понимая или не желая понимать, что этим унизила Дафну сильнее, чем всем интервью. Ей хотелось упасть на колени рядом, обнять её, сказать, что всё наладится, что мир не рухнул, что есть завтра, есть надежда, есть свет. Но она сжала челюсти до скрежета и вышла на улицу, где её встретил холодный ветер. Он пробирал кости, забираясь под кожу глубже обычного.
Дафны — её бывшей однокурсницы, той самой, что сидела на два ряда левее на занятиях по зельям, всегда идеально причесанная, всегда гордая, пример для подражания.
Отец Дафны, старый аристократ из рода Гринграсс, оказался пожирателем смерти.
Его посадили в Азкабан, как и всех оставшихся в живых пожирателей. Он был отловлен и принудительно доставлен в Азкабан, а после отправлен на Поцелуй Дементора. В мире магии это значило смерть. Нет, хуже. Высасывание души. Смерть — это милосердный покой, а после поцелуя дементора ждёт одна лишь пустота. Не будет больше радости, слез, надежд и даже злости быть не может. Оболочка, бездушная пустышка. И теперь Дафна осталась одна — с разбитой фамильной гордостью, с пустым сейфом, абсолютной сиротой, на хрупкие плечи которой теперь взвалена младшая сестра Астория, которой ещё учиться в Хогвартсе и терпеть всеобщую ненависть после статьи Алисии, она сама и тяжелый груз осуждения. Алисия знала это. Она знала, что Дафна едва держится, что она спит по четыре часа, что каждое утро ей приходится вытаскивать себя из постели с мыслью «я жива» и тут же нырять в мысль «но зачем».
Она знала это, но не отказалась.
Алисия пришла на интервью с невозмутимым видом. Она села напротив Дафны в маленьком кафе, где пахло черным кофе и отчаянием, и волшебное перо фламинго, парящее в воздухе неподалеку, ожидающе навострилось и застыло над блокнотом.
Она не смогла не спросить «как ты?». Этот вопрос был задан полушёпотом, но перо всё записало, вернув Алисию к делу. Она начала интервью.
— Дафна, когда ты в последний раз видела отца на свободе? Как проходило его задержание? Он, по полученной мной информации, пытался сбежать из страны? — Дафна нехотя, но ответила. Ответ Алисии не понравился. И пользуясь правилом трёх, она спросила второй раз: запутанно, обтекаемо, словно рисовала круги на воде. — Расскажи мне о том дне, когда ты поняла, что всё, чему учили, перестало быть правдой. О дне, когда ты впервые усомнилась в том, что семья — это крепость, а не ловушка.
И Дафна сломалась. Она заговорила о детстве, о высоких сводах поместья, о серебряных сервизах и о том, как отец шептал ей на ухо сказки о чистоте крови, пока она засыпала. Она говорила, запинаясь, плача, дрожа, но Алисия не моргнула. Не позволила. Она задала один и тот же вопрос трижды.
— Ты знала, или возможно догадывалась о том, чем он занимался? — разными словами, в разном порядке, и на третий раз Дафна выдала правду, которую не хотела выдавать даже самой себе. — Да, я догадывалась. Но я не хотела знать, потому что он был моим папой.
Интервью получилось жестоким. Алисия выжала из Дафны все подробности: унижения, которые терпела семья, звонки в Министерство, угрозы, потеря состояния, отказ родственников от них, бессонные ночи, когда Дафна пересчитывала свои будущие дни, как редкие монеты, смерть мамы и высосанная душа отца, воспоминания о том как он забирал её маленькую с качелей и хранил все их с Асторией письма и открытки.
Она спросила о самом больном — о том, жалеет ли Дафна о том, что её отец в Азкабане или хотела бы, чтобы его освободили, и Дафна заплакала, а потом упала в молчание, глядя в пустоту. Алисия не убрала перо. Она слушала тишину.
Когда интервью закончилось, она поднялась, оставила на столе несколько галлеонов за кофе, который никто не пил, и ушла, не обернувшись, пусть и оставила лишние галлеоны. Видимо не понимая или не желая понимать, что этим унизила Дафну сильнее, чем всем интервью. Ей хотелось упасть на колени рядом, обнять её, сказать, что всё наладится, что мир не рухнул, что есть завтра, есть надежда, есть свет. Но она сжала челюсти до скрежета и вышла на улицу, где её встретил холодный ветер. Он пробирал кости, забираясь под кожу глубже обычного.
Post #54
104
☑️☑️🫶 🫶☑️☑️☑️✅
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🌟🌟🌟🌟😈 #𝑷𝑳𝑶𝑻
⭐ 𝑵𝑨𝑴𝑬 — ☺️асть 1: глава 1.
🤩мный в гору не пойдёт, он другого вниз столкнёт.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☺️лисия ☺️пиннет вошла в Лондонский Филиал журнала «Ведьмин Досуг» полная надежд на успешное будущее и воодушевлённая до глубины души.
Восемнадцать — возраст, когда мир ещё не обрёл четких очертаний: он всё ещё хранит воспоминания хогвартских коридоров и триумфы от побед в квиддиче, но эти воспоминания плавно перетекают в типографскую краску, чужие секреты и сплетни и запах страха, который продаётся на вес золота. Её талант разглядели быстро, потому что за плечами у неё было экстерном пройдено два курса журналистских уловок и бесконечная падкость на знаменитость и успех. Но это почти ничего не значило, если бы не главное — её заметила Рита Скитер. Та, что носила перья не только на шляпе, но и в душе, та, что умела превращать чужую боль в заголовки и раздуть из мухи слона так, что за ее статьи дрались в магазинах.
Скитер, посетившая Хогвартс годами ранее, остановилась прямо в коридоре среди суеты и обернулась. Её острые глаза с хищным прищуром наткнулись на Алисию — харизматичную гриффиндорку с хитрым взглядом, которая стояла у окна и смотрела в никуда, перебирая пальцами край мантии. Скитер улыбнулась — той улыбкой, когда выделила что-то внутри. После обмена любезностями и представления Алисии, Скитер сказала «Запомню, — и в этих словах прозвучала возлагаемая надежда. — Если, конечно, ты не испортишься до того, как мы встретимся снова».
И вот они встретились. Теперь Рита Скитер была её начальницей. Она сидела в своём кабинете со страусиными перьями на столе и запахом приторных духов, смешанных с чем-то неприятным, отчего Спиннет невольно задержала дыхание.
Скитер посмотрела на Алисию, которая стояла перед ней с прямой спиной.
«Ты пришла не работать, — сказала Рита, не повышая голоса. — Ты пришла учиться быть безжалостной. Это единственный урок, который я могу тебе дать. Безжалостность и талант — в тебе есть и то, и другое. У тебя есть все шансы стать легендой, не упусти ни одного». — Ответа от Алисии не последовало. Но обе поняли, что новая стажерка именно из тех, кто пойдёт по головам.
Не стоит думать, что она зря училась на Гриффиндоре. Алисия помнила свои принципы, которые выковала в себе, как выковывают меч из негодного железа. Но любое железо может быть переплавлено, если потеряло ценность.
Она назвала список своих принципов «Ведьмин Успех», выучила их от корки до корки, но что самое важное — научилась применять.
принцип №1: не позволять переходить границы работы.
принцип №2: на работе нет подруг.
принцип №3 самый хитрый, он носил название «правило трех раз»: чем точнее вопрос, тем больше возможность соврать, потому что точность — это прямой выстрел издалека, когда жертва успеет увернуться и попить кофе перед этим. Зато чем вопрос запутаннее, тем лучше выводятся люди на правду. И туда-же отнесем «задай один и тот же вопрос три раза, но с разными формулировками — и правда всплывет наружу».
Принцип №4 самый больной: не спасай никого, помогай себе и надейся только на себя. Не жалей, если из этого может выйти годное интервью, потому что жалость — это роскошь, которую «Ведьмин Досуг» не оплачивает даже за надбавку к жалованью.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🌟🌟🌟🌟😈 #𝑷𝑳𝑶𝑻
⭐ 𝑵𝑨𝑴𝑬 — ☺️асть 1: глава 1.
🤩мный в гору не пойдёт, он другого вниз столкнёт.
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
☺️лисия ☺️пиннет вошла в Лондонский Филиал журнала «Ведьмин Досуг» полная надежд на успешное будущее и воодушевлённая до глубины души.
Восемнадцать — возраст, когда мир ещё не обрёл четких очертаний: он всё ещё хранит воспоминания хогвартских коридоров и триумфы от побед в квиддиче, но эти воспоминания плавно перетекают в типографскую краску, чужие секреты и сплетни и запах страха, который продаётся на вес золота. Её талант разглядели быстро, потому что за плечами у неё было экстерном пройдено два курса журналистских уловок и бесконечная падкость на знаменитость и успех. Но это почти ничего не значило, если бы не главное — её заметила Рита Скитер. Та, что носила перья не только на шляпе, но и в душе, та, что умела превращать чужую боль в заголовки и раздуть из мухи слона так, что за ее статьи дрались в магазинах.
Скитер, посетившая Хогвартс годами ранее, остановилась прямо в коридоре среди суеты и обернулась. Её острые глаза с хищным прищуром наткнулись на Алисию — харизматичную гриффиндорку с хитрым взглядом, которая стояла у окна и смотрела в никуда, перебирая пальцами край мантии. Скитер улыбнулась — той улыбкой, когда выделила что-то внутри. После обмена любезностями и представления Алисии, Скитер сказала «Запомню, — и в этих словах прозвучала возлагаемая надежда. — Если, конечно, ты не испортишься до того, как мы встретимся снова».
И вот они встретились. Теперь Рита Скитер была её начальницей. Она сидела в своём кабинете со страусиными перьями на столе и запахом приторных духов, смешанных с чем-то неприятным, отчего Спиннет невольно задержала дыхание.
Скитер посмотрела на Алисию, которая стояла перед ней с прямой спиной.
«Ты пришла не работать, — сказала Рита, не повышая голоса. — Ты пришла учиться быть безжалостной. Это единственный урок, который я могу тебе дать. Безжалостность и талант — в тебе есть и то, и другое. У тебя есть все шансы стать легендой, не упусти ни одного». — Ответа от Алисии не последовало. Но обе поняли, что новая стажерка именно из тех, кто пойдёт по головам.
Не стоит думать, что она зря училась на Гриффиндоре. Алисия помнила свои принципы, которые выковала в себе, как выковывают меч из негодного железа. Но любое железо может быть переплавлено, если потеряло ценность.
Она назвала список своих принципов «Ведьмин Успех», выучила их от корки до корки, но что самое важное — научилась применять.
принцип №1: не позволять переходить границы работы.
принцип №2: на работе нет подруг.
принцип №3 самый хитрый, он носил название «правило трех раз»: чем точнее вопрос, тем больше возможность соврать, потому что точность — это прямой выстрел издалека, когда жертва успеет увернуться и попить кофе перед этим. Зато чем вопрос запутаннее, тем лучше выводятся люди на правду. И туда-же отнесем «задай один и тот же вопрос три раза, но с разными формулировками — и правда всплывет наружу».
Принцип №4 самый больной: не спасай никого, помогай себе и надейся только на себя. Не жалей, если из этого может выйти годное интервью, потому что жалость — это роскошь, которую «Ведьмин Досуг» не оплачивает даже за надбавку к жалованью.
About this channel
- How can I read @wwmor1 without a Telegram account?
- TGViewer shows the public web preview Telegram publishes for 𝑾𝑯𝑨𝑻’𝑺 𝑾𝑹𝑶𝑵𝑮, 𝑺𝑷𝑰𝑵𝑵𝑬𝑻?| ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕН: recent posts, photos, videos and the subscriber count, with no app, login or account.
- How many subscribers does 𝑾𝑯𝑨𝑻’𝑺 𝑾𝑹𝑶𝑵𝑮, 𝑺𝑷𝑰𝑵𝑵𝑬𝑻?| ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕН have?
- 𝑾𝑯𝑨𝑻’𝑺 𝑾𝑹𝑶𝑵𝑮, 𝑺𝑷𝑰𝑵𝑵𝑬𝑻?| ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕН (@wwmor1) has 54 subscribers on Telegram, refreshed roughly every 30 minutes.
- Does 𝑾𝑯𝑨𝑻’𝑺 𝑾𝑹𝑶𝑵𝑮, 𝑺𝑷𝑰𝑵𝑵𝑬𝑻?| ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕН know I viewed it here?
- No. Public channel previews carry no viewer identity, and TGViewer has no accounts or tracking of what you look up.