Царство леденца

💜💜💜💜💜💜
💜💜💜💜💜💜💜

ВСЕОБЩАЯ АДАПТАЦИЯ ИЛИ УЗАКОНЕННОЕ БЕЗУМИЕ?

Вы только вдумайтесь в этот блестящий бюрократический абсурд! Когда Кингсли Бруствер и его компания объявляли о запуске новой программы адаптации после войны, мы все наивно полагали: ну, покрутят пару месяцев носом перед отпрысками Малфоев и Ноттов, похлопают себя по животам и успокоятся. Но нет! Министерство магии решило пойти ва-банк.

Эта программа — внимание! — касается абсолютно всех студентов. И сирот войны, и полукровок, и чистокровных снобов, и даже тех, кто всю войну просидел под метлой в чулане. Каждого школьника теперь пропускают через министерские сита «психологической реабилитации», курсы толерантности и обязательные беседы о «единстве магического мира».

О, какая трогательная забота о детских умах! Но давайте снимем чиновничьи мантии и посмотрим правде в глаза. Зачем здоровым, пусть и пережившим потрясения детям поголовная «адаптация»? Неужели у Министерства закончились деньги на содержание Азкабана, и они решили превратить сам Хогвартс в исправительный пансион закрытого типа?

Поговаривают, что за закрытыми дверями кабинетов преподаватели уже открыто крутят пальцем у виска, а студенты устраивают тайные бунты в гостиных. Обязательные сеансы «душевного сближения» между заклятыми врагами и незнакомцами — это ли не рецепт идеальной катастрофы? Министерство надеется вылечить общество, но вместо этого закладывает бомбу замедленного действия прямо под фундамент школы.

Управлять поколением, которое прошло через войну, — задача не из легких. Но пытаться загнать их всех в единый стерильный инкубатор? О, Кингсли, поверь мне: это взрывоопаснее, чем ящик взрыв-пузырей на уроке травологии!

Рита Скитер следит за каждым вашим шагом.

💜
третья глава на сайте

пы.сы. пост отложенный, а автор в горах и без связи (но я обязательно вернусь)
#дракомалфой #соулмейты

Кивнул ей на прощание и вышел, мягко задвинув за собой дверь купе.

Поезд вздрогнул, медленно отрываясь от платформы и увозя её прочь из Лондона. Опустившись на бархат дивана, она смотрела на смазанные огни вокзала, чувствуя, как где-то под сердцем наотмашь режет тупая, беспощадная боль.

Она отдала им всё. И только сейчас, увидев эту улыбку, до конца осознала, кому именно передаст своего ребенка через восемь месяцев.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

Ни единой строчки Гарри, ни весточки Рону. Абсолютное, трусливое молчание: смотреть им в глаза, врать, выдумывать оправдания — на это у неё просто не осталось сил.

Под стеклянными сводами вокзала суетились маглы, но на их платформе, где ждал свой час длинный, сверкающий экспресс, было пронзительно тихо.

Никто не пришёл провожать. Никто, кроме него.

Малфой стоял у входа в вагон, затянутый в строгое пальто. Кожаные перчатки плотно обхватывали руки, а пальцы судорожно сжимали тонкую папку с документами. Взгляд блуждал где угодно — на электронном табло, на клубах пара, вырывавшихся из-под колес, на носках собственных ботинок, — только не на ней.

Она перехватила ручку чемодана поудобнее, чувствуя себя до нелепого неловко.

— Ну, я пойду?

— Я провожу.

Шаг сократил расстояние быстрее, чем она успела моргнуть. Его рука решительно легла на ручку чемодана.

— Я сама, на него наложены чары невесомости...

— Исключено, Грейнджер.

Безапелляционный тон не оставлял пространства для споров. Малфой явно собирался выполнять запрет на любые физические нагрузки выполнялся с пугающей, маниакальной точностью.

Он поднялся по ступенькам первым и, обернувшись, протянул ей руку. Гермиона на секунду замерла, а затем неловко вложила свои пальцы в его ладонь. Кожа перчатки была гладкой и прохладной. Опираясь на его руку, она шагнула в вагон.

Внутри вагона растеклась глухая, неестественная пустота. Коридор устилал мягкий ковёр, полностью скрадывающий шаги.

— Мы… — короткая заминка едва заметно полоснула по воздуху. — Мы с Асторией будем навещать тебя. Можно гулять, выходить в город, знакомиться с маглами. Ты не заключенная. Но ни одна живая душа из нашего общего прошлого не должна узнать, где ты и почему.

— Я понимаю.

Золотая клетка. Но этот прут она выковала сама.

Двойные двери купе раздвинулись, открывая взору миниатюрный гостиничный номер на колесах: широкий бархатный диван, кресла, полированный стол красного дерева и дверь в собственную ванную.

Взгляд метнулся к пустому коридору.

— Я выкупил весь вагон, — голос оставался невозмутимым. — Чтобы никто не мешал.

Губы сами собой приоткрылись от изумления. Гермиона округлила глаза.

— Что?!

Легкий толчок в спину заставил сдвинуться с места. Мимолетное касание сквозь плотную ткань мантии отозвалось странным теплом.

— Я взял на себя смелость и заказал тебе питание в дорогу, — продолжил Драко, всё так же избегая её взгляда и разглядывая пейзаж за окном. — Но ты также можешь пользоваться остальными услугами поезда — всё будет записано на наш счет. Только… пожалуйста, не делай ничего такого, что может навредить вам.

Местоимение царапнуло изнутри. Она больше не принадлежала себе. Она стала дорогим сосудом.

— В соседних купе по краям вагона будут мои люди, — добавил он. — Они проследят за тем, чтобы тебе никто не докучал, и выполнят любые твои просьбы. Целители также едут с тобой. И Нотт. И…

Он замялся. Вся его собранность вдруг дала трещину. Папка перекочевала в её руки вместе с серебряной перьевой ручкой. Вся выверенная напускная холодность вдруг рассыпалась в прах.

— Нужно подписать еще пару бумаг. Юридическое право принимать решения по твоим родителям в клинике Германии. Я обо всем договорился.

— О… — только и смогла выдохнуть Гермиона.

Сердце гулко ударилось о ребра. Вот оно. Ради этого всё и затевалось. Беглый взгляд по строчкам — просто убедиться. И прижав листы к полированной стенке купе, размашисто расписалась.

— Вот, — она вернула ему документы.

Папка исчезла во внутреннем кармане пальто. Протяжный гудок паровоза резанул воздух.

— Счастливого пути, Грейнджер. И…

В поднятом взгляде не осталось прежней малфоевской спеси — лишь вина и усталость.

— Спасибо. И прости. Я не должен был втягивать тебя в это.

Гермиона покачала головой, зябко обнимая себя за плечи.

— В ту ночь я тоже должна была думать о последствиях. Астория выглядит… счастливой. Она станет прекрасной мамой.

Имя жены сотворило с ним странное. Плечи распрямились, а на губах расцвела удивительно мягкая улыбка, полностью предавшая его острые, привычно колючие черты.

— Да, — шепотом ответил он.

Заявление об увольнении по собственному желанию упало на стол главы Отдела как снег в разгар июля. Что, учитывая капризы британской погоды, было не такой уж редкостью, но всё же вызвало настоящий шок. До последнего секунды начальник отказывался верить в происходящее.

— Гермиона, это немыслимо! — багровое лицо искривилось от возмущения. — Вы ведете три ключевых законопроекта! Дайте месяц. Если дело в деньгах — я пойду к Министру прямо сейчас, выбью надбавку...

Уговоры, лесть и апелляции к гриффиндорской совести разбивались о глухую стену. Сославшись на тяжёлые семейные обстоятельства, требующие немедленного отъезда за границу, Гермиона настояла на уходе день в день. Шеф проводил её тяжёлым, обиженным взглядом, всё ещё надеясь, что она передумает до конца рабочего дня.

Но если с ним удалось разойтись малой кровью, Меган представляла куда большую проблему.

В кабинете уже ждали. Глаза скользнули по её фигуре, задерживаясь на животе, а затем вернулись к лицу. В этом молчании таилось слишком много.

— Значит, уезжаешь? А что сказал он?

— Это важно для моей семьи, — рука поспешно смахнула в коробку стопку папок, избегая чужого взгляда.

Меган хмыкнула, и в этом звуке проскользнула странная нотка. В нем сквозила уверенность человека, который насквозь видит и липовые семейные обстоятельства, и внезапно появившиеся деньги, и истинные причины побега.

— Ну-ну, — протянула Меган, делая шаг ближе и опуская голос до шёпота. — Семья. Конечно. Только почему-то от этой «семьи» у тебя на лице написано такое отчаяние, будто тебя везут на эшафот.

Паника кольнула под ребрами, но усилие воли заглушило её на корню. Паранойя. Меган и Малфой жили на разных планетах. Ну, пересекались пару раз в министерском лифте, и что? Аристократический круг Астории был для неё недосигаемым. Никто ничего не знает. Это исключено.

Сухое прощание далось на удивление легко.

Палочка Нотта скользнула в воздухе, накладывая на коробку чары незримого расширения. На дно полетели любимые перья, справочники по законам, колдография смеющихся Гарри и Рона с последнего Рождества, треснутая кружка. Каждая вещь отдавалась болью в груди. В коробку летела не канцелярщина — туда прятали саму личность. Гермиона Грейнджер, амбициозный сотрудник Министерства, меняющий этот мир, на ближайшие восемь месяцев прекращала существование.

Последний взгляд на голые стены кабинета резанул по глазам. В кармане мантии жег пальцы плотный картон билета до Парижа. Никакой аппарации или портключей — контракт жестко запрещал любое магическое перемещение, способное навредить ребенку. Малфои выбрали самый надежный магловский способ. Поезд отправлялся в шесть.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

Неделя пролетела незаметно. Дела грозили поглотить с головой, если бы не личный надсмотрщик. Теодор Нотт влился в её будни так органично, будто всегда занимал стул в углу кабинета. Он не просто брал на себя рутину вроде больничных счетов или оплат министерских обедов, он отсекал саму суету, принимая на себя удар чиновников, хлынувших в её приёмную стоило лишь просочиться слухам об уходе.

Безупречная вежливость Нотта граничила с угрозой. Стоило какому-нибудь чиновнику заикнуться о срочных правках, как папка мягко, но не оставляя шансов на возражение, захлопывалась прямо перед носом.

— К сожалению, мисс Грейнджер закрывает важные дела перед длительным отпуском по состоянию здоровья, все вопросы — ко мне.

От этой приторной улыбки за версту разило угрозой.

Гермиона порой замирала над пергаментами, наблюдая за этой картиной со смесью изумления и сюрреалистичного удивления. Человек с тёмным прошлым, чьё имя ещё недавно значилось в расстрельных списках Министерства, теперь охранял её покой по приказу Малфоя.

Хотя удивительно другое. Ни единой живой души не смутило присутствие Нотта. Никто не задал вопрос, почему поверенный Малфоев, заклеймённый прошлым Азкабана, вдруг сопровождает золотую девочку.

Когда за последним посетителем закрылась тяжелая дверь, в пустом кабинете повисла густая тишина. За окнами министерства давно погасли дневные огни, уступая место свету ламп.

Нотт медленно перебирал стопку пергаментов, не поднимая головы, пока кончик пера мерно скрипел по бумаге.

— Издеваешься над ними из чистого садизма или это входит в прайс адвоката Малфоев?— тихо нарушила молчание Гермиона, откидываясь на спинку кресла и массируя виски.

Перо замерло. В поднявшемся взгляде плескалась насмешка.

— Поверь, Грейнджер, для человека, который два года делил камеры с дементорами, разгонять испуганных клерков — это верх гедонизма, — уголки его губ тронула едва заметная ухмылка. — К тому же, Малфой платит щедро. Именно за то, чтобы никто не смел отвлекать тебя от… более важных задач.

— Не сомневаюсь, — сухо бросила она, отводя взгляд к окну. — Передай своему нанимателю, что ты отрабатываешь галеоны на совесть. Завтра я сдам последний отчет, и этот цирк закончится.

Теодор склонил голову набок, изучая её.

— Цирк только начинается, дорогая. Просто арена станет чуть более закрытой.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

— Что-то не так? — голос упал до хрипоцы. Внутри всё сжалось от дурного предчувствия.

Целительница не ответила сразу.

— Ребёнок развивается нормально, но есть показатели, которые вызывают… вопросы.

— Какие вопросы?

— Магический фон нестабилен. Организм испытывает сильный стресс и истощение.

Горькая усмешка сорвалась с губ раньше, чем удалось её подавить. Удивительно. Может, дело в том, что последние недели ушли на подсчёт жалких сиклей и попытки не сойти с ума?

— Лорд Малфой предусмотрел этот фактор. С сегодняшнего дня вы переходите на особый режим. Никакой работы в Министерстве, строгий распорядок дня, питание и постоянное наблюдение.

— Подождите, никакой работы? Вы хотите запереть меня здесь?

— Не здесь. В специально подготовленном загородном доме под надзором специалистов.

Воздух в груди застрял, готовый выплеснуться яростью, но створка двери тихо скрипнула.

Драко Малфой стоял на пороге, засунув руки в карманы тёмного пальто. Бледное лицо осунулось, а под глазами проступили тени. От одного его вида внутри всё завязалось в болезненный узел. К горлу подкатила горячая волна беспомощной злости.

— Прекрасно, — выдохнула она, скрещивая руки на груди и глядя прямо ему в глаза. — Нам как раз есть, что обсудить. Я не покину работу.

Драко не сдвинулся с места. Взгляд серых глаз скользнул по напряжённой фигуре, по складкам белого больничного халата, цепляясь за каждую чертус жадностью человека, сомневающегося в реальности происходящего.

— Твоя работа, Грейнджер, сейчас не имеет никакого значения.

Тихий голос звенел сталью, о которую разбивались любые возражения.

Створка двери мягко щёлкнула, выпуская целительницу в коридор и оставляя их двоих в стерильной белизне кабинета.

— Для тебя, может, и не имеет! Но я не собираюсь сидеть под домашним арестом в твоем проклятом поместье, как дорогая племенная кобыла! У меня есть жизнь, обязанности...

— Ты носишь наследника Малфоев.

Брошенный аргумент повис в воздухе. Расстояние между ними сгорело в мгновение ока. Предельное напряжение сквозило в каждом движении. Он явно держался на последнем издыхании. Его близость принесла холод улицы и запах табака.

— Думаешь, мне доставляет удовольствие расставлять эти клетки? Думаешь, я спал хоть одну ночь с тех пор, как Астория вернулась из того кафе?

Такая внезапная откровенности обожгла сильнее крика. Заготовленная тирада рассыпалась пеплом.

Гермиона замерла, ошеломлённая неожиданной откровенностью. Вся её заготовленная тирада рассыпалась в прах.

— Это условие договора, — тишина наполнилась тяжестью. Взгляд метнулся к её животу и тут же обжёг глаза ответным уколом. — И я прослежу, чтобы ты была в безопасности. Хочешь ты этого или нет.

Створка двери мягко щёлкнула, выпуская целительницу в коридор и оставляя их двоих в стерильной белизне кабинета.

— Мне нужно в Министерство, — выдохнула она, вскидывая подбородок, чтобы не показывать, как дрожат колени. — Моё внезапное исчезновение поднимет волну. Через час весь Департамент будет гудеть, а к вечеру об этом узнает «Пророк». Слухи о моей беременности дойдут до прессы раньше, чем вы успеете спрятать меня в своём загородном тайнике. Тебе же этого не нужно?

Драко резко отпрянул, запуская пальцы в светлые пряди и с силой стискивая виски. Несколько секунд он молча смотрел в пол, переживая внутреннюю бурю, а затем поднял на неё потемневший взгляд.

— Черт с тобой, — процедил он сквозь зубы, резко выдыхая воздух. — Семь дней на то, чтобы закрыть дела, передать отчёты и подготовить почву. Никаких фокусов, Грейнджер. За тобой будут присматривать круглые сутки.

— Присматривать? Что это значит? Ещё один твой цепной пёс под дверью кабинета?

— Это значит, что один из моих людей будет сопровождать тебя везде, кроме туалетной кабинки. Никаких ночных задержек на работе, никаких одиночных визитов в косые переулки. Неделя, Грейнджер. И ни часом больше.

— Меня устроит и это, — сквозь зубы бросила она, скрещивая руки на груди, хотя внутри всё протестовало против такого поводка.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

Тяжёлая дубовая дверь отворилась сама за секунду до того, как Гермиона успела подняться по ступеням.

В холле не было суеты. Светлый полированный камень пола отражал сдержанный блеск ламп, а воздух пал не больничным спиртом, а ненавязчивым приятным ароматом.

— Мисс Грейнджер. Мы ждали вас, — раздался спокойный, лишённый всяких эмоций голос.

Женщина в безупречно белой мантии поверх строгой формы стояла в середине холла. Волосы убраны в идеальный узел, на груди поблёскивал серебряный знак высшей медицинской квалификации.

— Следуйте за мной, пожалуйста, — кивок был вежливым, но холодным, не допускающим возражений.

Они миновали просторный коридор с высокими арочными окнами, за которыми серебрился под дождями парк. Шаги тонули в плотных дорожках.

— Здесь всё готово. Переоденьтесь, халат на кушетке, — целительница приоткрыла дверь светлой палаты. — Проведем стандартный комплекс диагностических чар. Абсолютно безопасных для вашего срока.

Гермиона замерла на пороге. Кабинет больше напоминал лабораторию алхимика или высокотехнологичную лабораторию: ни устрашающих магических артефактов, ни привычного магловского оборудования. Только залитое дневным светом пространство и слепящая белизна стен.

— Долго мы здесь пробудем? — вышло суше, чем планировалось.

Взгляд целительницы скользнул по лицу — профессионально-оценивающий, отстранённый.

— Ровно столько, сколько потребуется, чтобы убедиться в безопасности ребёнка, мисс Грейнджер. Лорд и леди Малфой уделяют здоровью будущего наследника первостепенное внимание.

Дверь за спиной мягко защелкнулась.

— Постарайтесь расслабиться. Мы здесь для того, чтобы вам помочь.

Сегодня мне на годик больше, чем вчера! ✨
Лучший и самый приятный подарок для автора — это отзывы и репост моих работ. А еще я буду очень рада просто вашим искренним поздравлениям и пожеланиям в комментариях ❤️
С вас вовлеченность, а с меня — много классного контента на этой неделе! 😏

Гермиона Грейнджер и тайна леденца
Вольная
Вуаль ночных секретов
Их сын, Волан-де-Морт (перевод)
Миссия «Малфой»: Протокол 14 февраля

И много других на фикбуке

Гермиона сидела за столом, механически перебирая почту. Голова гудела после бессонной ночи. Вчерашний разговор в кафе казался лихорадочным бредом, страшным сном, от которого хотелось проснуться в привычной тишине собственной квартиры. Но реальность ударила наотмашь, стоило заметить среди счетов и отчётов объёмный конверт глубокого изумрудного цвета с сургучной печатью Малфоев.

Пальцы дрогнули, срывая воск. Внутри обнаружилась плотная папка бумаг, сшитая шёлковой нитью. Малфои учли всё: рисковать магическими договорами во время беременности никто бы не стал, поэтому документ составили по строгим магловским канонам.

Перед глазами всё ещё стояло бледное, почти прозрачное лицо Астории. Её тихий голос звучал в ушах: «Мы не останемся в долгу… Подари ребёнка…»

Всё это казалось невероятны. Женщина, умоляющая отдать ей ещё не рождённого малыша. И она всерьёз обдумывающая эту сделку.

Но стоило дойти до пункта о передаче ребёнка, воздух окончательно застрял в горле. На бумаге всё выглядело ещё безжалостнее, чем за чашкой остывшего чая.

«Мисс Грейнджер.
Для вступления контракта в силу и составления точной медицинской карты требуется предварительный осмотр у профильного специалиста. Поскольку использование магии и трансгрессии на вашем сроке категорически противопоказано, внизу здания вас ожидает экипаж.
(Мы учли ваши особенности: это магловский автомобиль с водителем). Просим вас не задерживаться.
Т. Нотт»

Бумага зашуршала, сминаемая в кулаке. Малфои просчитали каждый её шаг, каждый страх, каждый неоплаченный счёт в Мунго. Они знали, что у неё нет выхода.

— Вы думаете, что я вру?! — бросила она в пустоту кабинета, до боли впиваясь ногтями в ладони.

Гнев схлынул так же резко, как накатил, сменившись леденящей пустотой. Выбора не было. Либо спасение родителей ценой ребёнка, либо холодное забвение в палате Святого Мунго, где её отец разучится складывать кораблики, а мать перестанет узнавать её по голосу.

Пальто накинуто на плечи в спешке. Шаги гулко отдавались в пустом коридоре министерского атриума, выводя наружу, под промозглый лондонский дождь. У главного входа, выделяясь на фоне стандартных министерских кэбов, замер чёрный седан с наглухо затонироваными стёклами. Водитель в строгом костюме бесшумно сошёл с места и приоткрыл заднюю дверцу.

Она помедлила секунду, втягивая носом сырой воздух, а затем шагнула внутрь.

Машина тронулась мягко: никаких резких рывков, к которым Гермиона привыкла при трансгрессии или в министерских лифтах. Было тихо. Водитель не оборачивался и не задавал лишних вопросов, словно вез не живого человека, а ценный груз.

Грейнджер прижалась лбом к прохладному стеклу. Мысли путались, сменяя друг друга с лихорадочной скоростью. Куда её везут? В поместье Малфоев или в частную клинику, спрятанную за десятками защитных чар?

Пейзаж за окном постепенно менялся. Оживленные улицы центра сменялись тихими, элитными пригородами, где за высокими оградами прятались старинные особняки. Наконец машина свернула на уединенную аллею, засаженную вековыми тисами, и плавно затормозила у массивных кованых ворот.

Это был не Мэнор. Перед ней возвышалось строгое, элегантное здание из светлого камня, окруженное ухоженным парком. Никакой показной, готической мрачности — скорее, элитный санаторий или закрытый исследовательский центр, принадлежащий роду Малфой.

Дверца бесшумно открылась снаружи. Водитель молча ждал, пока она выйдет.

Она глубоко вздохнула, посильнее запахнула пальто и шагнула на влажный гравий. Дороги назад не было.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

Кафе «Амбер» оказалось полупустым магловским заведением с тусклым светом и запахом дешёвого кофе. Пожилой работник в фартуке молча кивнул на её растерянный взгляд и сам проводил её в самый дальний угол, за плотную плетёную ширму.

Сжав кулаки в карманах пальто, Гермиона решительно шагнула за перегородку, готовясь встретить Драко, его холодный взгляд и неизбежные объяснения. Но за столом сидел не он.

Астория Малфой в простой тёмной мантии сидела с безупречной осанкой. Ни единого суетливого движения.

Сердце ухнуло куда-то в район желудка. Их глаза встретились. Во взгляде Астории было только жутковатое спокойствие человека, который пришёл сюда по собственной воле.

Гермиона на ватных ногах опустилась на стул напротив. Воздух за ширмой казался наэлектризованным.

— Почему ты здесь? — голос предательски дрогнул.

— Какой чай ты будешь? Взять тебе десерт? — будничным тоном поинтересовалась она, словно они были старыми знакомыми, случайно встретившимися за ланчем.

Моргнув, Гермиона попыталась справиться с выбившим из колеи светским тоном.

— Р-ромашковый. Нет, десерт не нужно.

Поднявшись, та подошла к кассе и, ничуть не смущаясь магловских технологий, расплатилась бумажными фунтами. Пока ждали заказ, пальцы добела вцепились в край стола. Ей никогда в жизни не было так паршиво.

Одно дело — совершить ошибку с Малфоем. И совсем другое — сидеть здесь, лицом к лицу с его женой. Тошнота, и без того мучившая по утрам, подкатила к горлу удушливым комом вины.

Вскоре Астория вернулась, поставив на стол две кружки.

Они молчали. Уставившись на поднимающийся от чая пар, Гермиона не решалась поднять глаза. Затем Астория сделала маленький глоток и заговорила:

— Мы возьмём на себя все финансовые и юридические вопросы. Лучшие закрытые клиники, полная анонимность.

Выдохнув, Грейнджер подумала: значит, Малфой всё-таки прислал жену с чековой книжкой, чтобы откупиться от бастарда и тихо замять скандал. Как предсказуемо.

— Понятно, — процедила она, чувствуя, как вина сменяется злостью.

— Полное медицинское сопровождение, — ровно продолжила Астория. — Лучшее питание и уход. На все девять месяцев.

Нахмурившись от нахлынувшего непонимания, Гермиона резко выдохнула:

— Ч-что?!

Астория со стуком поставила кружку на стол. Её лицо на секунду дрогнуло, выдавая внутреннее напряжение.

— Я прошу тебя выносить этого ребёнка для нас. Мы просим.

Мир вокруг замер. Шум кофемашины за ширмой словно растворился.

— Что ты такое говоришь? — сдавленно вырвалось в ответ.

— Прошу, Гермиона, — та подалась вперёд и, нарушая все правила приличия, крепко схватила её за руки. Ледяные пальцы мелко дрожали. — Родовое проклятие не позволит мне выносить его. Если я забеременею, я умру. Я так хочу быть матерью… но не могу. Роди его для нас, прошу тебя. Мы не останемся в долгу.

В её глазах стояли слёзы — искренние и отчаянные слёзы женщины, у которой отняли главное. В голове всё смешалось. Слова о справедливости, пустые глаза родителей в палате Мунго, неоплаченные счета… И эта женщина, умоляющая подарить жизнь ребёнку, которого собирались уничтожить.

Опустив взгляд на сцепленные руки, Гермиона прокрутила в мыслях: Мы не останемся в долгу.

Магловские врачи давно отказались от родителей. Целители Мунго разводили руками, ссылаясь на нехватку средств. Зато они были у Малфоев.

Мысль пронзила разум вспышкой молнии. Медленно высвободив руки, она спросила:

— Сколько?

Астория поняла всё с полуслова.

— Достаточно, чтобы вылечить их, Грейнджер. Достаточно для лучших экспериментальных клиник в мире, — голос вновь обрёл твёрдость. — И достаточно, чтобы после того, как ты родишь, ты исчезла из нашей жизни навсегда.

Она знала, на что давить. Очевидно, Астория Малфой навела справки.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

✨✨✨

Утро началось с тихого стука в окно. Серая сипуха аккуратно опустила на стол плотный кремовый конверт и тут же бесшумно взмыла обратно в лондонское небо, растворившись в сырой дымке.

Гермиона замерла с чашкой в руке, ещё не до конца осознав происходящее. На кухне было тихо: только мерно тикали старые часы да капал кран. В последнее время её утра состояли из этого монотонного уединения и попыток рассчитать оставшиеся галлеоны.

Оставив остывающий чай, она протянула руку. Плотный, дорогой пергамент ощущался под пальцами чужеродно среди дешёвой магловской посуды и стопки рабочих бумаг. Конверт поддался сразу, открывая знакомый, резкий почерк.

«Сегодня в семь вечера. Кафе «Амбер» в тупике Питт-стрит.
Прости за срочность, но мне очень нужно, чтобы ты пришла. Пожалуйста.
Д.М.»

Письмо опустилось на стол медленно. Малфой не стал устраивать истерик и не попытался запугать: он просто попросил. От этой сдержанности и неуместного в их прошлом «пожалуйста» становилось только страшнее.

Мысль не идти возникала почти сразу. Хотелось забаррикадироваться в квартире, обновить защитные чары на двери и наложить на саму себя обливиэйт, лишь бы сделать вид, что никакого письма не существует. Сделать вид, что она по-прежнему живет обычной жизнью.

Но тяжесть внизу живота и очередной неоплаченный счёт из Мунго, придавленный снизу чашкой, возвращали к действительности. От реальности не спрятаться.

Продолжение наследника уже завтра 🫀

Слова оставили в душе выжженный след. Малфой смотрел на её хрупкую фигуру, чувствуя, как внутри разливается липкая, удушливая волна омерзения к самому себе. Сделать болезнь жены разменной монетой, выставить их трагедию напоказ перед Грейнджер. Это было низко, грязно и уничтожало последние крохи его достоинства. Но ещё сильнее его пугала мысль, что этот план Астории был их единственным шансом спасти то, что ещё не успело погибнуть.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

✨✨✨

Утренний туман полз по траве парка, заглядывая в высокие окна малой столовой Мэнора. Завтрак проходил в привычном безмолвии. Длинный стол из светлого дуба, рассчитанный на добрый десяток гостей, разделял супругов пустыми пространствами: они сидели не слишком близко, чтобы игнорировать друг друга, но слишком далеко, чтобы коснуться хотя бы рук. Звук серебряной ложечки, рассеянно бьющейся о край фарфоровой чашки с остывшим кофе, гулким, неуютным эхом разносился под высокими сводчатыми потолками, подчёркивая мёртвую тишину дома. Ночью Драко так и не сомкнул глаз, то и дело сжимая в кармане брюк перстень, который продолжал испускать едва ощутимое, призрачное тепло.

Астория сидела напротив, бледная, почти прозрачная в холодном утреннем свете. Фарфор сухо звякнул о блюдце, оборвав затянувшееся эхо ложки. Супруги не ссорились уже слишком давно, с тех пор как окончательно смирились с приговором целителей.

— Гобелен в восточном крыле, — её шёпот заставил Драко замереть. — Я ходила туда на рассвете. Ткань пустила новую нить. От твоего имени.

Дыхание перехватило так резко. Земля под ногами качнулась. В памяти мгновенно вспыхнули сухие слова Грейнджер и измятый министерский пергамент на его столе. Супруги не ссорились уже слишком давно, с тех пор как окончательно смирились с приговором целителей.

— Тори, послушай, — хрипло начал он, подаваясь вперёд через стол и накрывая её ладонь своей. — Это была ош...

— Древо не ошибается, — её лицо оставалось пугающе спокойным. — И ты сам это знаешь. Моя ветвь бесплодна, колдомедики закрыли этот вопрос ещё в прошлом месяце. Моя кровь мертва. Но роду нужен наследник.

Перед глазами на секунду возник серый кабинет в Мунго и пожилой целитель, который упорно отводил взгляд, подписывая пергамент с гербом больницы. По дороге назад Астория вела себя пугающе тихо — просто смотрела на свои сложенные на коленях ладони всю дорогу, не проронив ни звука. Эта тишина тогда испугала его больше любого крика. И вот теперь она смотрела на него тем же взглядом, но в глубине зрачков горело что-то отчаянное.

— Моя кровь мертва, — повторила она, и этот шёпот вернул его в реальность. — Но роду нужен наследник. Тебе он нужен.

— Но это будет не наш ребёнок!

— Он твой! — впервые за долгие месяцы в её голосе прорезалась сила. Жена резко подалась через стол, и её пальцы мёртвой хваткой впились в его запястье. — В нём твоя кровь. Это единственное, что имеет значение.

Она тяжело выдохнула, борясь с подступающим приступом сухого кашля, и прижала платок к губам. Когда рука опустилась, её лицо снова превратилось в маску чистокровного самообладания.

— Кто она?

Малфой прикрыл глаза. Воздух со свистом покинул лёгкие, словно под прямым ударом Круциатуса. Собственное признание казалось грязным, ломающим всё его существо:

— Гермиона Грейнджер.

Пальцы Астории мгновенно разжались, отпуская его руку. Она медленно откинулась на спинку стула, уставившись куда-то мимо него.

В звенящем молчании Драко видел, как на её бледном лице дрогнул мускул, как побелели губы, сдерживая рвущийся наружу протест чистокровной наследницы. Но секунда прошла, и она медленно кивнула.

— Она уже требовала от тебя?

— Нет, — Драко покачал головой, не глядя ей в глаза. — Она ничего не требовала. Просто бросила фразу в коридоре Министерства.

— Я хочу с ней встретиться.

— Нет, это исключено. Я сам всё решу.

— Ты её не переубедишь, Драко, — её голос всё-таки дрогнул. — Для неё этот ребёнок — ошибка, позор и клеймо на всю жизнь. Твоё появление только заставит её быстрее дойти до колдомедиков или магловский врачей. А я… Что может быть убедительнее умирающей, бесплодной жены, готовой вымолить у неё этот единственный шанс?

✨✨✨

Дождь настырно бился в витражные окна Малфой-Мэнора, заглушая привычные звуки огромного, полупустого дома.

Слова Грейнджер, брошенные сухим шёпотом у самого плеча на министерском совещании, стояли в ушах весь вечер.

«Я беременна».

Драко раз за разом пытался убедить себя, что это министерский гул исказил слова, что мозг, изнурённый мигренью, просто выдал бред. Но измятый свиток с министерским отчётом, так и оставшийся лежать на краю письменного стола, наглядно доказывал обратное. Его пальцы сжали пергамент с такой силой, что порвали плотную бумагу.

В кабинете пахло горьким дымом и едва уловимым, сладковатым ароматом медикаментов, которые Астория принимала горстями.

На кушетке у камина, укутанная в шерстяной плед, спала жена. Она угасала тихо, без жалоб и слёз, словно уходила по капле каждый день, оставляя после себя лишь невесомый призрак той девочки, на которой он женился. Проклятие крови не оставляло им шансов. Ни на долгую совместную жизнь, ни на наследника, которого так отчаянно требовал его отец в каждом письме.

Ребёнка, о котором они когда-то мечтали сами.

Когда Астория беспокойно зашевелилась во сне, Драко подошёл ближе и аккуратно поправил сползающий плед. Её ладонь, сухая и холодная, даже не сжалась в ответ на его прикосновение.

Он вернулся к столу, сел в кресло и поднёс кольцо к самому лицу. Старинное серебро, потемневшее от времени. Чистокровные семьи веками укрепляли свои узы кровью, вплетая в родовые артефакты сложные охранные чары. Перстень главы рода обязан был откликнуться на появление новой ветви, если в ней текла кровь Малфоев.

Острие серебряного ножа для бумаг блеснуло в тусклом свете ламп. Быстрое движение оставило на подушечке пальца влажный красный след, который тут же упал на потускневшее серебро. Прошептав заклинание на латыни, он затаил дыхание.

Серебро отозвалось не сразу. Сначала по ободку прошла едва заметная рябь, смывая багровую каплю, а затем в самой глубине чёрного жемчуга загорелся тусклый багровый огонёк. Он пульсировал медленно и тепло, в такт едва зародившемуся сердцебиению.

Это не было ошибкой.

Комната качнулась, уходя из-под ног. Грейнджер беременна от него. И у неё хватит упрямства, злости и гордости, чтобы пойти к маглам, стереть эту министерскую случайность, замуровать себя за привычной железной стеной и вычеркнуть его имя из своей памяти навсегда.

Багровая пульсация на его пальце продолжалась. Ладони закрыли лицо, до боли прижимаясь к воспалённым глазам.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

Сегодня по плану две главы Наследника 😎
Ожидайте, скоро

✨✨✨

Межведомственное совещание по распределению бюджета показалось Гермионе изощрённой пыткой. Зал заседаний был забит до отказа: душный воздух, едкий запах пергамента и приторный аромат дешёвого маршрута заставляли желудок сжиматься в тугой узел.

Место на самом краю длинного стола из тёмного дуба было единственным спасением. Она сидела замерев, глядя в одну точку и стараясь дышать как можно медленнее, через раз, лишь бы не спровоцировать очередной приступ тошноты.

Малфой сидел во главе стола, рядом с главой попечительского совета. Идеально скроенная чёрная мантия, платиновые волосы, собранные волосок к волоску, и фамильный перстень на бледной руке, небрежно лежащей на бумагах.

Глаза невольно зацепились за его манжеты — ослепительно белые, выпущенные ровно на полдюйма из рукава, скреплённые запонками из чёрного жемчуга. Всего одна такая деталь его безупречного гардероба должно быть стоила больше, чем весь экспериментальный курс зелий в Мунго, ради которого Грейнджер выворачивала карманы наизнанку и унижалась перед гоблинами. От этого контраста к горлу подступила волна злости. Он казался безупречным глянцевым манекеном. За два часа он ни разу не повернул головы в её сторону, лишь изредка кивал чиновникам и внося аккуратные правки в свитки.

Для этого человека той ночи просто не существовало. Как не существовало и самой Гермионы Грейнджер.

Скрежет разъезжающихся кресел и гул разом заговоривших голосов возвестили об окончании заседания. Гермиона нарочито медленно собирала свои свитки, выжидая, пока основная масса волшебников хлынет к дверям. Ей нужно было дождаться правильного момента.

К выходу он двинулся в числе первых. Шёл размеренным, уверенным шагом, на ходу выслушивая торопливый доклад помощника из Департамента магического хозяйства.

Она скользнула в коридор, точно рассчитав траекторию, и вклинилась в поток людей прямо позади него.

В узком проходе у самых дверей, где шум коридора глушил шорох министерских одежд, суета уходящих создала секундную иллюзию уединения. Она подошла вплотную. На мгновение её окутал его запах, мгновенно вызвавший в памяти скрип постели и темноту дешёвого номера. Дыхание перехватило. Один шаг в сторону, и она уйдёт, унесёт эту постыдную тайну с собой. Но накопившаяся усталость и нежелание оставаться один на один с этой безысходностью толкнули её вперёд.

Головы она так и не повернула. Смотрела строго перед собой, на тёмную обшивку дверного косяка. Её голос, сухой и тихий, прозвучал только для него:

— Я беременна.

Шаг его оборвался так резко, будто он врезался в невидимую стену. Доклад помощника захлебнулся на полуслове — он умолк, не понимая, почему начальник вдруг замер в проходе. Бледные пальцы Драко судорожно впились в свиток с отчётами, с хрустом сминая бумагу. Но аристократическая выучка сработала мгновенно: челюсти напряглись, плечи распрямились, и на лицо вернулась непроницаемая маска абсолютного безразличия.

Гермиона не стала дожидаться, пока он повернётся. Сделав шаг в сторону, она их и быстрым шагом двинулась по коридору к лифтам.

Золочёные решетки открылись вовремя. Она шагнула в тесную кабину, тяжело опираясь спиной на холодную металлическую стенку, и нажала кнопку спуска. Как только створки со звоном сошлись, отрезая её от внешнего мира, накопленный адреналин резко схлынул. Колени подогнулись, а мелкая, неконтролируемая дрожь прошила всё тело от макушки до пят. Воздуха катастрофически не хватало: грудная клетка ходила ходуном, а пальцы, сжимающие край мантии, никак не удавалось разжать. Страх накрыл с головой. Она только что бросила в лицо Малфою то, от чего собиралась избавиться в тишине и забвении. Пустота внутри взорвалась тысячей осколков, оставляя после себя жгучую панику: назад дороги больше не было.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона

✨✨✨

Дымящаяся чашка чая опустилась на заваленный отчётами стол на следующее утро. В глазах Меган больше не было вчерашней жалости. Она молча приняла очерченные границы и больше ни разу не заикнулась ни о крошечных пинетках, ни о первых улыбках младенцев.

Приторно-сладкий запах ромашки мгновенно заполнил тесный кабинет. Гермиона судорожно сглотнула, прижимая тыльную сторону ладони к губам, и зажмурилась. Очередной спазм тошноты накатил. Ей потребовалось несколько секунд и пара глубоких, контролируемых вдохов через нос, чтобы вернуть контроль над собственным телом. Когда она открыла глаза, Меган уже сидела напротив. В её взгляде больше не было вчерашней жалости. Она молча приняла очерченные границы и больше ни разу не заикнулась ни о крошечных пинетках, ни о первых улыбках младенцев.

Уже у самой двери, взявшись за круглую медную ручку, Меган вдруг остановилась и обернулась.

— Я понимаю, что ты привыкла всё тащить сама, — её тон, ровный и деловой, лишал разговор ненужного драматизма. — Но если ты собираешься в хорошую частную клинику, где всё сделают безопасно и без лишних вопросов… это будет стоить приличных денег. Магловских фунтов.

Гермиона медленно отложила перо, чувствуя, как под воротником блузки напряглись мышцы шеи.

— Тот парень, с которым ты переспала. Он вообще в курсе?

— Нет. И я не собираюсь его впутывать.

— А зря, — отрезала Меган. — Послушай меня, Грейнджер. В той постели вас было двое. Ошибку вы совершили вместе, так почему всю тяжесть последствий должна нести только ты? Заставь его оплатить медицинские счета. Пусть возьмёт на себя хотя бы эту часть ответственности. Это просто справедливо.

Дверь тихо захлопнулась, оставив её наедине с поднимающимся над чашкой паром.

Первой реакцией был яростный протест. Сказать Малфою? Увидеть на его лице фирменную презрительную ухмылку или, что ещё хуже, отвращение? Просить у него денег? Ей хотелось вычеркнуть его, стереть ту ночь из памяти, справиться самой и остаться независимой — так, как она привыкла поступать всегда.

«Это просто справедливо»

Взгляд скользнул к выдвинутому ящику стола, где лежал спрятанный буклет. На последней странице, прямо под перечнем медицинских рисков, значились расценки частной магловской клиники. Сумма за приём, ультразвуковое исследование и саму процедуру выглядела приговором. Гермиона мысленно пересчитала свои скудные магловские ресурсы. После набега на три аптеки, где она в панике скупила два десятка тестов, в кошельке осталось от силы пятнадцать фунтов. Этого не хватило бы даже на оплату консультации врача, не говоря уже о медикаментах и самой операции.

Помощи ждать было неоткуда. Гринготтс закрыл двери, а министерского жалованья, которое она сразу же меняла на оплату палаты в Мунго, едва хватало на аренду квартиры. Чтобы наскрести нужную сумму, ей пришлось бы продать последние памятные вещи, включая мамины книги, или просить взаймы у Гарри, что неминуемо вызовет лавину расспросов, честных ответов на которые у неё не было.

А Малфой тем временем продолжал жить в своём безупречно отреставрированном поместье, носить мантии идеального кроя и спускать в ресторанах за один вечер больше, чем она зарабатывала в Министерстве за неделю. Он был там, в том пабе. Он пил тот же проклятый огневиски. Его пальцы расстёгивали пуговицы на её блузке. Он виноват ровно наполовину.

Так почему она должна выворачиваться наизнанку и пересчитывать сикли, пока он даже не подозревает о последствиях их общего безумия?

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #драмиона #dramione

Сегодня в 18:00 (МСК) также ожидайте "Наследника" 🫀

💜💜💜💜💜💜
💜💜💜💜💜💜💜

💜
глава вторая

— Она увидела меня в туалете на третьем этаже.

Блейз нахмурился, вникая в смысл сказанного:

— И?

— И ничего.

— У тебя какая-то нездоровая тяга к этому месту и к фамилии Поттер. Зря ты всё-таки ввязывался в эти игры с Асторией, крыша окончательно съезжает.

#дракомалфой #соулмейты