Заявление об увольнении по собственному желанию упало на стол главы Отдела как снег в разгар июля. Что, учитывая капризы британской погоды, было не такой уж редкостью, но всё же вызвало настоящий шок. До последнего секунды начальник отказывался верить в происходящее.

— Гермиона, это немыслимо! — багровое лицо искривилось от возмущения. — Вы ведете три ключевых законопроекта! Дайте месяц. Если дело в деньгах — я пойду к Министру прямо сейчас, выбью надбавку...

Уговоры, лесть и апелляции к гриффиндорской совести разбивались о глухую стену. Сославшись на тяжёлые семейные обстоятельства, требующие немедленного отъезда за границу, Гермиона настояла на уходе день в день. Шеф проводил её тяжёлым, обиженным взглядом, всё ещё надеясь, что она передумает до конца рабочего дня.

Но если с ним удалось разойтись малой кровью, Меган представляла куда большую проблему.

В кабинете уже ждали. Глаза скользнули по её фигуре, задерживаясь на животе, а затем вернулись к лицу. В этом молчании таилось слишком много.

— Значит, уезжаешь? А что сказал он?

— Это важно для моей семьи, — рука поспешно смахнула в коробку стопку папок, избегая чужого взгляда.

Меган хмыкнула, и в этом звуке проскользнула странная нотка. В нем сквозила уверенность человека, который насквозь видит и липовые семейные обстоятельства, и внезапно появившиеся деньги, и истинные причины побега.

— Ну-ну, — протянула Меган, делая шаг ближе и опуская голос до шёпота. — Семья. Конечно. Только почему-то от этой «семьи» у тебя на лице написано такое отчаяние, будто тебя везут на эшафот.

Паника кольнула под ребрами, но усилие воли заглушило её на корню. Паранойя. Меган и Малфой жили на разных планетах. Ну, пересекались пару раз в министерском лифте, и что? Аристократический круг Астории был для неё недосигаемым. Никто ничего не знает. Это исключено.

Сухое прощание далось на удивление легко.

Палочка Нотта скользнула в воздухе, накладывая на коробку чары незримого расширения. На дно полетели любимые перья, справочники по законам, колдография смеющихся Гарри и Рона с последнего Рождества, треснутая кружка. Каждая вещь отдавалась болью в груди. В коробку летела не канцелярщина — туда прятали саму личность. Гермиона Грейнджер, амбициозный сотрудник Министерства, меняющий этот мир, на ближайшие восемь месяцев прекращала существование.

Последний взгляд на голые стены кабинета резанул по глазам. В кармане мантии жег пальцы плотный картон билета до Парижа. Никакой аппарации или портключей — контракт жестко запрещал любое магическое перемещение, способное навредить ребенку. Малфои выбрали самый надежный магловский способ. Поезд отправлялся в шесть.

#наследникпоконтракту@wr_chuchu #dramione #драмиона