Я вообще-то к интроекции вроде не склонна: все подвергаю сомнению, задаю вопросы, сомневаюсь в авторитетах. Но блять не в ситуации смертельного ужаса, социальной незащищенности и постоянной угрозы (как оказалось).

Мне кажется, интроекция в кризисе не столько защищает от переживания чего-либо, сколько позволяет расширить себя в ситуации, когда чувствуешь себя дохлой хрупкой поганкой на тонкой ножке, которой вот-вот ветер перемен переломает хребет. Ты заглатываешь убеждения, мнения, а может даже целые идеологии и коллективные переживания — и вот уже не они угрожают тебе, а ты сливаешь с ними и опираешься на них.

Как будто тебе нужны костыли. Так нужны, что ты засовываешь их себе прямо в тело. Так интроекция защищает от хаоса, одиночества, отсутствия внутренних ориентиров и распада идентичности. На войне и в кризисе люди постоянно отрыгивают интроекции, говоря лозунгами, фразами из телевизора итд. Потому что опереться на собственное мнение невозможно — ты на грани полураспада от ужаса и тревоги. Интроекция позволяет быстро получить готовую внутреннюю структуру, и вместо мучительного поиска собственных ответов психика использует уже существующие. Этот механизм, кстати, пропаганда и взламывает, но это уже другая тема.

Самая удивительная форма интроекции — это интроецирование агрессора. Моей психике было гораздо проще впустить в себя все социальное напряжение и всю коллективную ненависть, чем сопротивляться ей. Это действительно дало защитный эффект надолго: вместо того, чтобы бояться, расстраиваться, оскорбляться — и чувствовала полное согласие с агрессивной средой, а себя — всем тем, как называют таких, как я (от орка до бенедеровки — всё это я, да).

Парадоксально, но присоединение к этому привело к успокоению и ощущению себя в безопасности благодаря временному снятию внешних конфликтов и какому-то принятию своей судьбы.

Но такие интроекты токсичны. Они, по сути, как раковые клетки, размножаются внутри ощущением, что ты плохая, никчемная, таких как ты не должно быть, вся твоя жизнь это культурная ошибка, — а с другой стороны, да, тебя можно бомбить, пытать депривацией сна, холодом, нормальная жизнь, твоя, собственная.

В общем, некоторое время я всё это выплевывала и продолжаю, наверное. Много хорошего из питательных веществ я оттуда всё же взяла: ответственность, понимание разных культурных и исторических перспектив, толерантность к разному отношению к себе, в конце-концов. Но ошметки вот этого припизженного состояния иногда откашливаются до сих пор, возвращая мне чувство неотторжимого собственного достоинства.

И это, конечно, большое сокровище, что-то типа жемчужины, откопанной в вонючем перегное. Я теперь до этих унизительных внутренних интроектов что в себе, что в других, крайне чувствительна. Я слышу их, как молодое ухо слышит пищание включенной электрической лампочки. Очень в работе помогает.

А у вас что-то есть по ощущением внутреннее, но не своё или непереваренное? В комментариях разрешается плеваться!!1!