Дебелый натурализм совершенно необходим для понимания феномена сознания. Методологически следует занять инстанцию иллюзионизма и элиминативизма. Но натуралистически понять сознание невозможно. Грубый натурализм нужен не для этого. Только из этой позиции тупости становится видна – именно видна – природа сознания. Для иллюзионистов, этих махровых редукционеров, сознание представляет собой иллюзию – форму небытия. Как это прекрасно. Но даже самые упёртые из редукционистов вынуждены признавать феноменологическую неопровержимость сознания. Существование сознания есть бесспорный факт, взрывающий сциентистскую картину мира. Отрицание сознания и есть опора сознания. Иллюзия сознания есть упрямый и твёрдый факт.

Именно из этого парадокса натурализма и рождается пробой понимания: природа сознания – галлюцинация. Мы созданы из вещества того же, что наши сны. Душа всегда была и есть эйдолон – призрак. Ежесекундно люди непосредственно воспринимают стихию Пейто. Но после этого нужно покинуть натурализм, мавр сделал своё дело, мавр может уходить.

Радикальное сомнение способно зашвырнуть сознание в само сознание. Человек может прийти в себя – прийти в сознание. И в этом переживающем себя переживании несомненно осознаётся естествование самого сознания – непосредственно переживается опыт самого бытия. Бытие – это несомненная естность любого сущего и всего сущего в целом. Душа – бы́тиевый реактор. И тогда станет ясно, просто видно, что душа духовна. Сознание не просто галлюцинация. Вещество души – древний аэр. В каждом человеке сокрыто настоящее чудо.