Образы будущего доминирования: дискуссии про идеологизацию



В продолжение предыдущего поста. Анализ вероятных сценариев будущего правления в стране определяется сейчас двумя факторами: СВО и проходящей дискуссией среди элит о контурах идеологизации государства и социума.

Эта внутриэлитная дискуссия про пентабазисы, предложение главы СК А. Бастрыкина возродить уваровскую триаду («Православие. Самодержавие. Народность.») времен Николая I или идеи о переплавленном в горнилах СВО социуме, выглядят как фоновая и второстепенная, но это не так. Сейчас определяется стилистика доминирования политического режима, который потребует от социума и простых подданных существенного переформатирования. При этом сам политический режим имеет отчетливые черты персоналистского, но активно создается вся инфраструктура для его пролонгации и возможности передачи власти преемнику в любой момент, когда это потребуется.

Это не значит, что будет трансфер в ближайшие годы, но все условия для его возможной реализации в любой момент создаются. Это деятельность на долгосрочную перспективу: номенклатура усиленно работает над тем, чтобы закрепить свое доминирование на десятилетия. Получится или нет – вопрос открытый, но то, что идеологизация госвласти и общества будет – сомнений нет.

Партия сторонников сохранения прежней аполитичной конструкции социума представлена относительно слабо среди политноменклатуры. Доминирует мнение: политический режим не будет устойчивым, а власть передаваемой, без идеологизации. Номенклатура всерьез выстраивает политконструкцию, которая означает переход от персоналистского режима к корпоративному. Для этого перехода нужны ценности и идеология, разделяемая большинством, а не только высокий рейтинг Правителя.

Еще 3-4 года назад (до поправок в Конституцию 2020 г., разгона несистемной оппозиции и СВО) в стране была конструкция, которая не предполагала приоритетную значимость идеологии. Допускался некоторый плюрализм взглядов, хотя, в основном, тех взглядов, которые легитимизировали действующую власть. Некоторое исключение составляла несистемная оппозиция, но и то были ее попытки интеграции в структуру властно-управленческих отношений, например, ее расследования использовались для борьбы кланов между собой.

Прежняя конструкция была направлена на поддержание состояние аполитичности населения и отчуждения общества от политики. Идеология в нем не играла существенной роли: она эклектична и аморфна, состоит, как правило, из набора идеологем (порой внутренне противоречивых) и не претендует на обоснование необходимости тотальной трансформацию общества.

Сейчас же идеологизация коснулась (или в скором времени) коснётся всех социальных институтов и, как следствие, аполитичность и индифферентность отдельных граждан будут восприниматься как свидетельство неосознанности (в советском понимании этого слова) или прямой нелояльности. Появится термин инакомыслящие, то есть те, кто выражает хоть какое-то сомнение официальному общественно-политическому языку. Со всеми вытекающими, в том числе и репрессивными, последствиями.

Грядущая идеологизация потребует от социума не только формальной лояльности, но и нечто большего. Правильнее сказать, потребуется постоянно возрастающая готовность быть встроенным в систему идеологически-властных практик каждого подданного/гражданина.