Бенефициары & Приспособленцы: номенклатурные механизмы адаптации


Один из сущностных вопросов относительно происходящего касается бенефициаров СВО и продолжающихся военных действий. Тут нужно исходить из того, что базовым для правящего класса в стране является принцип доминирования и контроль над значительной частью ресурсного/рентного пирога. Он позволяет зарабатывать на всем (на санкциях, на контрсанкциях, на ковиде, на спецоперации и далее по списку). Чтобы не происходило – главное оставаться на верху пирамиды, остальное – вторично.

За последние двадцать лет ресурсный пирог имел свойство расширяться только до Крыма, а почти девять лет экономика функционирует в режиме сокращения доходов и падения уровня жизни подавляющего большинства россиян, но не номенклатуры. Сокращение фактических объёмов компенсируются увеличением доли в них избранного меньшинства. Собственно, именно поэтому в тучные 2000-е гг. доходов хватало на средний класс (в европейском понимании этого слова), а теперь уже нет, он стремительно деградирует и даже выявляет свою политическую неуместность в новых реалиях.

Посткрымские санкции существенно ограничили экономический рост и перспективы модернизации, но принятые политическим руководством страны решения обернулись дополнительными преференциями для правящей верхушки и олигархата, которые, несмотря на потери 2014-2015 гг., в накладе не остались и даже выиграли.

Ковидокризис привел к падению доходов у всех, но определенные группы влияния очень быстро притянули свои шупальца к тратам на здравоохранение, кураторы которого начали претендовать на фармакратическую субвертикаль в условиях пандемийной чрезвычайщины. Основания для институционализации такой модели были, но против этого выступили силовики, а новая чрезвычайная реальность СВО нивелировала всякие претензии на фармакратию. Также показательно, как власть в ковидокризис сильно поддержала застройщиков, что, ожидаемо, привело к росту цен на недвижимость в мегаполисах и снизило доступность жилья для населения.

СВО и масштабнейшие санкции против России существенно сократили долю ресурсного пирога, но не умерили аппетиты правящей верхушки. А что значит в этих условиях мобилизация и перевод экономики на нужды СВО? Это значит, что автоматически, в силу конфигурации доминирования, появляется слой бенефициаров этого перевода экономики в мобилизационный режим. Это сейчас и происходит.

Но стратегически это не ключевой фактор для оценок происходяшего в правящей верхушке: вся номенклатура понимает, что потеряла от СВО больше чем приобрела, причем не только в ресурсах, но и возможности их выводить на Запад. Это ничем не компенсировать: бенефициары СВО есть и они дальше будут формироваться, но лишь только с точки зрения адаптации к меняющейся реальности.

А вот насыщение деньгами региональной периферии (малые и средние города, а также сельская местность), мобилизованные из которой и их семьи получают огромные по своим меркам деньги и материальные компенсации за потерю близких – это серьезный фактор, который усиливает лояльность общества к СВО. Этот фактор парадоксальным образом выравнивает высоченный уровень экономического неравенства в социуме и усиливает лояльность власти, однако с точки зрения номенклатурных раскладов – глубоко вторичен.

Большинству из правящей верхушки хотелось бы завершить происходящие военные действия, но многие из них понимают, что это невозможно в ближайшее время и адаптируют себя и свои аппетиты к мобилизационному режиму. Есть и еще один фактор, требующий учета: затягивание военных действий, приведет к тому, что на место гражданских функционеров придут герои военных операций, а нынешним номенклатурным «пиджакам» этого явно не хотелось бы.