Диалектика вакцинного кризиса


Федерализация в России может быть либо вынужденной, либо мнимой. В 1990-е гг. она была вынужденной, а потом наступил период абсолютистской централизации и преодоления полуфеодального парада суверенитетов.

Динамика пандемийной «федерализации» также схожа: в начале пандемии Центр дал губернаторам принимать самостоятельные решения, но потом все централизовал и синхронизировал.

Однако неуспехи вакцинации (фактически, это вакцинный кризис) вынудили Систему вновь делегировать полномочия регионам, повысив, тем самым ответственность губернаторов.

При этом весь пиар за эффективную вакцинацию собирали в правительстве и, особенно, вице-премьер Т. Голикова, которая заявляла о достижении коллективного иммунитета к осени.

Губернаторы на шахматной доске российской политики – это, за исключением 10-15 человек, политические пешки, которых в нужный момент можно толкнуть вперед, а в острые моменты – пожертвовать ими.

Сейчас губернаторы решают по поводу ужесточения мер и введения обязательной вакцинации. При этом, менее полгода назад правительство, фактически, лишило глав регионов права самостоятельно назначать министров здравоохранения. Это и неудивительно: с пандемией в здравоохранение пришли большие деньги, что потребовало назначения своих на местах.

Реалии таковы, что преодолеть вакцинный кризис Система может только за счет принуждения. Принуждение обязательно приведет к росту антирейтингов власти и масштабному недовольству. И в Системе решили: пусть антирейтинги растут лучше у губернаторов чем у правительства, премьера и президента.

В то же время, социология плохо учитывается: люди не хотят, чтобы их личное достоинство попиралось – это видно на всех фокус-группах. Но у властей нет другого пути: инерция принуждения набирает обороты, причем не только в плане ковидной вакцинации.