Дело философии?

Один из самых типичных, и потому самых противоречивых вопросов относительно философии - этот вопрос о том, что же она может дать мне самому. Ответ на это далеко на очевиден, если не сравнить философию с другими формами отношения к миру.

Если мы берём развитые религиозные системы, то там, кажется, речь идёт о спасении, т.к. считается, что субъект поражен некой радикальной скверной (греховностью, конечностью). Это отличает религиозный дискурс от эзотерического, с которым его часто путают: в этом случае субъект понимается как вполне цельная сущность, однако, лишь ограниченная какими-то внешними по отношению к нему факторами - ему требуется не спасение, а освобождение.

Что касается философии, то она, думаю, может вмещать в себя как ту, так и другую интуицию, тем самым вступая в диалог что с религией, что с эзотерикой. Но если попытаться определить ее собственный эффект, то его можно было бы назвать просвещением или, м.б., "заботой о себе", так сказать. В отличие от религии, человек в чистой философской установке не отрицает себя, но и, в отличие от чистой эзотерической установки, не полагает свое несовершенство чем-то внешним. Скорее, это своего рода изобретение или воссоздание себя на каждом новом уровне понимания.

А вот в связи с наукой вспомним бэконовское Knowledge is power: если философия "обретает" знание, то наука им "овладевает". Но, в связи с этим, я бы сказал, она связана с "чрезвычайной ситуацией" в области знания: ведь она в основном связана с преодолением тех или иных затруднений, так что научное открытие, даже кабинетное - это победа над каким-то кризисом.