О том, что борьба эта обостряется, свидетельствует значительно возросшее количество материалов в СМИ (либо враждебных Трампу, либо выражающих точку зрения старого республиканского истеблишмента) о том, что Рубио улучшает свои позиции по сравнению с Вэнсом. Это правда, но интересно, что нарратив не меняется с тех самых пор, как Трамп вступил в должность президента в январе прошлого года; другое дело, что тогда Вэнс опережал Рубио на 30-35 процентных пунктов, а теперь в лучшем случае на 5, но сам по себе нарратив "Рубио догоняет Вэнса" остался неизменным.
И это при том, что сам Трамп в очередной раз заявил (в интервью для подкаста "Pod Force One" газеты The New York Post), что на выборах 2028 года Вэнс и Рубио должны баллотироваться вместе, хотя и не уточнил, кого из них он предпочитает на первом, а кого – на втором месте бюллетеня.
Мне нравятся оба. И мне нравится, когда они вместе. Я не знаю, как их победить, если они будут вместе. Это была бы отличная команда.
- сказал Трамп в интервью.
Известно, что Трамп регулярно спрашивает мнение людей из своего окружения о том, кого из кандидатов от Республиканской партии они предпочли бы видеть во главе списка. В уже упоминавшемся интервью он намекнул, что все еще регулярно оценивает обоих кандидатов, назвав их обоих "очень талантливыми".
"Я постоянно наблюдаю за ними, знаете ли, — сказал он. - Я изучаю их взаимодействие. Мне это очень интересно'.
Различия между двумя политиками очевидны: Марко Рубио, совмещающий посты госсекретаря и советника президента по национальной безопасности, близок к республиканскому истеблишменту и спецслужбам (его особые отношения с ЦРУ, официально, впрочем, не подтвержденные, берут начало еще во флоридском периоде его карьеры), в то время, как Джей Ди Вэнс считается вторым человеком в MAGA и в определенной степени идейным наследником Трампа (во всяком случае, Трампа до скандала с публикацией файлов Эпштейна и начала иранской войны). Кроме того, Вэнс близок к некоторым влиятельным военным (Элбриджу Колби, заместителю главы Пентагона по политическим вопросам, и Дэну Дрисколлу, министру армии), а также к миллиардерам-технократам из круга Питера Тиля.
Очевидно, что "старые деньги" республиканского лагеря, спонсоры партии, многие из которых являются евреями или христианскими сионистами, сочувствующими Израилю, поддерживают понятного им Рубио, а не Вэнса, чья позиция в иранском вопросе сделала его едва ли не главным врагом Израиля в Вашингтоне после Обамы. Столь же очевидно, что симпатии той части MAGA, которая осталась верна Трампу даже после его разворота к войне в марте этого года, принадлежат Вэнсу. В самой Республиканской партии крепнут позиции неформального движения Republicans against Israel, опирающегося на идеологию America First и на всегда существовавший, хотя и искусно скрывавшийся антисемитизм части американской элиты.
Сейчас соперничество между Вэнсом и Рубио проявляется в основном во внешнеполитических операциях США на Ближнем Востоке и в Латинской Америке. Рубио аппаратно переиграл Вэнса, сумев сделать его фронтменом иранской сделки (тут ему немало помог сам Трамп, заявивший, что если сделка с Ираном состоится, он припишет все заслуги себе, а если сорвется – обвинит Вэнса). В то же время, Рубио чрезвычайно эффективно (и эффектно) спланировал венесуэльскую операцию в январе 2026 года. После похищения Мадуро его аппаратный вес, также, как и вес его союзника по интригам директора ЦРУ Джона Рэтклиффа, существенно вырос. Рубио, курирующий Латинскую Америку на правах испаноговорящего сына кубинских эмигрантов, наверняка приписывает себе и успехи правых (условных трампистов) на выборах в ключевых странах региона, таких, как Колумбия.