Проект «Борода», Татьяна Дыбовская

Ребята, Пушкин — это не Дюма! Расходимся. Хотя, стойте! Знаете, почему? Потому что Золя — это Толстой!

Новый роман Татьяны Дыбовской где-то назвали нашим ответом Дэну Брауну. Так ли это? Дэн Браун, дай ответ. Не дает ответа.

«Борода» — остроумная мистификация о том, что в 1878 году Лев Толстой становится слишком социалистическим, поэтому Победоносцев решает, что пора графа кончать. Однако случайно подслушавший разговор кое-кто… В общем, Тургенев и компания переносят Льва Николаевича во Францию под именем Эмиля Золя, а место опального писателя занимает некий религиозный философ мелкого пошиба Михаил Михайлович, которого находит сотрудник Канцелярии Иван Ильич…

Лихо… Но это еще не все!

Тайна двойничества многие годы хранилась кое-кем, но в Москве XXI века некая революционная ячейка очень приблизилась к доказательству подмены. Для этого нужно только найти одно письмо, которое… И вот уже обычная школьная учительница (литературы, естественно) Ольга оказывается втянута в масштабное таинственное событие. А еще она заводит роман с предводителем этих подпольщиков — СФ: он элегантнее Меладзе и Сюткина вместе взятых, а в постели творит такое, что не снилось и Леонтьеву в его сетках. И уж точно никто не знает, какой он на Нашествии (шутка про четырех Валериев так долго ждала своего часа, что, кажется, померла по дороге).

Проект «Борода» — очень захватывающая история, особенно ее современная часть. Если читать на уровне «а он его из-за угла тарарах» — оторваться невозможно. Если же начинать разглядывать детали, то… Ну такое.

Будучи приверженцем Leo Team, я искренне люблю его поздние произведения и саму выстраданную концепцию непротивления злу насилием. «Борода» шашкой наскоку лихо это перечеркивает: писал-то не смелый Толстой-социалист, а вялый Толстой-непротивленец, царский заказ, так сказать. В некотором смысле это даже кощунственно. Но история такая захватывающая, что галопом обскакивает все эти «исповеди» и прочее толстовство. С другой стороны, Толстой и в «Бороде», и в жизни — человек воли, нравится он вам или нет. Здесь реальный Толстой еще и «противленец», социалист; легендарную «Я обвиняю» Золя пишет именно он. Но при этом он дважды отказывается от самого дорогого, что у него есть — русских и французских детей. Причем отказывается не из-за идеи, а ради спасения собственной жизни или даже просто комфорта. Ну такое.

В целом, если принять то, что и Толстой, и Золя — это очень условные пунктирные фигуры — читать жутко увлекательно.

Мне также очень понравился язык Дыбовской, особенно мягкий «учительский» юмор.

Я очень рекомендую эту историю как остросюжетный триллер, но читать его надо слегка отключив голову.

5 Дантесов и профессор Лэнгдон