🤬🐺 Твоя внутренняя собака: #о_гневе и #оборотни

😊 Вы могли подумать, что связь оборотничества с гневом является не очень продуманной у нас. Однако мы спешим корпусно показать более серьезную связь между двумя феноменами!

📚💻 Среди философов с наиболее частотным и релевантным употреблением слова «anger» (гнев) в контексте управления гневом в нашем корпусе были выявлены 11 авторов: Марта Нуссбаум — 2293 упоминания, Фома Аквинский — 1026, Эразм Роттердамский — 699, Аль-Газали — 590, Сенека — 359, Кен Уилбер — 309, Плутарх — 299, Мишель Фуко — 258, Аристотель — 192, Цицерон — 156 и Гален — 151. Материалы тут.

🐺 Для темы оборотничества важно, что большинство этих философов сближают неконтролируемый гнев с животной агрессией или подчинением поведения дорациональному импульсу. Исключение составляют Цицерон и Фуко.

💡 Стало быть, не только оборотничество указывает на гнев, но и гнев указывает на оборотничество. Материалы тут (помог составить таблицу ChatGPT Plus 5.6 High).

❗️ Сначала опосредованные указания

💭 У Аристотеля связь гнева с животностью имеет прежде всего сравнительный характер. Неконтролируемый гнев напоминает животную реакцию своей «горячностью и поспешностью»: подобно собаке, которая лает на знакомого человека, пока не успеет его узнать, гнев слишком быстро отвечает на услышанное и не дожидается полного суждения разума.

💭 Сенека также не сводит гнев непосредственно к животной природе, но подчеркивает его дегуманизирующее действие: гнев «отрекает [человека] от человеческих чувств», то есть, заставляет человека отказываться от любви, милосердия и других качеств, связывающих людей друг с другом.

💭 Плутарх еще отчетливее связывает озверение не с самим возникновением гнева, а с тем моментом, когда человек начинает получать удовольствие от чужой боли: наслаждение страданием другого он называет «зверским».

✅ Теперь прямые зооморфные сравнения

🐺 Гален сравнивает разгневанного человека с «диким кабаном» и пишет, что человек, постоянно находящийся во власти гнева, «живет и действует скорее как дикое животное, чем как человек».

🐺 Аль-Газали называет разгневанного человека «бешеной собакой или диким животным». Философ сравнивает гнев с охотничьей собакой: «ее воспитание состоит в том, чтобы дисциплинировать ее до тех пор, пока она не станет руководствоваться разумом и Священным законом».

‼️ В другом месте он говорит о находящейся внутри человека «внутренней собаке», которую необходимо подчинить разуму.

🐺 Фома Аквинский также помещает гнев в сферу животной страстности, отмечая, в частности, склонность собак к его избытку. Он определяет гнев как «страсть, состоящую из скорби и желания мести».

🐺 Эразм Роттердамский формулирует связь еще резче: «потворствовать своему гневу свойственно даже не человеку, а зверям, причем зверям диким».

🐺 Марта Нуссбаум предлагает более сложное понимание соотношения биологического и социального в гневе. Она указывает, что «инстинкт возмездия» формируется под совместным влиянием эволюции и общества, но одновременно ссылается на антропологические исследования, согласно которым представления о надлежащем гневе являются результатом культурно-социальных установлений, а не просто «неразумных биологических реакций». При этом сам гнев способен дегуманизировать другого, заставляя видеть в нем «лишь отвратительного зверя».

🐺 Кен Уилбер описывает вытесненный гнев как отчужденную часть личности, принимающую чудовищный облик. В одном из его примеров непризнанный аффект проявляется в фигуре «гротескного чудовища с острыми зубами и холодной, скользкой кожей» до тех пор, пока человек не признает его своей собственной эмоцией.

💡 В целом, корпус показывает устойчивый философский паттерн: гнев становится связанным с животностью прежде всего тогда, когда он выходит из-под контроля разума и превращает человека в существо, действующее импульсивно, жестоко и без способности к рефлексии. Однако у значительной части авторов эта метафора предполагает и обратимость такого превращения: «зверь» может быть дисциплинирован, осознан, воспитан и возвращен под власть человеческого разума.

@raumanalysis_ih