Focus Pocus

Траектория ожидаемой ключевой ставки смещается вверх
Вчера ЦБ опубликовал результаты опроса макроэкономистов, который проводился в середине октября. Основные изменения коснулись монетарной политики (прогнозов по инфляции и ключевой ставке, см. таблицу), что во многом связано с тем, что прошлый раунд опроса проходил еще до сентябрьского заседания ЦБ. Также уже после него появились оперативные данные по экономической активности, которые А. Заботкин в интервью охарактеризовал высокими по отношению к траектории сбалансированного роста (которая может привести инфляцию к 4% г./г.). Еще был опубликован проект бюджета на 2024 г., предполагающий рост расходов на 10% г./г. (если на 2023 г. учитывать авансовые расходов, проведенные в конце 2022 г.), что является высоким темпом для формально восстановившейся экономики (для сравнения, в постпандемийном 2021 г. расходы прирастали лишь на 5% г./г.). При этом отметим, что А. Заботкин сохранил относительно мягкую риторику в части сигнала по ключевой ставке на ближайшее заседание, что оставляет возможным сценарий ее сохранения на нем.

Сохранение ключевой ставки неизменной, скорее всего, останется среди вариантов, которые рассмотрит ЦБ на заседании в конце октября. В пользу того, что сценарий сохранения ключевой ставки не исключается на заседании в октябре, говорит снижение волатильности рубля, произошедшее с момента публикации Указа о продаже валютной выручки. Напомним, что он действует временно (пока до конца апреля 2024 г.), и, на наш взгляд, скорее, может отразиться в более стабильной динамике, чем привести к дополнительному укреплению рубля (т.е. это не должно поменять баланс фундаментальных факторов). Регулятор подчеркивает важность временности этой меры и в будущем ожидает стабилизации валютного рынка и без его действия.

Вероятность повышения ключевой ставки на октябрьском заседании существенна. В то же время, вероятность дополнительного повышения ключевой ставки в октябре (и, возможно, затем в декабре) достаточно высока. На настрой ЦБ также может начать оказывать давление динамика фактической инфляции (уже в текущем опросе медиана оценок экономистов на конец 2023 г. сместилась к верхней границе диапазона ЦБ в 6…7% г./г.). Отметим, что сохранение ключевой ставки в текущих условиях может быть воспринято рынком как смягчение тональности монетарной политики, что противоречит режиму высоких ставок надолго («higher rates for longer»), который сейчас стремится установить регулятор. Как мы понимаем, экономические агенты могут пока опираться на исторические данные и ожидать относительно стандартного цикла монетарной политики с повышением ключевой ставки до 14-15% и последующим ее снижением уже в 1П 2024 г., что может быть менее эффективно в текущих условиях, когда трансмиссия происходит медленнее, чем раньше (фактически не работает внешний канал воздействия carry-trade на валютный курс, охлаждение процентного канала ограничено действием льготных программ кредитования и т.д.).

Инфляция остается повышенной, несмотря на замедление
По нашим оценкам, основанным на данных Росстата, инфляция к середине октября выросла до 6,2% г./г. При этом, недельный темп роста цен сократился до 0,15% н./н. после 0,23% н./н. в среднем в конце сентябре – начале октября. Хотя динамика инфляции по потребительской корзине неоднородна, ее замедление скорее является общей тенденцией, чем результатом, вызванным отдельными товарами / услугами.

Годовая инфляция может достичь 6,7% г./г. в октябре. В то же время, несмотря на замедление недельной инфляции, среднесуточные темпы роста цен все еще остаются высокими. При их сохранении неизменными до конца октября, годовая инфляция может ускориться до 6,7% г./г. уже в этом месяце, и ее замедление ниже этого уровня к концу года становится менее вероятным сценарием. Напомним, что прогноз ЦБ сейчас предполагает диапазон в 6…7% г./г. В недавнем обзоре «О чем говорят тренды» аналитики регулятора отмечали, что, если ценовая динамика будет развиваться по сценарию конца 2021 г., она может выйти за верхнюю границу прогнозного диапазона. Тогда, в 4 кв. 2021 г., среднемесячный темп роста цен с исключением сезонности превысил 0,8% м./м., что в этом году произошло в 3 кв.

В принятии решений по ДКП ЦБ будет ориентироваться на проинфляционные риски и их восприятие рынком. При этом, на наш взгляд, умеренное отклонение инфляции от прогнозного диапазона в этом году не должно становиться определяющим для тональности ДКП. В последнем интервью А. Заботкин напомнил, что трансмиссия решений ЦБ в экономику происходит с лагом, и в текущей конфигурации занимает 3-6 кварталов – основная масса эффектов происходит в этом временном диапазоне, а влияние в первые два квартала ограничено. С учетом этого, среди возможных аргументов за дальнейшее повышение ставки мы видим следующие: (1) более стимулирующая фискальная политика на 2024 г., чем закладывалась в текущий сценарий, (2) недостаточно жесткие ожидания участников рынка на перспективу ближайших лет (которые, например, могут ограничивать эффективность процентного канала монетарной политики). Отметим, что высокая волатильность курса также формировала проинфляционные риски, но принятие Указа об обязательной продаже валютной выручки (см. наш обзор от 13 октября) может временно сдержать этот фактор (а ожидаемое укрепление торгового баланса может поддержать рубль в более долгосрочной перспективе). А. Заботкин также напомнил, что текущий сигнал, «оценивать целесообразность», является менее ястребиным, чем «допускать возможность», т.е., при прочих равных, соответствует меньшей вероятности дальнейшего ужесточения ДКП и допускает большее пространство для сохранения ставки неизменной.

Минфин занимает в «классике»
На сегодняшних аукционах Минфин предложит рынку два длинных классических выпуска: 15-летний ОФЗ-ПД 26243 и 18-летний ОФЗ-ПД 26238. На прошлой неделе ведомству впервые с начала июля удалось занять существенный объем не во флоатере – 50,2 млрд руб. для 9-летнего ОФЗ-ПД (также был размещен инфляционный линкер ОФЗ-ИН 52005 на 9,4 млрд руб.). Впрочем, такой результат мог быть связан с замещающим спросом на фоне погашения ОФЗ-ПД 25084 (объем в обращении составлял ~150 млрд руб.). С учетом этого, сегодняшние аукционы могут не повторить успех прошлой недели.

Кривая ОФЗ, имевшая с начала сентября инвертированную форму, в последние дни фактически потеряла наклон (см. график). Так, доходности для 1-2-летних бумаг, поднимавшиеся на первой неделе октября к 12,8%, сейчас составляют 12,2-12,3%. Мы полагаем, что драйвером для их снижения выступило объявление Указа об обязательной продаже валютной выручки. Судя по всему, инвесторы во многом связывали проинфляционные риски в ближайшие годы с волатильной динамикой рубля. Доходности 10-летних бумаг вчера также поднялись к 12,2%. Скорее всего, в этих котировках еще не учтены полностью решения ЦБ по ключевой ставке в 3 кв. и / или ожидания высокого объема заимствований ОФЗ как минимум на 2024 г. С учетом того, что ЦБ может продолжить цикл повышения ключевой ставки (или ужесточить коммуникацию относительно продолжительности ее удержания на текущем уровне в 13%), на наш взгляд, потенциал роста доходностей вдоль кривой сохраняется, что может охлаждать спрос инвесторов на классические выпуски.

Ужесточение валютного контроля должно поддержать валютный рынок
Валютный контроль, вероятно, продолжит ужесточаться. К недавнему Указу Президента об обязательной продаже валютной выручки сегодня прибавилась инициатива Минфина обязать компании предоставлять Банку России консолидированную отчетность о валютных активах и обязательствах с учетом всех дочерних предприятий, в том числе зарубежных (заработает с начала 2024 г.). Подобное требование есть в законе о валютном контроле и сейчас, однако, там раскрывать информацию должно будет юрлицо, указанное в договоре (а не вся группа компаний). Цель подобных мер – повысить прозрачность валютных потоков (в отсутствие информации о деятельности всех компаний группы может быть не ясна природа тех или иных валютных операций).

Ужесточение мер валютного контроля, судя по комментариям в СМИ, произошло в ответ на неполное соблюдение неформальных договоренностей между властями и экспортерами о конверсии экспортных доходов (конвертация производилась нерегулярно и/или не в полном объеме, а также с последующей покупкой валюты и пр.). Принятые меры должны как минимум повысить регулярность конверсионных операций, хотя из-за отсутствия публикации деталей нового механизма вопрос о возможности поддержания валютных активов на определенном уровне остается открытым. Это, наряду с закрытостью списка компаний (и, соответственно, потенциальных объемов конверсии), которых затронет указ, является основными факторами неопределенности для оценки масштаба потенциального укрепления рубля с текущих уровней. Тем не менее, периметр компаний обещает быть широким (по информации в СМИ, это может быть более 90% экспорта).

Наш прогнозный диапазон по курсу рубля остается на уровне 85-95 руб./долл., и, как мы полагаем, с учетом ужесточения валютного контроля, вероятность такого сценария заметно повышается. Напомним, что, на наш взгляд, все же более важными факторами для укрепления рубля станут 1) приток нефтегазовых доходов на фоне улучшения конъюнктуры рынка (т.к. существует лаг в несколько месяцев между продажей товаров и получением средств) и 2) ослабление импорта из-за охлаждения внутреннего спроса.

Обязательная продажа валютной выручки позволит временно стабилизировать рынок
После объявления в среду вечером о подписании Указа об обязательной продаже валютной выручки отдельными компаниями, рубль начал искать новое локальное равновесие вблизи 97 руб./долл. Напомним, что Указ затронет 43 группы компаний из разных секторов экономики (по словам Э. Набиуллиной, крупнейших экспортеров), список которых раскрываться не будет. Объемы и сроки конвертации должны быть представлены в отдельном постановлении, которое пока не опубликовано. Также отмечается, что в рамках исполнения Указа часть этих компаний должна будет предоставлять ЦБ и Росфинмониторингу планы по проведению операций на валютном рынке.

На наш взгляд, необходимость такой меры во многом продиктована понизившейся ликвидностью валютного рынка (и регулярно возникающим навесом спроса). Ее цель, как мы полагаем, - снижение волатильности курса рубля и сокращение лага в реакции курса на поступление валютной выручки.

Количественный эффект на укрепление рубля от введения Указа будет сложно оценить (в том числе учитывая опыт 2022 г., для компаний может сохраниться возможность индивидуальных отклонений) и «отделить» от поддержки со стороны фундаментальных факторов. Так, вчера ЦБ раскрыл статистику по внешней торговле за 8М (в рамках этих публикаций уточняются результаты за последние 1-2 года), и, по нашим оценкам, с исключением сезонности сальдо торгового баланса перешло к расширению в августе. Более того, по предварительным данным за сентябрь, ситуация продолжила улучшаться (см. график). На наш взгляд, с ожидаемой нами коррекцией импорта (на фоне охлаждения внутреннего спроса) и при умеренно позитивной динамике экспорта, валютный рынок может стабилизироваться в среднесрочной перспективе без мер валютного контроля, но на это понадобится время (напомним, что ограничения на продажу пока установлены на полгода).

Инфляция: признаки замедления пока не видны
По данным Росстата, инфляция по итогам сентября сложилась на уровне 6% г./г., на верхней границе ожидаемого нами диапазона. Таким образом, месячная инфляция с исключением сезонности превысила 1% м./м. Хотя большая часть ускорения роста цен связана с отдельными товарами (мясо и птица, недешевеющие вопреки сезонности фрукты и овощи, бензин, автомобили), инфляционное давление складывается повышенным по всей потребительской корзине в целом (см. график).

В октябре темп роста цен пока остается на повышенном уровне конца сентября. В начале октября рост цен все еще не охладился. По нашим оценкам, основанным на данных Росстата, к 9 октября годовая инфляция ускорилась до 6,1% г./г., недельная осталась выше 0,2% н./н. Впрочем, на наш взгляд, сдерживающий эффект на спрос от повышения ключевой ставки только начинает проявляться. Кроме того, потребительские привычки обладают определенной инерционностью, и может потребоваться время на их перестройку, в особенности в период высоких инфляционных ожиданий.

Ужесточение валютных ограничений должно позволить стабилизировать рубль и частично ограничить проинфляционные риски. Помимо разогретого потребительского спроса, важными проинфляционными рисками также являются ожидания девальвационной динамики рубля и размер и темп фискального стимула (в особенности, социальной направленности). С учетом объявленного вчера Указа об обязательной продаже валютной выручки отдельными компаниями на протяжении полугода, курс рубля может стать менее волатильным (за счет более устойчивого предложения на валютном рынке) и, на наш взгляд, при прочих равных, закрепиться в диапазоне 85-95 руб./долл. быстрее, чем мы ожидали ранее. Это станет позитивным фактором для инфляции. Заявленный на следующий год достаточно высокий объем бюджетных расходов ограничит дезинфляционный потенциал, но, вероятно, уже мог быть учтен ЦБ при принятии решения о повышении ставки в сентябре. Регулятор по-прежнему придерживается цели в 4% г./г. по инфляции, для чего потребуется длительный период жесткой монетарной политики, в особенности с учетом ее более длительной трансмиссии.

Счет текущих операций: внутри 3 кв. наблюдалось восстановление
По предварительной оценке ЦБ, в сентябре продолжила улучшаться статистика по счету текущих операций – его профицит вырос до 9,6 млрд долл. против 5,7 млрд долл. в августе. Кстати, августовская и июльская оценки была также пересмотрены в лучшую сторону – до 1,3 млрд долл. и 5,7 млрд долл. (из отрицательной области и против 2,8 млрд долл., соответственно). Основной причиной улучшения м./м. мы видим расширение торгового баланса (13,1 млрд долл. против 11,0 млрд долл. за счет роста экспорта при стабилизировавшемся импорте). Также позитивно повлияла динамика импорта услуг (он сократился с 6,9 млрд долл. до 5,6 млрд долл.), которая может объясняться приближением к концу сезона отпусков.

Статистика за июль ослабила результат за 3 кв. Хотя за 3 кв. в целом (относительно 2 кв.) сальдо баланса товаров и услуг с исключением сезонности заметно не улучшилось (см. график), в течение квартала наблюдалась восстановительная динамика – от локального минимума в июне-июле 2023 г. до текущих уровней. Это, при прочих равных, должно поддержать рубль.

Лаг в поддержке фундаментальными факторами курса рубля вырос. При этом, связь между статистикой по счету текущих операций и динамикой курса становится менее линейной (см. наш обзор от 3 октября), и большую важность приобретает анализ состояния финансового счета, детали по которому ЦБ публикует с задержкой в один квартал. Опираясь на статистику за 2 кв., мы полагаем, что укрепление торгового баланса последних месяцев должно найти отражение в динамике рубля, но этот эффект займет определенное время. В выпущенном вчера материале ЦБ также отмечает присутствие «лагов в получении и возврате экспортной выручки на российский рынок», что может отражаться в менее заметной поддержке рублю. В нашем прогнозе мы ожидаем, что ежемесячное сальдо торгового баланса до конца года должно остаться как минимум на уровне сентября, что позволит рублю укрепиться до 95 руб./долл. и ниже.

Федеральный бюджет в сентябре: без отклонений от тренда
По предварительным данным Минфина, в сентябре, как и в августе, доходы превысили расходы, в результате чего накопленный с начала года дефицит сузился – с 2,4 трлн руб. за 8М до 1,7 трлн руб. за 9М. В целом сентябрьская статистика укладывается в тренд прошлых месяцев: рост доходов, в основном объясняется восстановлением нефтегазовой компоненты при стабильной ненефтегазовой составляющей, расходы с марта включительно сохраняются на устойчивом уровне (вблизи 2,5 трлн руб./мес. с исключением сезонности).

Доходы в этом году могут превысить план, а сезонный пик по расходам в 4 кв. сохранится. Совокупный уровень доходов сейчас составляет накопленно 19,7 трлн руб., а расходов – 21,4 трлн руб. Относительно опубликованного в конце сентября плана, доходы за 3 кв. исполнены на 83%, а расходы – на 68%. Доходы уже идут несколько выше плана, и цель по ним, скорее всего, будет выполнена даже при стабилизации нефтяных поступлений. Относительно низкое исполнение расходов в сравнении с планом связано с их сезонностью. С этого года Минфин начал стремиться к повышению равномерности исполнения федерального бюджета. За счет этого часть расходов на 2023 г. была авансирована еще в конце 2022 г., и бюджетные траты в январе и феврале также были ускорены до 8-9% от ожидаемого годового уровня против 6-7% в прошлые годы. Ранее мы полагали, что это может позволить сгладить пик расходов, приходящийся на декабрь, но с учетом текущей их динамики, доля декабрьских расходов в общем объеме может оказаться сопоставимой с исторической – 19-20%. Отметим, что в Основных направлениях бюджетной и налоговой политики на 2024-26 гг. в части целей по поддержанию бюджетной дисциплины ведомство также указывает повышение равномерности расходов, и в начале 2024 г. можно вновь ожидать их активного исполнения.

Дефицит бюджета складывается вблизи исторических максимумов. Оценка дефицита бюджета, на наш взгляд, может сложиться на плановом уровне в 3 трлн руб. или выше. Даже в случае более оптимистичного сценария по доходам, активная фискальная политика в части расходов, установившаяся в последние годы, вряд ли позволит меньший уровень дефицита, чем заложен в плане. Напомним, что если учесть частичный перенос расходов с 2023 г. на 2022 г., то дефицита бюджета мог бы сложиться выше исторического максимума в пандемийном 2020 г. (4,1 трлн руб.).

Фискальный стимул – один из определяющих факторов для динамики ВВП
В среду Росстат подтвердил оценку роста реального ВВП за 2 кв. на уровне 4,9% г./г., опубликовав результаты расчета по методу использования. Знак годовых темпов сменился относительно 1 кв. (-1,8% г./г.) как на фоне продолжившегося восстановления экономики, так и благодаря эффекту базы (в 1 кв. он играл в минус, а во 2 кв., наоборот, в плюс).

Среди компонент, в плюсе, как и в 1 кв., – потребление и инвестиции, а в минусе – чистый экспорт (по нашим оценкам, его отрицательный вклад составил -4,0...-4,5 п.п.). Росстат по-прежнему не публикует динамику экспорта / импорта, но, судя по всему, экспорт мог быть умеренно-отрицательным (влияние добровольного сокращения добычи нефти РФ еще углубит просадку с 3 кв.), а импорт – ощутимо положительным (темпы роста г./г. также должен был усилить эффект базы, т.к. санкционные ограничения в первую очередь повлияли на ввозную логистику).

О квартальной динамике ВВП с исключением сезонности мы писали ранее – результат 2 кв. говорит о приближении к докризисному уровню и исчерпании восстановительного импульса (см. график). Среди сегментов выделяются инвестиции, которые, по нашим оценкам, заметно ускорились кв./кв. с исключением сезонности (+6% кв./кв. против +1…+2% кв./кв. ранее). Мы полагаем, что такое изменение в большей степени носит технический характер, и может быть связано со сломом сезонности бюджетных расходов (Минфин в этом году нарастил расходы в начале года). С учетом такого перераспределения, динамика инвестиций может ослабнуть во 2П.

В ближайшие кварталы стабилизационная динамика должна сохраниться. Дополнительный импульс экономике может дать фискальный канал (напомним, что в 2024 г. предусмотрен ощутимый рост бюджетных расходов). Эффективность его влияния будет зависеть от (1) распределения средств по направлениям, (2) темпов их расходования и (3) действия монетарной политики.

Инфляционное давление остается повышенным
По нашим оценкам, основанным на данных Росстата, инфляция в начале октября сложилась вблизи 5,9% г./г. (см. левый график). Месячная оценка за сентябрь появится на следующей неделе, она может составить 5,8-6,0% г./г. против 5,2% г./г. в августе. Оценка м./м. с исключением сезонности, судя по всему, превзойдет и так высокий уровень июля-августа (0,9% м./м. против 0,8% м./м.). Повышенное инфляционное давление в последние месяцы сказывается на ускорении годовой инфляции.

Средняя недельная инфляция с корректировкой на волатильные компоненты с начала августа близка к 0,2% н./н. На отчетной неделе, по нашим расчетам, она сложилась как раз на этом уровне, замедлившись после 0,26% н./н. ранее (см. правый график). Мы полагаем, что это замедление пока рано считать устойчивым – в потребительской корзине все еще сохраняется большая доля товаров и услуг, дорожающих ускоренными темпами.

Напомним, что в нашем базовом сценарии мы ожидаем инфляцию на уровне 6,1% г./г. в конце этого года – это предполагает сокращение месячных темпов в 2 раза относительно результатов за 3 кв. (до 0,4% м./м.). На наш взгляд, по мере трансмиссии решений ДКП такое замедление вполне реалистично. ЦБ ожидает инфляцию в конце года в диапазоне 6…7% г./г., где верхняя граница предполагает неизменно высокие темпы роста цен до конца года, т.е. ограниченное воздействие ДКП и / или более активную реализацию проинфляционных рисков, например, со стороны бюджета.

Отметим, что в части риторики регулятора относительно монетарной политики сохраняется нейтрально-жесткий сигнал – ЦБ будет оценивать целесообразность дальнейшего повышения ключевой ставки на ближайших заседаниях. Прогнозный диапазон средней ключевой ставки до конца года (13,0…13,6%) допускает достаточно много сценариев ужесточения, ее сохранение соответствует нижней границе. На наш взгляд, такой прогноз не означает, что ЦБ больше склонен к повышению ставки, а лишь определяет «недопустимость» ее снижения в этом году. Мы полагаем, что при текущей риторике регулятора и в отсутствие дополнительных проинфляционных рисков, сценарий с удержанием ключевой ставки на уровне 13% остается базовым.