Equal Mind Rights

«Электрошок» для депрессии: паника в СМИ или реальная проблема?

Друзья, последние дни ленту штормит заголовками: «Минздрав будет лечить депрессию электрошоком». Ко мне уже обратились несколько человек с одним и тем же вопросом — это вообще нормально?
Спокойно. Разбираемся.

Что произошло
Минздрав утвердил стандарт медицинской помощи при рекуррентной депрессии (это когда было как минимум два депрессивных эпизода). В документе ведомства действительно упомянуты: электросудорожная терапия, электропунктура, акупунктура токами крайне высокой частоты, плазмаферез, внутривенное облучение крови, - отсюда и паника.

Что ж, взглянем на цифры, а не на заголовки.
Стандарт - это не «назначение всем подряд», а документ для планирования работы медучреждений и контроля качества. Частота назначения, например, электропунктуры — 0,0081%. Для сравнения: психотерапия рекомендуется в 100% случаев.

Теперь честно по методам и без купюр об общей ситуации:

Электросудорожная терапия (ЭСТ) — да, это работает. В клинических рекомендациях она стоит четвёртой линией: когда не помогли несколько антидепрессантов (в том числе в высоких дозах, комбинациях с другими препаратами) и психотерапия.
Строго говоря, это общемировой практический опыт, а не изобретение нашего Минздрава. НО важно учесть: в мире депрессию все чаще лечат новыми методами: использованием эскетамина, применением всех релевантных ингибиторов МАО.
В нашей стране медицинской, психиатрической практике не дают полноценно развиваться: в Европе, США некоторые виды тяжелых депрессий могут, например, вылечить не имеющим аналогов на отечественном фармрынке СИОЗНД Бупропионом (признан в РФ наркотиком первого списка, хотя его эйфоризирующий эффект, не подтвержден даже профессорами из Российского общества психиатров).
Таким образом, хоть эффективность электросудорожной терапии (термин «электрошок» — устаревший и эмоционально заряженный) и неоспорима, во многих цивилизованных странах у врачей было бы гораздо больше способов помочь человеку победить депрессию, не прибегая к току.

Электропунктура и акупунктура токами крайне высокой частоты - доказательной базы нет. Качественных исследований, подтверждающих эффективность, не существует. То же самое касается внутривенного облучения крови и плазмафереза при депрессии. Всё это не имеет никаких гарантий улучшения состояния психического здоровья.

Транскраниальная магнитная стимуляция же изучена и широко применяется, например, при ОКР, также - в лечении зависимостей. Данная неинвазивная процедура - вполне неплохое дополнение к основному лечению.

Электронейростимуляция мозга - изучается, эффект в ряде исследований виден, но широкого распространения нет.

Главное: лучше психотерапии и антидепрессантов пока ничего не придумали. Дополнять можно физической активностью, терапией ярким светом - но не облучением крови и не электропунктурой.

Само по себе включение этих методов в стандарт не катастрофа вселенского масштаба. Катастрофа может начаться там, где за наблюдаемым все большим исчезновением оригинальных препаратов из аптек при слабом контроле государства производства собственных, путь к ЭСТ может быть краток по вине власть предержащих, поскольку ситуаций, когда ЭСТ можно было бы избежать в другой системе здравоохранения, может быть очень много.

Да и представьте на секунду:
в глубинке нет психотерапевта и антидепрессантов, а «иное лечение» прописано в стандарте - не начнут ли врачи «оптимизировать» помощь, подменяя доказанное дешёвым и непроверенным?

Для пациента это критично: стандарт - документ, на который можно ссылаться при обжаловании. И если вам пытаются назначить электропунктуру вместо психотерапии — вы вправе задать вопрос: на каких основаниях? Где клиническое обоснование?

А что думаете вы? Сталкивались с ситуацией, когда «иные методы» вытесняли основное лечение?

Секс под контролем психиатра?

Суть новости
Минздрав впервые за 27 лет утвердил клинические рекомендации по «Расстройствам сексуального предпочтения» (РСП). В список попали фетишизм, эксгибиционизм, вуайеризм, педофилия и садомазохизм.

Лечение предлагают поэтапное: сначала психотерапия, потом антидепрессанты, а в тяжёлых случаях — препараты, подавляющие выработку тестостерона.

А теперь — почему это бред

Сексологов упразднили, а лечить поручили психиатрам. С 1 сентября 2026 года специальность «врач-сексолог» вычеркнута из номенклатуры. При этом сами рекомендации до сих пор ссылаются на сексолога как на специалиста, который должен принимать решения. Кто будет лечить? Психиатры, у которых нет узкоспециальной подготовки. Кадровая проблема - это не «риск», это уже реальность.

ВОЗ давно признала: это не болезнь. Ещё в 2018 году ВОЗ исключила фетишизм, фетишистский трансвестизм и садомазохизм из списка психических расстройств в МКБ-11. Оставили только те формы, где есть реальный вред или отсутствие согласия. А наш Минздрав утверждает рекомендации по классификации МКБ-10, которая в России давно устарела. Мы лечим то, что весь мир перестал считать болезнью.

Это прямая дорога к злоупотреблениям. Под предлогом «лечения» государство получает инструмент контроля над частной жизнью. Кто решит, где грань между «личным предпочтением» и «расстройством»? Психиатр с устаревшими методичками и без профильной подготовки. Готовы доверить ему свою интимную жизнь?

Проблему решают не там, где она есть. Реальные сексуальные преступления - это уголовные дела, а не психиатрические диагнозы. Смешивать одно с другим - значит стигматизировать людей с нестандартными предпочтениями и создавать почву для необоснованного медицинского вмешательства.

Что в итоге
Мы получили документ, который противоречит сам себе, опирается на устаревшие классификации и перекладывает ответственность на врачей без нужной квалификации. Это не медицина. Это бюрократия, которая играет в медицину.

А вы как считаете: где заканчивается личное предпочтение и начинается болезнь? И кто вообще имеет право это решать?

Продублировать ниже на испанском:

Estimado señor Embajador:
Estimados representantes de la Embajada de la República de Colombia:

Me dirijo a ustedes en relación con las medidas adoptadas en Colombia para controlar la población de hipopótamos (Hippopotamus amphibius) descendientes de los animales que en su día fueron mantenidos en el zoológico privado de Pablo Escobar.

Comprendo la complejidad de la situación ecológica relacionada con la propagación de una especie exótica en Colombia. La protección de los ecosistemas locales, de la población y de las especies animales autóctonas requiere soluciones equilibradas, científicamente fundamentadas y eficaces.

En este sentido, quisiera expresar mi esperanza de que, al planificar las medidas futuras, se preste especial atención a las posibilidades de preservar la vida de los animales siempre que ello sea compatible con los requisitos de seguridad ecológica.

Solicito que se considere la posibilidad de seguir ampliando los métodos no letales de control de la población y de aplicar la eutanasia únicamente en aquellos casos en los que otras alternativas viables resulten agotadas o sean imposibles por razones objetivas.

Considero especialmente importante desarrollar la cooperación internacional con parques zoológicos, reservas especializadas, centros de acogida de grandes mamíferos y organizaciones de conservación de distintos países. Esta cooperación podría contribuir a encontrar soluciones adecuadas para el traslado seguro de una parte de los animales y garantizarles condiciones apropiadas de alojamiento.

Comprendo que el transporte de hipopótamos constituye una tarea veterinaria y logística compleja y costosa. No obstante, la cooperación internacional podría facilitar la participación de especialistas, la obtención de los recursos necesarios y la identificación de instituciones receptoras, convirtiendo esta situación en un proyecto conjunto de conservación de la naturaleza.

Entre las posibles áreas de cooperación podrían incluirse:

— la creación de un registro internacional de parques zoológicos y centros especializados dispuestos a considerar la posibilidad de recibir a los animales;

— la participación de organizaciones extranjeras de conservación y fondos benéficos en la financiación del transporte y de la atención veterinaria;

— la celebración de consultas con Estados que dispongan de instituciones autorizadas y adecuadas para albergar hipopótamos;

— la continuación y, cuando existan fundamentos científicos y veterinarios, la ampliación de los programas de esterilización quirúrgica;

— la creación en la propia Colombia de territorios controlados o centros especializados de acogida para los animales que no puedan ser trasladados de forma segura al extranjero;

— la puesta a disposición de la comunidad internacional de información sobre el número de animales, las posibilidades de su traslado, los requisitos aplicables a las organizaciones receptoras y los gastos previstos.

La historia de estos hipopótamos es conocida mucho más allá de las fronteras de Colombia. La atención internacional que suscita este tema puede contribuir a atraer recursos adicionales, especialistas y organizaciones dispuestas a participar en la búsqueda de soluciones responsables.

Solicito que se transmita a las autoridades competentes de la República de Colombia el deseo de que continúe el estudio de las posibilidades de cooperación internacional y de que, en la medida de lo posible, se amplíe la aplicación de medidas que permitan preservar la vida de los animales, protegiendo al mismo tiempo los ecosistemas y a la población.

Este enfoque podría conciliar las exigencias de la seguridad ecológica, el control de la población basado en criterios científicos y el trato humanitario de los animales.

Agradecería que la presente comunicación fuera remitida al Ministerio de Ambiente y Desarrollo Sostenible de la República de Colombia o a cualquier otro organismo estatal competente.

Atentamente,
Фамилия, имя на английском

🦛🌿🇨🇴 для письма: emoscu@cancilleria.gov.co

ОБРАЩЕНИЕ
в защиту колумбийской популяции бегемотов

Hippopotamus amphibius
потомки животных из зверинца Пабло Эскобара

Письмо в Посольство Республики Колумбия
с просьбой расширять нелетальные меры
и международное сотрудничество

2.
Уважаемый господин Посол!
Уважаемые представители Посольства Республики Колумбия!

Обращаюсь к Вам в связи с мерами, принимаемыми в Колумбии для контроля популяции бегемотов (Hippopotamus amphibius), происходящих от животных, некогда содержавшихся в частном зверинце Пабло Эскобара.

Я понимаю сложность экологической ситуации, связанной с распространением в Колумбии чужеродного вида. Защита местных экосистем, населения и аборигенных видов животных требует взвешенных, научно обоснованных и эффективных решений.

В этой связи хотел бы выразить надежду, что при планировании дальнейших мер будет уделено особое внимание возможностям сохранения жизни животных там, где это совместимо с требованиями экологической безопасности.

Прошу рассмотреть возможность дальнейшего расширения нелетальных способов регулирования популяции и применения эвтаназии только в тех случаях, когда иные практически осуществимые варианты окажутся исчерпанными или невозможными по объективным причинам.

Особенно важным представляется развитие международного сотрудничества с зоологическими парками, специализированными заповедниками, центрами содержания крупных млекопитающих и природоохранными организациями различных государств. Такое сотрудничество могло бы помочь найти подходящие решения для безопасного переселения части животных и обеспечить им надлежащие условия содержания.

Понимаю, что транспортировка бегемотов является сложной и дорогостоящей ветеринарной и логистической задачей. Вместе с тем международное взаимодействие могло бы способствовать привлечению необходимых специалистов, ресурсов и принимающих учреждений, превратив эту ситуацию в совместный природоохранный проект.

Возможными направлениями такого сотрудничества могли бы стать:

— создание международного реестра зоопарков и специализированных центров, готовых рассмотреть возможность принять животных;

— привлечение зарубежных природоохранных организаций и благотворительных фондов к финансированию транспортировки и ветеринарного сопровождения;

— проведение консультаций с государствами, располагающими подходящими лицензированными учреждениями для содержания бегемотов;

— продолжение и, при наличии научных и ветеринарных оснований, расширение программ хирургической стерилизации;

— создание в самой Колумбии контролируемых территорий или специализированных центров содержания для животных, которых невозможно безопасно переселить за рубеж;

— предоставление международному сообществу информации о количестве животных, возможностях их переселения, требованиях к принимающим организациям и предполагаемых расходах.

История этих бегемотов известна далеко за пределами Колумбии. Международное внимание к этой теме может способствовать привлечению дополнительных ресурсов, специалистов и организаций, готовых участвовать в поиске ответственных решений.

Прошу передать компетентным органам Республики Колумбия пожелание продолжить изучение международных возможностей и по возможности расширить применение мер, позволяющих сохранить жизнь животных при одновременной защите экосистем и населения.

Такой подход мог бы объединить требования экологической безопасности, научно обоснованного контроля популяции и гуманного обращения с животными.

Буду признателен за направление настоящего обращения в Министерство окружающей среды и устойчивого развития Республики Колумбия либо в иной компетентный государственный орган.

С уважением,
Фамилия, имя

Новый приказ Минздрава о лечении зависимостей: что изменилось? 🧑‍⚕️💊

Разбираем ключевые положения нового приказа Минздрава, который регулирует лечение алкоголизма, наркомании и игромании — и разбираем, что это значит для пациентов и специалистов.

Что изменилось?
Игромания признана официальным заболеванием: Впервые патологическое влечение к азартным играм (лудомания) включено в сферу действия приказа как отдельный диагноз.
Наркомания: лечение доступно только в государственных учреждениях.
Алкоголизм и игромания: можно лечиться как в государственных, так и в частных клиниках.

Мнение эксперта
Автор канала «Психфарм ТВ» считает приказ достаточно либеральным и даже предлагает его ужесточить. Основная причина — опасения, что пациенты, проходящие лечение в частных клиниках (которые не передают данные в единую госсистему), могут представлять опасность для окружающих. Например, человек с алкогольной зависимостью, не зарегистрированный в системе, может садиться за руль.

Разбираем мифы
Часто можно услышать, что:
частные клиники якобы гарантируют 70 % излечившихся от зависимостей;
в государственных клиниках лечение неэффективно.
На деле эти цифры не имеют доказательной базы.

Реальные данные об эффективности лечения
По мировым исследованиям, устойчивая ремиссия (до 4 лет) достигается у 27–41 % пациентов. При этом:
ремиссия может означать полное воздержание от употребления;
либо снижение частоты употребления (например, с ежедневного до 2 раз в неделю);
либо уменьшение объёма потребляемых веществ (например, с литра водки в день до 200–300 г).

Успех зависит не только от медицинской помощи, но и от:
психотерапии;
реабилитации;
работы социальных служб.

Выводы
Приказ не несёт катастрофических изменений: лазейки позволяют пациентам по‑прежнему попадать в частные клиники.
Для большинства людей с зависимостями (с учётом уровня доходов) вопрос выбора клиники не актуален — они обращаются в государственные учреждения.
Эффективность лечения зависит от комплексного подхода, а не от формы собственности клиники.

Власти прямо заявляют, что одна из целей приказа — мотивировать зависимых людей и игроманов проходить диспансерное наблюдение и реабилитацию.

💬 А что думаете вы? Делитесь мнением в комментариях!

Психиатры при оценке одинаковых клинических случаев приходят к совпадающим диагнозам примерно в 55% ситуаций.

К такому результату пришла международная группа ученых, исследование которой опубликовано в журнале Frontiers in Psychiatry. В работе приняли участие более тысячи специалистов, работающих во взрослой психиатрии.

Исследование провела команда Юлие Норгор из Копенгагенского университета. В опросе участвовали 1038 врачей, среди которых 55,5% составляли женщины, а всего ученые получили 1902 ответа. Специалисты представляли 15 европейских стран — Великобританию, Германию, Грецию, Данию, Испанию, Италию, Литву, Норвегию, Польшу, Португалию, Румынию, Словению, Францию, Швейцарию и Швецию — и четыре государства Южной Америки: Аргентину, Бразилию, Перу и Чили. Во всех этих странах официально используется МКБ-10.
Каждому участнику предлагали оценить два случайно отобранных клинических случая из девяти подготовленных вариантов. Три описания соответствовали шизофрении, остальные — шизотипическому, биполярному аффективному, депрессивному, тревожному, обсессивно-компульсивному расстройствам и расстройству личности. Полученные ответы анализировались как по широким группам психических расстройств, так и по отдельным диагнозам.

Общая воспроизводимость результатов оказалась ниже принятого уровня. Коэффициент альфа Криппендорфа, использованный для оценки согласованности, составил 0,48 при значении не менее 0,80, которое считается нормой. Совпадение диагнозов у двух врачей наблюдалось примерно в 55% случаев, а средняя точность диагностики достигла 66%.

Наибольшие сложности у специалистов возникали при определении шизофрении. Этот диагноз нередко путали с обсессивно-компульсивным расстройством, расстройством личности или биполярным аффективным расстройством. Наиболее высокие показатели точности и согласия между врачами были получены при оценке случаев биполярного, депрессивного и обсессивно-компульсивного расстройств. При этом именно эти заболевания часто ошибочно диагностировали в случаях, где правильным был другой диагноз.

Вопрос о надежности психиатрической диагностики обсуждается специалистами с середины XX века. В 1970-е годы американо-британское исследование выявило заметные различия между национальными подходами: американские специалисты чаще диагностировали шизофрению, тогда как британские врачи чаще определяли аффективные расстройства. Позднее появление DSM-III в 1980 году и МКБ-10 в 1990 году изменило практику за счет введения политетических критериев и правил классификации, однако проблема обоснованности диагнозов сохранилась.

Авторы новой работы связали обнаруженные закономерности ошибок с системными различиями в клиническом восприятии, а не со случайными отклонениями. Даже применение стандартизированных протоколов не обеспечило высокой межврачебной воспроизводимости психиатрических заключений.

Исследователи также указали на сложность оценки психопатологических симптомов и неоднозначность существующей системы психиатрической классификации.

Согласны?

Отсылка к Шуваловой из опроса:
В здоровых правовых системах парламент - самое место для дискуссий, ведь в нем решают судьбы людей - мнения ценны. Просто потараторив, даже несмотря на предусмотренный регламентом небольшой блок с 1-2 вопросом докладчику на потом, проблема не решится.

Также и в Медицине.
Мне ни раз приходили ответы депутата Мосгордумы «Стебенковой» (руководит здравоохранением в думе). Опубликовать? Читая её письма, невольно вспоминаешь видео: «активист вонючий» в её, той же Стебенковой бенефисе на камеру. Безразличие и безучастность в канцелярите, не иначе.

Простите, я просто не могу больше прятать себя до конца и скрывать суждения даже в аккуратной манере. И мне важно знать, в каких границах вы меня примите. Одно обещаю: как юрист сделаю все чтобы сами публикации были осторожными и «цензурными». И все старые направления публикаций не оставлю.

Я ведь, по правде говоря, не получаю больших денег и неистовой популярности за работу по договорам или pro bono. И не прошу.
Мне лишь важно знать, что я не один и могу полезен тем, что верит в РАВЕНСТВО ПРАВА ЛЮБЫХ УБЕЖДЕНИЙ СОВЕСТИ ❤️ (кроме насилия и унижения других).
Спасибо, что вы здесь🦛

🧠 Новый препарат против синдрома отмены каннабиса — PP-01 выходит на III фазу

Американская биотехнологическая компания PleoPharma получила $6,5 млн от NIDA — государственного научного института США, занимающегося исследованиями зависимостей, на дальнейшую разработку препарата PP-01.

Препарат предназначен для людей с расстройством, связанным с употреблением каннабиса (каннабисной зависимостью). При попытке прекратить употребление у них могут возникать бессонница, тревога, раздражительность, беспокойство и сильная тяга к каннабису. Именно эти симптомы часто мешают отказаться от употребления и повышают риск рецидива.

💊 Как работает PP-01?
При регулярном употреблении каннабиса мозг адаптируется к постоянной стимуляции СВ1-рецепторов эндоканнабиноидной системы. После прекращения употребления эта система некоторое время работает иначе — отсюда и симптомы отмены.

PP-01 воздействует сразу на два звена: СВ1-рецепторы и систему вознаграждения мозга, которая участвует в формировании мотивации, удовольствия и зависимости.

Во II фазе препарат уже показал уменьшение симптомов отмены и дозозависимый эффект. Теперь начинается III фаза — крупное исследование, которое должно подтвердить эффективность и безопасность препарата.
И здесь самое интересное: сейчас FDA не одобрило ни одного препарата специально для лечения каннабисной зависимости или синдрома отмены каннабиса.

Если PP-01 подтвердит эффективность в III фазе, он потенциально может стать первым лекарственным вариантом для помощи людям именно в период отказа от каннабиса.

Как думаете, появление препарата для лечения синдрома отмены действительно изменит подход к лечению каннабисной зависимости?

Медийная легитимность

Дополнительную проблему создаёт присутствие подобных специалистов в крупных СМИ.

Генералов появлялся в телевизионных эфирах и других медийных форматах. Для обычного пациента сам факт появления врача на федеральном телевидении способен восприниматься как своеобразный знак качества: раз человека приглашают в крупные СМИ, значит, он якобы прошёл профессиональную проверку.

Но медийность не равна научной состоятельности.

Телевизионный эфир не заменяет клинических исследований, систематических обзоров, медицинских рекомендаций и независимой оценки эффективности и безопасности лечения.

Именно поэтому СМИ, особенно крупные, несут как минимум этическую ответственность за то, кому предоставляют статус медицинского эксперта.

Что происходит сейчас?

Суд заключил Василия Генералова под стражу. В отношении него расследуется уголовное дело; ему предъявлены обвинения. При этом необходимо помнить о презумпции невиновности: юридически виновным человека может признать только суд вступившим в законную силу приговором.

И это принципиально.

Критика сомнительных методов лечения, бездействия надзорных органов и работы государственных институтов не требует заранее объявлять обвиняемого преступником.

Наоборот, именно соблюдение процессуальных гарантий отличает правосудие от расправы.

Но остаётся другой вопрос

Даже если вина конкретных фигурантов впоследствии будет доказана, дело не должно закончиться только их осуждением.

Необходимо выяснить, почему существующие механизмы контроля не предотвратили ситуацию раньше.

Кто проверял назначения?

Как оценивалось соблюдение клинических рекомендаций?

Какие меры принимались после поступления жалоб?

Почему административные меры не привели к своевременному устранению возможных нарушений?

И самое главное — каким образом государство собирается предотвратить повторение подобных историй?

Потому что задача социального государства заключается не в том, чтобы эффектно арестовать врача после общественного скандала.

Его задача — создать систему, при которой опасная медицинская практика выявляется и прекращается до того, как появляются новые пострадавшие.

Статья 7 Конституции России провозглашает Российскую Федерацию социальным государством.

Но ценность этой нормы определяется не самим фактом её существования в Конституции, а тем, насколько последовательно она реализуется на практике.

И история вокруг «ПланетаМед» — хороший повод задать государству именно этот вопрос.

Идеальная иллюстрация того, как в России может работать система «избранной» ответственности: нарушения и тревожные сигналы способны годами не приводить к эффективному вмешательству, но после громкого общественного резонанса и внимания руководства правоохранительных органов государственная машина внезапно начинает действовать значительно быстрее.

Кто такой Василий Генералов?

Василий Генералов — врач-невролог, доктор медицинских наук, выпускник РНИМУ им. Н. И. Пирогова и руководитель сети клиник «ПланетаМед». Он был заметной медийной фигурой: выступал в СМИ, давал интервью и представлял себя специалистом в области лечения эпилепсии, аутизма и других неврологических состояний.

В его клиники обращались родители детей с расстройствами аутистического спектра, эпилепсией и другими заболеваниями и нарушениями развития.

И здесь возникает главный вопрос: если сведения о сомнительных методах лечения и жалобы пациентов появлялись задолго до нынешнего уголовного дела, почему эффективная реакция государства произошла только сейчас?

«Лечение», вокруг которого возникли вопросы

По сообщениям СМИ и рассказам родителей пациентов, в клиниках применялись методы, эффективность и безопасность которых при аутизме не подтверждены современной доказательной медициной.

Среди описывавшихся подходов — антипаразитарные программы, многочисленные лекарственные назначения, клизмы, гормональные препараты, различные «метаболические» схемы и применение клеточных технологий.

Отдельные родители утверждали, что детям одновременно назначалось большое количество препаратов и биологически активных веществ. Сообщалось также о дорогостоящих процедурах и продолжительных курсах лечения.

Важно уточнить: сами по себе гормональные препараты, противопаразитарные средства или иные лекарства не являются «плохими» — многие из них имеют вполне определённые медицинские показания. Проблема возникает тогда, когда препарат назначается без доказанных показаний, в необоснованной дозировке либо в составе схемы, эффективность и безопасность которой не подтверждены.

Расстройства аутистического спектра не являются следствием «паразитов», которые можно вывести из организма и тем самым «вылечить аутизм». Современная медицина рассматривает аутизм как расстройство нейроразвития. Доказательных оснований обещать его устранение посредством «очищения», антипаразитарной терапии или подобных методик нет.

По словам некоторых родителей, стоимость лечения могла составлять сотни тысяч и даже миллионы рублей.

Почему государство вмешалось только сейчас?

Именно этот вопрос, на мой взгляд, является центральным.

Претензии к деятельности клиники возникали не вчера. Публиковались жалобы, проводились проверки, применялись административные меры. Однако деятельность медицинской организации продолжалась.

После того как история получила широкий общественный резонанс, Следственный комитет возбудил уголовное дело, а председатель СК Александр Бастрыкин взял расследование на контроль.

Сам по себе контроль руководителя ведомства не является чем-то незаконным или необычным. Но возникает закономерный вопрос: почему для эффективного вмешательства в ситуацию, связанную со здоровьем детей, вообще потребовался столь высокий уровень внимания?

Где раньше были механизмы обычного медицинского и государственного надзора?

Если система начинает полноценно работать только после громких публикаций и вмешательства высшего руководства правоохранительного органа, это свидетельствует не о силе институтов, а, напротив, об их зависимости от ручного управления.

Дорогие подписчики и гости канала!

Расскажите, пожалуйста, с чем вы сталкивались по вопросу использования национального мессенджера МАХ в сфере здравоохранения: что удобно, что, может, разочаровало.
Где ловит? )))))

Почему некоторые люди плохо переносят СИОЗС?

СИОЗС — одна из самых изученных групп антидепрессантов, и большинство пациентов переносят их нормально. Но иногда возникают реакции, из-за которых препарат приходится снижать, менять или отменять.

1. Редкие побочные эффекты — например, задержка мочи

Серотонин участвует не только в регуляции настроения, но и в работе мочевого пузыря и сфинктеров.

Поэтому в редких случаях на СИОЗС может становиться труднее начать мочеиспускание, появляется ощущение неполного опорожнения или задержка мочи.

Конечно, прежде чем связывать это с антидепрессантом, важно исключить урологические причины.

2. Разгон тревоги

В первые дни или недели СИОЗС иногда не успокаивает, а наоборот временно усиливает тревогу.

Может появиться внутреннее напряжение, тремор, бессонница, сердцебиение, ощущение «меня разгоняет», иногда учащаются панические атаки.

Это связано с тем, что серотонинергическая система перестраивается не мгновенно. Именно поэтому некоторым пациентам СИОЗС начинают с очень маленьких доз и повышают постепенно.

3. Инверсия фазы

Совсем другая ситуация — когда на антидепрессанте человек не просто становится тревожнее, а резко меняется его состояние.

Снижается потребность во сне, появляется необычно много энергии, ускоряется речь и мышление, усиливается импульсивность, растёт либидо, появляется чрезмерная активность или раздражительность.

Это может быть переходом в гипоманию или манию — так называемой инверсией фазы.

Такая реакция особенно важна при диагностике биполярного аффективного расстройства.

4. Серотонинергическая соматическая непереносимость

Иногда организм просто очень чувствительно реагирует на усиление серотонинергической передачи.

Тошнота, диарея, головная боль, потливость, тремор, головокружение, снижение аппетита — всё это может появляться даже на небольших дозах.

У части пациентов симптомы проходят после периода адаптации, у других оказываются настолько выраженными, что приходится менять препарат.

5. СИОЗС-индуцированная апатия

Иногда происходит почти противоположное тому, чего мы ждём от лечения.

Тревоги становится меньше, человек меньше переживает — но одновременно исчезают инициатива, мотивация и эмоциональная вовлечённость.

Пациенты описывают это как:
«Мне уже не плохо, мне просто всё равно».
«Ничего не хочется».
«Я стал каким-то эмоционально плоским».

Точный механизм до конца не установлен.

Одна из основных гипотез звучит так: слишком сильное усиление серотониновой передачи у некоторых людей может приглушать работу дофаминовой системы в участках мозга, отвечающих за мотивацию, ожидание награды и желание что-то делать.

То есть антидепрессант снижает интенсивность негативных эмоций — но иногда вместе с ними приглушает и мотивационный «двигатель».

Поэтому выраженная апатия на СИОЗС — это не всегда остаточная депрессия. Иногда это побочный эффект препарата, который можно корректировать изменением дозы или схемы лечения.

Плохая переносимость одного СИОЗС не означает, что человеку вообще не подходят антидепрессанты. Важно понять, какая именно реакция возникла и почему.