
ИП получил в 2020 г. на свой счет в сингапурском банке доход по облигации в результате ее погашения, а также купонный доход по ней, но вот почему-то декларацию не подал. Инспекция узнала о доходе от сингапурцев через автообмен информацией и потребовала от ИП представить документы по покупке облигации (банковские выписки, отчет брокера и т.д.) с переводом на русский язык. ИП не смог этого сделать, мол, в связи с экономической ситуацией между РФ и Сингапуром.
Документов, подтверждающих несения расходов по облигации нет? Нет. Документов по дате получения дохода от продажи облигации тоже нет? Нет. В такой ситуации Инспекция исчислила НДФЛ ИП исходя из полученной им валовой выручки по этой облигации с учетом среднегодового курса сингапурского доллара.
В суде ИП все же представил документы о том, как он получил облигацию. Пояснил, что получил их в 2015 году бесплатно взамен старых облигаций. Но суд по документам увидел, что старые облигации были проданы еще в ноябре 2015 года, и это совершенно другая сделка. Кроме того, из документов неочевидно, что в 2020 году пришли деньги именно за ту самую бумагу, полученную в 2015 году: ИП ведь не дал суду отчеты за период 2016–2019 годы, может это уже была другая облигация. Хотя ранее в пояснениях ИП оговорился, что ему от банка каждый месяц приходили на электронную почту. В итоге суд не нашел изъянов в проведенном Инспекцией расчете НДФЛ.
















