О том, что такое Труд, или о метафизике власти Жана Бодрийяра. Часть I.

Бодрийяр относится к тому типу философов, про которых все знают, но при этом никто не читает. Знают его из-за фильма «Матрица», который авторы заочно посвятили его творчеству («Симулякры и симуляция»). Тем не менее, сам Бодрийяр считал свою причастность к фильму не более, чем недоразумением, так как концептуальной сердцевиной его философии является вовсе не вульгарное различие между реальностью и иллюзией, а то, что конституирует саму социальную реальность как таковую – а именно понятие Труда.

Что такое Труд? Для ответа на этот вопрос Бодрийяр (в «Символическом обмене и смерти») опирается на наследие двух главных модернистских философов XIX века: Маркса и Фрейда. У Фрейда он заимствует понятие «символического обмена» как базового процесса человеческой психики (бессознательное замещение одних образов на другие в процессе сна), а у Маркса – понятие Эксплуатации, которая является основой «общественных отношений» всех социально-экономических формаций, кроме «коммунизма».

Последняя оговорка является ключевой. Поскольку по Марксу только при «коммунизме» человеческий Труд является «свободным», т.е. не отчужденным, принадлежащим самому человеку. А во всех остальных формациях человек работает не для себя, а для кого-то Другого: при рабовладельческом строе это рабовладелец, при феодальном – феодал, а при капитализме – капиталист. Соответственно, если вы Трудитесь (в качестве раба, крепостного или наемного рабочего), то это означает, что вас кто-то использует. А так как в контексте марксистского учения именно Труд сделал из обезьяны человека, то получается, что главным признаком, отличающим людей от животных, «родовой сущностью» Homo sapiens, является не развитый мозг или способность к речевой коммуникации, а наличие классовой эксплуатации.

Но классовое общество («социальная стратификация») возникло достаточно поздно, только с началом неолитической революции (примерно 10 тыс. лет до н.э.). А человек как биологический вид существует как минимум 100 тыс. лет. Соответственно, возникает вопрос: чем занимались представители вида Homo sapiens до перехода к классовому обществу? И как именно это произошло?

Здесь Бодрийяр переходит от кондового марксизма к своего рода социальному фрейдизму и утверждает, что в «первобытных» обществах полностью господствовал принцип «символического обмена». Что это значит? Это значит, что когда одно племя встречало другое, то они взаимно обменивались друг с другом аффектами. Где «аффект» – это все, что способно нарушить социальный гомеостаз племени, т.е. вывести его из состояния «первобытного коммунизма» («принципа удовольствия» по Фрейду). Например, источником «аффекта» могут служить материальные ценности (ритуал взаимного одаривания), фертильные представители рода (брачный обмен невестами) или же просто прямое насилие (кровная месть). Смысл таких ритуалов взаимной нейтрализации аффектов («глаз за глаз») заключался в том, что они позволяли первобытным племенам сохранять относительную внутреннюю и межплеменную стабильность при отсутствии каких-либо писаных законов («символический обмен» как первый «организующий принцип» социума).

Классовое неравенство же по Бодрийяру возникло тогда, когда симметрия «символического обмена» оказалась нарушена и появилось то, что он называет «неэквивалентным товаром», т.е. такой аффект, который не может быть нейтрализован посредством взаимного обмена. Например, безответное насилие, воспринимаемое страдающей стороной в качестве чего-то должного («монополия на насилие» как основа государственной власти). Или же наоборот: поток даров в одну сторону без ответного одаривания с противоположной стороны («опиум для народа» и ритуальные жертвоприношения как основа власти религиозной). В том и другом случае речь идет об асимметрии распределения аффектов, в результате которой одна группа людей (рабы) начинает объективно действовать себе во вред – во имя реального или воображаемого благополучия противоположной стороны (царей и богов).