Мета-физически о том, что такое природа, энергия и энтропия. Часть II.

Таким образом, Природа (φύσις) по Аристотелю есть:
1. Сущность Движения (κίνησις);
2. Универсальный принцип Бытия (τὸ ὄν).

Причем, эта «сущность движения» имеет конкретный вид – это движение (=изменение) оформляющее, приводящее бесформенную материю (ὕλη) к конечным формам (ἐντελέχεια). Например, в случае производства горшка его «движущей причиной» (κινοῦν) будет Творец. А в случае сущего в целом его «движущей силой» (ἐνέργεια) будет Природа как универсальный принцип Бытия.

Следовательно, Космос есть не что иное, как произведение искусства (τέχνη) в руках разумного (раз Движение имеет замысел, цель – τέλος) Творца, он же неподвижный Перводвигатель (τὸ πρῶτον κινοῦν). Почему неподвижный? Потому что если Перводвигатель сам является движимым, то значит его «сущностью движения» (Природой) является другой Перводвигатель – а это парадокс (что не мешает ему быть «причиной движения» самого себя, т.е. совершать круговое движение).

В таком аристотелевском ключе «наука о Природе» просуществовала более 1000 лет. Но в Новое время стало очевидно, что схоластическая натур-философия хорошо работает только на концептуальном, т.е. умозрительном уровне, а в «реальности, данной нам в ощущениях» нужна какая-то другая «физика». Которая бы не столько объясняла мир (как это делают богословы), сколько активно его трансформировала. Природа – не храм, говорят мыслители Нового времени, а мастерская. В которой должен орудовать человек как Творец собственной Природы.

И одним из первых творцов нового представления о Природе был Галилео Галилей, создавший эмпирическую науку о «падении тел», которая по сути приравнивает движение небесных сфер к падению пушечных ядер, т.е. утверждает, что в «надлунном» и «подлунном» мирах действуют одни и те же законы («принцип относительности Галилея»). Но финальный гвоздь в крышку гроба средневековой схоластики забил Исаак Ньютон, который утверждал, что для того, чтобы какое-нибудь тело перемещалось в пространстве, не нужно постоянно прилагать к нему аристотелевскую «движущую силу» (Энергию). Силу («force») необходимо приложить только в начале движения, а дальше оно будет двигаться само, причем, прямолинейно – пока на тело не подействует другая Сила («первый закон Ньютона»).

Соответственно, нет никакой универсальной, внутренней «движущей силы» (космической Пневмы), непрерывно действующей на все тела. Сила – это сугубо внешняя категория, о приложении которой на вещь можно узнать по изменению ее скорости (=ускорению). Например, катящийся по горизонтальной плоскости камень останавливается (=меняет скорость) только потому, что на него действует сторонняя Сила – трение. А без трения он мог бы катиться вечность, не нуждаясь ни в каком «перводвигателе».

При этом очевидно, что при приложении одной и той же Силы на разные по свойствам тела их скорости меняются по-разному. Например, небольшой камень гораздо легче остановить, чем огромный валун, движущийся с той же скоростью. Из чего следует, что существует мера инертности (косности) физических тел, которая в ньютоновской физике обозначается как «масса» («m»). А значит Сила в количественном отношении прямо пропорциональна не только изменению скорости вещи (=ускорению), но и ее массе, о чем постулирует «второй закон Ньютона»: F=ma (важно, что «F» и «a» являются векторными величинами, т.е. содержат в себе дополнительную информацию о направлении движения).

«Третий закон Ньютона» же просто утверждает, что тела взаимно-действуют друг на друга. Т.е. если вы со всей Силой ударите по чему-нибудь, то рискуете не только повредить объект, но и сломать руку – так как объект будет воздействовать на вас с равной по модулю и противоположной по направлению ответной Силой.

В этом смысле Ньютон фактически «отменил» мета-физическое понятие Энергии (трансформирующего начала Природы), заменив его чисто «механическим» понятием Силы. Но Энергия вновь стала востребованным физическим концептом в середине ХIX века с развитием термо-динамики, т.е. науки о Природе Тепла.