О «Чиполлино» как главном политико-философском произведении ХХ(I) века.

Как известно, «классический» фрейдомарксизм Франкфуртской школы можно условно разделить на две концептуальные части. Во-первых, это попытка «раскрепостить» зачморенных обывателей индустриальных «машин войны» начала ХХ века («невротиков»), чтобы они вместо того, чтобы есть друг друга («мортидо»), занимались чем-то более продуктивным и творческим («либидо»). Во-вторых, это разоблачение современной индустрии раз-влечений («массовой культуры») как инструмента от-влечения трудящихся от классовой борьбы.

Понятно, что оба этих пункта воспринимались серьезно только в период развитого империализма, т.е. мировых войн. В поствоенный же период (он же «пост-модернистский») из-за сложившегося «неолиберального» консенсуса (=торжества мелкобуржуазной «демократии» с выносом классовых противоречий в Китай) стало господствовать мнение, что фрейдомарксистская критика «массовой культуры» устарела и нужно выработать какую-то другую, более прогрессивную критику – чем занялись Фуко с Делёзом (Фуко в интересах «неолибералов» хоронил марксизм, Делёз – фрейдизм).

Но, как оказалась, от выноса классовых противоречий в другое место диалектический ход истории не останавливается. И теперь прогрессивные европейские интеллектуалы (от Хабермаса до того же Рансьера) вновь столкнулись с теми коллизиями, которые мы как будто «преодолели» сто лет назад. Главная из которых – карикатурное классовое неравенство в условиях массового общества (кто в свободном, демократическом обществе должен заниматься массовым непрестижным трудом?).

В этом смысле наиболее актуальным политическим философом ХХ века является не Шмитт с его критикой понятия легальности (в основе любого легального порядка лежит произвол, т.е. беззаконие, «чрезвычайная ситуация») и даже не Оруэлл с высмеиванием абсурдности масштабирования политических категорий на планетарный уровень (Остазия «стратегически» воюет или дружит с Океанией в зависимости от сиюминутной политической конъюнктуры, т.е. суверенного произвола – из-за чего тоталитарную пропаганду приходится постоянно переписывать). А Джанни Родари – лучший иллюстратор (а значит полноценный киник) к любым пролегоменам ко всякой политической философии.

Я искренно считаю, что Гегеля надо читать, держа в голове персонажей из «Чиполлино». Ибо тот общественный строй, который в этой сказке описывается, и есть «азиатская диктатура» (=персидская падишахия) по Гегелю, диалектическим отрицанием которой в свое время был греко-римский республиканизм (чиполлинизм). Что не помешало свободолюбивым римским республиканцам превратиться в принцев Лимонов (ультра-падишахов) уже второго порядка (феодальный титул «принц» происходит от республиканской должности «принцепса»). Но из этого не следует, что карикатурная диктатура – это хорошо, или что она имеет какое-то отношение к «порядку» или «стабильности» (напомню, что центральным понятием философии Гегеля является идея свободы).

Собственно, лучший тест на политическую зрелость общества (диалектическую стадию, на которой оно находится) – это взять наиболее популярные политические тейки, циркулирующие в публичном поле, и заменить в них действующее начальство на персонажей из «Чиполлино». Если окажется, что ведущие публичные интеллектуалы искренне выступают за диктатуру принца Лимона, оправдывая это тем, что, например, Чиполлино – это опасный экстремист, а графини Вишенки – святые люди и хранительницы примордиальной Традиции, то, поздравляю, вы живете в «азиатской падишахии», т.е. являетесь овощем.