❗️Антибиотики - это не препараты «на всякий случай». Они должны назначаться при конкретных показаниях для лечения или профилактики бактериальной инфекции.

При тяжелом инфекционном процессе они действительно могут спасать жизнь. Но эффективность любого лекарства всегда приходится сопоставлять с риском осложнений.

Хороший пример - аминогликозиды: гентамицин, амикацин, тобрамицин и другие препараты этой группы. Они используются при тяжелых инфекциях, но обладают хорошо известной нефро- и ототоксичностью. По данным обсуждаемой публикации, нарушения слуха после внутривенного введения аминогликозидов могут возникать у значительной доли пациентов, а полностью предсказать это осложнение только по концентрации препарата в крови невозможно.
И здесь начинается самое интересное с точки зрения фармакогенетики.

У некоторых людей имеются определенные варианты митохондриального гена MT-RNR1. Наиболее изучены m.1555A>G, m.1494C>T и m.1095T>C. Их наличие резко повышает чувствительность внутреннего уха к аминогликозидам. Совокупно такие варианты выявляются примерно у 1 человека из 330.

Самое неприятное, что потеря слуха может быть необратимой, а у генетически предрасположенного пациента она описана даже после однократного введения аминогликозида. Именно поэтому авторы рекомендаций предлагают, когда это клинически возможно, определять MT-RNR1 еще до первого введения препарата.

Что дает врачу такой анализ?

Если обнаружен клинически значимый вариант MT-RNR1, рекомендуется по возможности не назначать аминогликозид и выбрать альтернативный антибиотик. Причем отсутствие проблем при предыдущем введении препарата не означает, что следующая доза будет безопасной.

Особенно показательно, что это уже не просто научная концепция.

В Англии лабораторное исследование MT-RNR1 включено в национальную систему геномного тестирования. А в некоторых отделениях для новорожденных применяется экспресс-тестирование непосредственно в месте оказания помощи. Такой анализ выполняется из мазка со слизистой щеки и способен дать результат примерно за 26 минут - то есть еще до принятия решения о введении гентамицина.

При этом есть принципиально важная оговорка. Если речь идет о сепсисе или другом угрожающем жизни состоянии и результат генетического теста получить быстро невозможно, лечение антибиотиком не должно откладываться. Фармакогенетика здесь не заменяет клиническое решение, а помогает сделать его безопаснее там, где для этого есть время и техническая возможность.

Именно на таких примерах особенно хорошо видно, зачем фармакогенетика нужна практической медицине.

Это не попытка подобрать пациенту «идеальный препарат по ДНК». Иногда задача намного конкретнее: заранее обнаружить человека, для которого стандартное лечение может закончиться тяжелым и необратимым осложнением, и дать врачу возможность выбрать другой препарат.

🧬В случае аминогликозидов цена такого решения - сохраненный слух.

https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/42524757/