ОАЭ НАНОСЯТ ИРАНУ УДАР ТАМ, ГДЕ ЕГО СЛОЖНЕЕ ВСЕГО ЗАМЕНИТЬ

В ночь на 19 августа МИД ОАЭ объявил о приостановке всей торговли, коммерческого обмена и финансовых операций с Ираном до дальнейшего уведомления. Поводом стало сообщение Минобороны Эмиратов о двух баллистических ракетах, запущенных с иранской территории, одна из которых упала в территориальных водах ОАЭ. Тегеран обвинения отверг и назвал инцидент провокацией. За несколько дней до этого Абу-Даби заявлял об атаках на два судна ADNOC в Ормузском проливе.

ЧЕРЕЗ ДУБАЙ ИРАН ПРОВОДИЛ ЗНАЧИТЕЛЬНУЮ ЧАСТЬ ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ И РАСЧЕТОВ, КОТОРЫЕ НЕ МОГ ОСУЩЕСТВЛЯТЬ НАПРЯМУЮ

По данным ВТО за 2024 год, на ОАЭ приходилось свыше 30% иранского импорта, около 21 млрд долларов, и порядка 13% экспорта, около 7 млрд. Джебель-Али работал перевалочным узлом, эмиратские банки и торговые компании обеспечивали расчеты по операциям, недоступным Ирану напрямую.

Отставной генерал США Марк Киммитт оценивает эмиратское эмбарго как более чувствительное для Тегерана, чем американское. Эмираты уже останавливали прямое грузовое сообщение в начале марта и возобновили его только в конце июня. В отличие от мартовских ограничений, нынешнее решение не предусматривает срока окончания.

РОССИЯ ПОЛУЧАЕТ БОЛЕЕ ЗАВИСИМОГО ПАРТНЕРА, НО НЕ МОЖЕТ ЗАМЕНИТЬ ЭМИРАТЫ

Здесь важнее не объем торговли, а сам прецедент. Монархии Залива десять лет добивались нормализации отношений с Тегераном, восстанавливали дипломатические связи и расширяли торговые каналы. После ракетных атак на страны Залива с февраля этот запас доверия оказался исчерпан, а резолюция СБ ООН 2817 от 11 марта, принятая 13 голосами при двух воздержавшихся, дала монархиям дополнительную дипломатическую опору.

Аналогичного шага ни одна другая монархия Залива пока не сделала. При этом после конфликта восстановление торговли потребует заново выстраивать корреспондентские отношения и страховое покрытие.

Товарооборот России и Ирана за 11 месяцев 2025 года составил 4,8 млрд долларов, примерно четверть того, что Иран получал через одни Эмираты. Контейнерные перевозки по МТК Север-Юг в иранском направлении выросли на 60% в 2025 году, российский экспорт по коридору прибавил 56% за четыре месяца 2026 года, однако база остается низкой, а механизмы расчетов по коридору остаются нерешенной проблемой. Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве от января 2025 года обязательств взаимной обороны не содержит.

По мере сокращения альтернатив Иран будет сильнее зависеть от Москвы. Но эта зависимость будет продиктована не сближением, а отсутствием выбора, что только усиливает асимметрию российско-иранского партнерства.

.............................................................
Подписывайтесь на Nightingale Int.

📊 Превращаем геополитику в инструмент стратегических решений для бизнеса.