Самый недооцененный ресурс России

Пресная вода превращается в один из главных дефицитных ресурсов XXI века. Уже около половины населения планеты сталкивается с нехваткой воды хотя бы несколько месяцев в году, а мировой спрос с 1980-х растет примерно на 1% в год. Около 70% мирового водозабора приходится на сельское хозяйство. В Молдове из-за падения уровня Днестровского водохранилища до 113,24 м при норме 121 м ввели гидрологическую тревогу и начали готовить резервные источники. В Нидерландах из-за засухи и низкой водности рек ограничивают использование воды и следят за засолением пресноводных систем.

Дефицит воды все чаще требует жестко расставлять приоритеты между населением, сельским хозяйством, промышленностью и природой. По оценке ООН, к 2030 г. мировой спрос на пресную воду может превысить доступное предложение примерно на 40%. Засухи становятся продолжительнее, осадки распределяются менее предсказуемо, а жара ускоряет испарение.

На этом фоне стоит вспомнить, насколько огромным запасом пресной воды обладает Россия. На территории страны сосредоточено около 20% мировых запасов, а среднегодовые возобновляемые водные ресурсы оцениваются примерно в 4,3 тыс. км³. Один лишь Байкал содержит около 23,6 тыс. км³ воды, примерно пятую часть мировых запасов озерной пресной воды. Главный нюанс в географии: основные запасы находятся в Сибири и на Дальнем Востоке, тогда как большая часть населения и промышленности сосредоточена в европейской части страны.

Есть важный вывод из книги Гэри Уайта и Мэтта Дэймона «Ценность воды»: водный кризис часто связан не только с физической нехваткой ресурса, но и с тем, что люди не имеют доступа к инфраструктуре, которая позволяет этим ресурсом пользоваться. Авторы показывают, как небольшие кредиты на водопровод, насосы и санитарные системы способны менять экономику целых семей: доступ к воде высвобождает время для работы и образования и снижает расходы на ее получение.

Для России это тоже важная оговорка. Огромные запасы воды сами по себе еще не делают ее дешевым и доступным ресурсом. Но на фоне глобального дефицита физическая обеспеченность становится серьезным стратегическим преимуществом.

@naebrosh